Франгуляры

Беляков Евгений

Дальше настало время подведения итогов. Мальчиков, выдержавших экзамен, поочередно вызывали к столу, поздравляли и вручали им знаки мальчишеской доблести первой ступени. Шестилетний Ивле и еще один пацаненок, которому было всего пять, получили к этому еще и красные трусы, которые, разумеется, прямо тут же и надели. Радости малышей просто не было предела! Игинката тоже отметили особо, вручив ему почетную грамоту от экзаменационной комиссии «за лучшие результаты во всех видах испытаний». Взяв ее в руки, мальчик заметил, что теперь не только пацанята, но и их родители взирают на него с нескрываемым уважением. Кто-то из отцов, как расслышал Игинкат, даже прошептал соседу: «Иностранец… а ведь настоящий франгуляр растет…». Что скрывать, это было приятно.

Завершались

экзамены, согласно традиции, торжественным обедом. Одежда немилосердно терла пострадавшие ягодицы, сидеть даже на подложенных подушках было не очень комфортно, но это не мешало ощущению эйфории. Ивле после завершения официальной части экзаменов не отходил от Игинката, буквально увивался за ним хвостиком, даже родителей забросил. Пришлось им пристраиваться рядом за пиршественным столом. Игинката, конечно, дотошно расспросили, откуда он родом, кто его родители, чем занимаются, почему переехали в Ксарту, кто посоветовал ему готовиться на франгуляра, и, наконец, предложили дружить семьями. Ивле, оказывается, все уши своим родным прожужжал, какой необычный мальчик занимается в их группе, и больше всего малыша огорчало, что после окончания курса им придется расстаться. Игинкат, конечно, за родителей решать не мог, но идею семейного знакомства не отверг. Ивле обрадовался и поведал старшему другу, что теперь он самостоятельно может ходить в гости, попросту имеет такое право как обладатель красных трусов! Игинкат в знак одобрения взъерошил ему волосы.

Возвращаясь домой из Агелы, мальчик даже пожалел, что не пригласил на экзамены мать с отцом. Они, конечно, и дома порадуются его успехам, но это ж совсем не то, что на людях! А вот ему почивать на лаврах долго не придется, уже на следующей неделе он станет полноправным второкурсником и будет ходить на все занятия по программе второй ступени.

Часть 2. Продвинутый ученик

Глава 1. Как стать борцом

На первую тренировку по борьбе пришлось идти уже вечером во вторник. Инджис Сересед, штатный тренер Агелы N 5, прежде чем допустить Игинката к занятиям в группе, решил оценить гибкость мальчика. Пришлось переодеваться в уже знакомые по первому курсу трусы для порки. Как выяснилось, здесь на тренировках они были штатной формой. Никаких тебе борцовских трико, что были в ходу в Кенлате. Глубокий практический смысл именно такой формы Игинкат вскоре узрел воочию. Тренер ходил по залу с длинным прутом в руке и корректировал им действия мальчишек, возившихся на борцовских коврах. Особо непонятливым попадало по бедрам, а то и по заднице. Пострадавшие взвизгивали от неожиданности и быстро старались исправиться.

Ну, у Игинката это было еще впереди, а сейчас он попал в крепкие лапы тренера. Действительно крепкие — в них мальчик ощутил себя резиновой игрушкой, которую мнут и выворачивают, как только вздумается. Ощущения были хуже, чем в хирургическом кабинете на диспансеризации. Конечно, Истребитель его об этом уже предупреждал, но одно дело услышать на словах и совсем другое — испытать на собственной шкуре. Садиться на шпагат оказалось особенно болезненно, да и опуститься до конца так и не удалось, мостик со стойкой на голове Инджису решительно не понравился, а уж когда Игинката заставили бегать по кругу, опираясь на ту же голову, мальчик окончательно потерял и координацию в пространстве, и ощущение реальности.

Пока паренек приходил в себя, дожидаясь, когда перестанет кружиться голова, тренер сходил в подсобку и притащил оттуда какую-то массивную крестообразную конструкцию с ремнями. Оказалось, аппарат для растягивания связок. Растягиваемого (Игинкат бы скорее сказал «пытаемого») клали на живот, закрепляли у него на спине продольный брус, заставляли максимально широко развести ноги и затем согнуть их в коленях, вставляли в подколенные сгибы закругленные концы специальных клиньев, прикрепленных к поперечной перекладине и способных сдвигаться или раздвигаться при вращении управляющего винта, крепко привязывали обе

ноги в районе щиколоток к той же поперечной перекладине и затем разводили клинья, заставляя ноги растягиваемого раздвигаться еще шире. Связки при этом болели так, что с трудом можно было терпеть. Оставив новичка «разминаться», неподвижно лежа на ковре, Инджис занялся другими воспитанниками. Когда тело Игинката кое-как привыкало к своему новому положению, тренер подходил к нему и делал еще один оборот винта, возвращая тем самым боль.

Когда мальчика освободили, наконец, от этой конструкции, ходить он мог только в раскорячку. Тренер оказался доволен результатом и заявил, что такими темпами Игинкат за пару недель сумеет дойти до нужных кондиций, если будет заниматься постоянно, и для этой цели он, Инджис, даже готов выдать мальчику аппарат для растягивания на дом. Никакого желания подвергаться этой пытке еще и дома у Игинката, разумеется, не было, как и тащить эту тяжесть на себе, и он поспешил отказаться под тем предлогом, что в своем доме они сумеют обойтись подручными средствами.

Еще мальчик узнал, что ему надо срочно укреплять мышцы шеи, а то в борьбе всякое случается, и тренеру очень не хотелось бы, чтобы Игинкат случайно заработал себе травму шейных позвонков. Подробно расписав, какие упражнения для этого надо выполнять, и получив клятвенное заверение, что мальчик начнет этим заниматься буквально уже с завтрашнего дня, Инджис, наконец, позволил Игинкату встать в строй и принялся подбирать для него пару для тренировок.

Мальчикам в группе было, в основном, лет по десять, а кое-кому и меньше, и они, понятно, существенно уступали двенадцатилетнему Игинкату и в росте, и в весе. По весовой категории подходил только долговязый пятиклассник Ренке, уже в третий раз пытающийся освоить программу второй ступени, да и на первую ступень сдавший, как поговаривали, только с четвертого раза, короче говоря, типичный неудачник. В физической силе он явно уступал Игинкату, природной ловкостью тоже не отличался, но за два прошедших семестра в борцовских приемах немало уже поднаторел, чем и не преминул воспользоваться в первой же тренировочной схватке. Пропустив захват ноги и не сумев как следует упереться, Игинкат был свален на ковер, а затем и припечатан к нему лопатками. Неприятно. Наверное, тренер заранее запланировал этот конфуз, чтобы сбить спесь с героя недавних экзаменов на первую ступень, слава о котором уже разошлась по всей Агеле.

Получив наглядное подтверждение, что не все ему будет даваться с наскока, Игинкат стал внимательно прислушиваться к словам Инджиса, объяснявшего, как проводить простейшие приемы. Потом ему дали возможность отработать их на Ренке. Не сказать, чтобы все прошло гладко, но кое-что получилось.

На следующий день в школе Игинкат поделился своими впечатлениями с Истребителем. Посочувствовав, друг заявил, что растягивать связки на ногах можно и по-другому, например, встав сразу на два широко раздвинутых стола и привязав к бедрам что-то тяжелое. Нагружать шею, конечно, необходимо, но лучше бы в чем-то присутствии, а то так и до травмы недалеко.

– А в школьном спортзале можно? Ну, после уроков? — осведомился Игинкат.

– Можно договориться, только учитель с одним тобой заниматься не будет.

– А ты не можешь помочь? Ну, ты ведь, наверное, борьбу уже сдавал.

– Все сдавали, — подтвердил Истребитель. — Вообще-то борьба эта у нас ценится только как подготовка к панкратиону, там гибкость тоже ой как нужна, ноги порой на уровень головы задирать приходится. Ну, давай попробуем.

– А приемы покажешь?

Идея самому стать чьим-то тренером Истребителю раньше в голову не приходила, да и не принято это как-то было среди подростков, но, поразмышляв, он согласился. У Игинке, как-никак, особые обстоятельства, никому из знакомых ему парней не доводилось начинать борцовские занятия в столь солидном возрасте, да и время до экзаменов слишком ограничено. Упрашивать физкультурника открыть спортзал после уроков пошли вдвоем. Неизвестно, пустил бы он туда одного Игинката, но владельцу красных трусов отказать, конечно, не мог.