Форпост
Шрифт:
Я оказался прав — кроманьонцев мы встретили только на последней, семнадцатой стоянке. Сейчас она больше напоминала небольшой портовый город — множество юрт собралось в одном месте, а вдоль берега выстроилось множество плотов. Плавсредства были самого разного размера — от небольших, состоящих из трех-четырех стволов деревьев, с которых женщины били рыбу острогой, до настоящих гигантов, связанных из нескольких десятков бревен.
Нас заметили издали, лес вокруг черные люди успели основательно проредить. Да и следили они за северо-востоком — на высоком дереве у самой вершины было оборудовано “гнездо”,
— Ленг, притормози. Они и так собирались уплыть, незачем с ними сражаться.
— А если они сейчас нападут?
— Ну так и держите арбалеты заряженными.
Повысив голос, отдаю команду остальным:
— Дальше не идём! Дар, Тур, возьмите двоих помощников и начинайте ставить шатер.
Кроманьонцы тоже не спешили нападать — выжившие прошлым летом рассказали о неуязвимых белых колдунах, закованных в чешую. Толпа негров, переговариваясь, застыла метрах в двухста от нас, наблюдая за странными действиями моего отряда. Они ведь ожидали немедленного нападения, и то, что враги вместо этого стали строить жилище, сбивало их с толку…
Шатер установили быстро, рядом развернули штандарт с символом Солнца, перед входом развели костер.
— Всем отойти на тридцать шагов назад. Опустите оружие. Арбалеты держите заряженными.
Выйдя на несколько метров вперёд, я прокричал приглашение:
— Бинадаму! Говорить!
Вернувшись, сел перед огнем на землю, скрестив ноги, и приготовился ждать. За свою жизнь я не опасался — даже если толпа чернокожих дикарей решится напасть, то ничего им не обломится. Оружие вождя вместе со щитом лежало рядом, телохранители привычно встали в нескольких шагах за моей спиной. А на то, чтобы вернуться, лантирским воинам потребуется несколько секунд.
Сидеть так мне пришлось долго, прошло уже больше часа. За это время Дар подвесил над огнем котелок с водой, заваривая свежий чай, расстелил на траве скатерть из отбеленной ткани, поставил пару мисок с нарезкой. Рискнут кроманьонцы поговорить с белым колдуном или нет?..
Они рискнули. После долгих споров и криков от толпы противников отделились трое, и пошли ко мне. Сзади послышался шорох — лантирцы насторожились, все-таки гости шли с оружием в руках. Впрочем, опасения оказались напрасными — двое сопровождающих остановились метрах в двадцати, демонстративно опустив копья. К костру подошел только один, безоружный человек.
— Садись, говорящий за всех Бинадаму. Разговор будет долгим.
Пожилой кроманьонец, замешкавшись на мгновенье из-за вновь услышанных слов на родном языке, устроился на траве напротив меня, повторив мою позу. Крепкий мужик, если его откормить — точно не меньше меня будет. Это сейчас он отощал настолько, что под кожей можно все ребра и жилы разглядеть…
— Белый колдун привел своих воинов, чтобы уничтожить наши племена?
— Нет, вы все сможете остаться в живых, если выполните мою волю. Называй меня Дим или энной Дим — сравнение с вашими колдунами для настоящего энноя оскорбление. Вы не знали этого, поэтому на
Молчит, смотрит в огонь перед собой, брови хмурит… Насколько было бы проще построить разговор, умей черные люди видеть передаваемые энноями образы. Но чего нет, того нет, буду старым добрым методом “кнута и пряника” разговор выстраивать.
— Я Камо, простой охотник. Мы убили всех наших колдунов, слишком много зла принес Джитуку и его ученики людям… Чего ты хочешь?
— Службы. Бинадаму должны искупить вину своих мужчин, пришедших на мои земли с войной.
— Как мы можем служить тебе, энной? Наши охотники гибнут в степи один за другим, пытаясь накормить женщин и детей. Мы не сможем добывать еду ещё и для твоего племени!
— У народа Солнца хватает еды, это лишнее. Вы слабые воины, но те люди, что живут в полуденных землях, ещё слабее, верно?
— Да, наши предки родом оттуда. Во время переселения племена Бинадаму шли очень долго, и за все время пути не встретили никого, кто был бы сильнее их воинов.
— Вот и славно. Если вы докажите это снова, заняв новые земли там, где нужно Лантирску, и удержите их, скажем, двенадцать зим, пока подрастут новые воины, вы будете окончательно прощены.
— У нас осталось очень мало мужчин… Это трудная задача, энной Дим.
— Камо, вы ведь все равно собирались уходить. Большие плоты построены не для рыбалки, верно?
— Ты прав, эти земли прокляты. Смерть Джитуку не остановила злых духов, как мы надеялись. Люди продолжают умирать…
— У мудрых Предков есть такая традиция — если два человека вместе разделили еду, они не могут больше быть врагами. Я, энной Дим, вождь народа Солнца приглашаю тебя, Камо, говорящего от имени союза племен Бинадаму, отведать угощение, приготовленное женщинами моего народа.
Кроманьонец замер, обдумывая мои слова. Он недоверчиво переводил взгляд с меня на расставленную еду. Наконец, он решительно подцепил пальцами тонкую пластинку сыра, и отправил ее в рот. Я налил в две кружки мятно-ягодного отвара, протянул одну из них собеседнику.
— Ты сделал верный выбор, Камо. Только что ты спас сотни жизней своих людей. Этот день и ночь они точно переживут… А пока мы будем есть, расскажи мне о ваших колдунах и “священных камнях” поподробнее.
Мужчина осторожно отхлебнул горячий напиток, немного подержал его во рту, оценивая вкус, и с удовольствием проглотил. Чтобы не смущать голодного человека, я тоже взял кусочек пеммикана и время от времени делал вид, что ем. Пусть насыщается, первый этап переговоров прошёл вполне успешно!
— Все началось очень давно. Бинадаму долго шли вдоль большой воды, но наши воины везде натыкались на следы людей, и белых, и черных. Наши предки пересекли на плотах сначала одну, затем вторую большую реку, но все земли были заняты. Только за третьей большой рекой они не встретили никого, и подойдя к берегам четвертой, решили, что лучшего места для жизни не найти.
Большая вода — скорее всего побережье Черного моря, и если они шли с Балкан, большие реки это Дунай, Днестр, Южный Буг и Днепр. Целеустремлённые ребята, ничего не скажешь, это переселение намного серьезнее того исхода из Крыма, что я организовал в свое время…