Форпост
Шрифт:
Странно, даже не смотря на постоянно пробегающую рябь на защитном куполе, я чётко вижу дальние стены пещеры. Больше ничто не скрывает их от света Очага. Ничто… или никто?
Варг резко вытягивает руку вперёд и хватает не успевший увернуться силуэт Предка. У того нет сил сопротивляться, и пальцы энноя с легкостью сжимаются. Полупрозрачное тело призрака вспыхивает облаком красноватых искорок, и они, падая на пол пещеры, медленно гаснут. Несколько штук остаться на коже Варга, и растворяются в ней. Мне показалось, или старик подрос ещё на пару сантиметров?
— Сенг,
— Уже давно… Сейчас Варг ловит последних из них.
— Ты видел его? Он стал в несколько раз больше меня!
— Ты живой. Пока… Не забывай об этом. Живой энной может больше, чем мертвый.
— Друзья, прошу вас — хватит говорить загадками! В мире живых за это время уже прошло больше часа, я не хочу увидеть мертвый город, когда вернусь!
Ника выставила перед собой руки, успокаивая меня:
— Пока рано волноваться. Время у тебя ещё есть, Дим.
— Что мне делать?
— Ты тоже собрал много силы. Я не знаю, кто из вас сейчас сильнее, размер тела не главное. Муравей может тащить добычу, намного больше его, понимаешь?
Муравей так муравей… хорошо хоть Ника для примера не выбрала гораздо более неприятных насекомых. После моего появления наш купол увеличился, и практически сравнялся в размерах с таким же, со стороны Варга. Может, она говорила об этом?
Делаю шаг к огню, выставив перед собой руки. Ладони упираются в прозрачную пружинящую пленку, по ней во все стороны расходятся волны колебаний. Ещё шаг! Пальцы начинает щипать и покалывать, вокруг них сверкают зелёные искры. Медленно, сантиметр за сантиметром, я начинаю продавливать барьер.
— Дим! Проклятый сын гиены!
Варг, отбросив в сторону угасающие останки последнего пойманного Предка, в несколько шагов преодолевает расстояние от каменных стен до Очага.
Огромный кулак летит прямо мне в лицо, я инстинктивно отшатываюсь. Удар не достиг цели — зеленая завеса чуть подалась назад и полыхнула так, что я на несколько мгновений ослеп…
— Ты! Посмел! Убить! Моих! Людей!
С каждым словом энной продолжает наносить удары, навалившись на невидимую преграду всем своим весом. Сотни сознаний Предков больше не поддерживают привычный образ Пещеры, со стен обсыпаются камни, появляются полотна натянутых на жерди шкур, обширные участки глиняных и земляных стен. Купол сияет как новогодняя ёлка, разбрасывает искры, и… медленно сжимается!
Противник наклоняется, его лицо совсем близко, и я отвечаю тем же — коротко размахнувшись, впечатываю кулак в перекошенную от злости рожу. М-да… все равно что в резиновый баллон ударил! Сверкнуло, грохнуло, Варг даже на мгновение опешил от такой наглости, и барьер подался назад, возвращая мне потерянную площадь.
— Слабым нет места в Первой Пещере!
Энной делает шаг мне навстречу, ему очень тяжело, видно, как под лохмотьями, оставшимися от одежды, вздулись бугры мышц. Пытаюсь упираться, навалившись на барьер плечом — тщетно… Ноги скользят по полу, не находя опоры. Напрасно я представил на ногах высокие берцы с рифлёной подошвой — теперь стал сминаться сам камень, становясь мягким, как пластилин.
— Зря ты
По спине разливается холод, я натолкнулся на кого-то из союзников.
— Сейчас ты умрешь!
Варг, видя, что я не могу удержать натиск, удваивает усилия. Теперь с ним бороться все равно что с надвигающимся поездом, тот же результат. Оба барьера, столкнувшись, теряют энергию и уменьшаются, но наш купол тает намного быстрее…
— Дим, присмотри за внуком! Он сможет стать энноем!
Голос Сенга пробивается сквозь рев Варга, треск разваливающегося купола и грохот камнепада. На мгновенье становиться светло, как днём, тысячи зелёных огоньков окутывают меня со всех сторон. Под ногами неожиданно появляется опора, пол и стены немного отдаляются.
— Рауг сидит у входа, он почти смог сюда пробиться! Помоги ему, он был мне как сын!
Арика кладет ледяную руку мне на грудь, грустно улыбается и исчезает в ослепительной вспышке, оставив после себя новое облако зелёных искр. Они все растворяются во мне, и неудержимое движение барьера, грозящего расплющить нас в лепешку, окончательно останавливается.
— Я обещала, что сделаю все, чтобы мой род выжил!
Обжигающее холодом прикосновение, и новая вспышка на месте Ники…
— Не судьба, Дим. Спасибо, что дал мне своими глазами увидеть Первую Пещеру!
Шенк, сжимает на прощанье мою ладонь холодными пальцами. Вспышка!.. И оставшийся после него совсем небольшой рой искорок, тут же устремляется ко мне.
— Тьма не заберёт живых…
Последние призраки древних стариков, ставшие совсем маленькими, прикасаются к моим ногам, и один за другим исчезают в лучах изумрудного света.
Я остался один. Но самопожертвование друзей не пропало даром — теперь уже Варг кажется мне школьником, по ошибке забредшим в качалку для взрослых парней…
— Нет, Варг, не зря. Ты убил сотни людей, и сейчас впустую растратил полученную силу!
Шаг вперёд — и мой купол, гудящий от избытка энергии, с лёгкостью сминает защиту противника, отбросив того на пару метров.
— Ты своими собственными руками уничтожил свой род и своих людей!
Я иду вперёд, не останавливаясь, практически не чувствуя сопротивления.
— Мы слабые, но не забыли, что значат дружба, любовь и вера в светлое будущее!
Очаг и горстка застывших возле него истуканов остаётся позади. Эннои, живущие на западе, как всегда, отсутствовали. Варг пятится, все дальше отступая к покрытой потрескавшейся глиной стене.
— Теперь нет вообще никакого будущего! Ты уничтожил единственную надежду людей выжить во время Долгой Зимы!
— Твой путь не единственный. Изменяя тело, ты забыл о разуме, превратив людей в безжалостных убийц!
Старый энной упирается в стену, глиняная крошка начинает осыпаться. В прорехах нет ничего, кроме клубящегося серого тумана.
— Больше ты никого не убьешь!
Защитная сфера, сьежившись до пары метров, вспыхивает в последний раз и исчезает. Варг ещё пытается удержаться, хватаясь руками за края пролома, но прикосновение к поверхности тумана стремительно вытягивают из него остатки сил