Форпост
Шрифт:
Отчаянный крик жертвы закладывает уши, и они оба исчезают. Мир чужого сна вокруг начинает стремительно осыпаться, все расплывается клочьями серого тумана. Вот на глазах истончается рукав одежды, вот начинает бледнеть кисть руки… Ощущение страшной опасности нарастает, я изо всех сил пытаюсь проснуться — и меня наконец выбивает в реальность.
Только что я проиграл, вчистую… Варг даже не обратил на меня внимание, его интересовала только хозяйка сна. Зачем он ее убил? Только ради мести, или старый энной преследовал другую цель?
Потирая онемевшую ладонь, подумал о том, насколько большой была фигура моего противника. Когда мы разговаривали с ним раньше, он не сильно отличался от обычных неандертальцев — да, покрупнее
Решив больше не искушать судьбу, вернулся к безмятежно спящей семье. Нужно нормально выспаться, кто знает, до чего могут довести такие игры с подсознанием…
Следующие дни, чтобы отвлечься от невеселых мыслей, я занялся давно откладываемым "на потом" делом — получением краски, точнее, красящих пигментов. Выбор пока был небольшой — из охры путем ее растирания добыл жёлтый порошок, а из нее же, прокаленной на огне — красный. Получить белый порошок каолина и черный из сажи тоже никаких трудностей не составило. Сложнее было с лаком — мне не хватало последнего компонента, олифы. Все остальное — канифоль и скипидар — можно получить из смолы хвойных растений (живицы), при ее перегонке с водяным паром. Отвердитель — сплав канифоли с гашёной известью, тоже получить не сложно. Сейчас мы использовали пигменты для окрашивания дерева, втирая их в поверхность вместе с воском. Процесс не самый технологичный, и получить надолго стойкий цвет не получалось.
А вот первый органический краситель у меня был! Ещё в прошлом году, при вырубке леса, я заметил на дубовых листьях многочисленные красно-коричннвые наросты. Это оказались насекомые-вредители, намертво присосавшиеся к поверхности. Их яркий цвет и внешняя схожесть с кошенилью навела меня на мысль о кармине. Этот ярко красный краситель изготавливают, размалывая панцири похожих жучков, заливают горячей водой и отфильтровывают полученный раствор. Настоящий кармин получают добавлением сульфатов калия и алюминия, образующих ярко-красную соль. Я поступил проще — просто выпарил раствор до образования темно-красного порошка сухой кошенили. Ним можно было красить ткань, и, из-за отсутствия опасных химических соединений, применить как пигмент для губной помады.
Пять оттенков "главного женского оружия" получились путем добавления различного количества каолина, от темно-бордового до ярко — красного и нежно-розового. Основой послужила смесь воска и жира, нужное соотношение получилось подобрать после десятка попыток. Все это я упаковал в небольшие высверленные изнутри кусочки гладко ошкуренных веток, добавив поршень снизу в виде подходящей по диаметру палочки. Закрывался каждый такой "флакон" плотно подогнанной пробкой.
Конечно, первыми косметику попробовали женщины рода Искателей Знаний. Не сразу, с моими подсказками, они освоили новую науку. Учитывая, что единственным зеркалом была тщательно отполированная железная пластина, это было сложной задачей… Впрочем, выход нашли быстро, помогая друг другу наносить помаду. Вечером они получили заслуженную порцию восхищённых мужских и завистливых женских взглядов…
Меня и весь Круг Мастеров стали осаждать по всем правилам военного искусства, требуя наладить производство таких замечательных вещей. Я-то еще кое-как отбился, сославшись на занятость, а вот остальным пришлось обещать изготовить такие наборы для всех представительниц прекрасного пола к ближайшей свадебной церемонии. Женщин в Лантирске много — в два с лишним раза больше, чем мужчин, поэтому работать над таким заказом им придется долго.
Вся эта суета с косметикой хорошо отвлекла не только меня, но и остальных жителей города от так и не решённой проблемы с Варгом. Тот пока никак себя никак не проявлял, и люди немного успокоились. Тинг был совсем рядом, в одном дневном переходе, и уже завтра к вечеру должен
С утра начали установку временного жилья для возвращающихся, уже в который раз собирая карантинный поселок за стенами Лантирска. С момента встречи с остатками рода Большезуба прошло уже восемь дней, если все нормально, то долго там жить им не придется — два-три дня максимум. Полностью отказываться от этой меры предосторожности я не хотел, с увеличением количества населения любая ошибка будет обходится все дороже. Да и изменять мною же введённые правила не стоило.
— Дим, осторожно быть! Маленький великий зверь как ребенок, любить играть. Если он наступить на ногу, беда быть.
Ч'чонг, стоящий рядом, наблюдает, как я кормлю мамонтенка с рук, протягивая тому охапки сочной травы. За моей спиной Эрика, она держит на руках сына и опасливо поглядывает на подошедших взрослых животных.
— Не бойся, она тоже мать и приглядывает за своим ребенком.
— Этот "ребенок" весит больше бизонов, которых приносят охотники!
— Он ещё маленький… Смотри, ему нравиться!
Я глажу теплый морщинистый хобот, зверь фыркает и, оставив траву, ощупывает его кончиком мои руки и лицо. Не могу удержаться от смеха. Щекотно!.. Ингвар поддерживает меня, его звонкий смех колокольчиком разносится над речным берегом. Забираю его у жены, теперь, сидя у меня на руках, он может сам покормить такого чудесного зверя. Сын в полном восторге!
Двое других детенышей подходят к Эрике, и я подвигаю к ней корзинку клубней и толстых питательных корней, нарытых утром л'тоа. Жена набирает полную пригоршню угощения, протягивает сложенные ковшиком ладони вверх, и его тут же подхватывают.
Взрослая самка издает негромкий трубный звук, один из детенышей пытается его повторить. И вот уже все семейство мохнатых гигантов, окружив нас, знакомиться с новыми двуногими, которые принесли им вкусную еду…
Мамонты часто отходили от города в степь, здесь травы им не хватало. Но проходил день, другой — и вот уже они громким ревом оповещали Лантирск о своем возвращении. Наблюдая за лесорубами, детёныши, считая это игрой, захватывали хоботами обрубленые ветки, и, подражая людям, стаскивали их в кучи. Иногда к ним присоединились и взрослые, с легкостью поддевая бревна бивнями и в считанные минуты перенося тяжёлый груз к штабелям. Долго это не продолжалось, животные, "поиграв" таким образом, получали заслуженное лакомство и уходили пастись дальше. Но полезный навык постепенно закреплялся, такие случаи происходили все чаще. Ничего, скоро мы продолжим заготовку сена, корма станет вдоволь, и это ещё больше привяжет мамонтов к людям!
— Идут!
— Наши мужчины возвращаются!
Отряд Тинга с наблюдательной башни заметили ещё издали, когда они пересекали большую поляну среди леса в десяти километрах от нас. И все это время дозорные "вели" приближающихся людей, замечая то одного, то другого человека в просветах между кронами деревьев.
Тяжело груженные колесные рамы прогрохотали по мосту, первые люди уже стали разгружаться, устало опустив поклажу на землю. Длинный караван все еще втягивался в поселок, а стоящим на стенам людям уже спешил Тинг. Помахав руками обеим своим женам, он подошёл ближе ко мне.
— Дим, твое задание выполнено!
— Молодцы, так держать! Как люди?
— Устали, но ничего из добычи по дороге не бросили, все довезли. Женщины в порядке, только те четверо не хотят больше огненную воду пить, говорят от нее потом весь день голова болит.
— Потерпят, зато ночью спят спокойно… Ладно, больше никаких происшествий не было?
— Троим сегодня ночью приснились кошмары, но проснулись все.
Плохо… Варг не оставляет попыток добраться до моих людей. Но как же быстро он восстановил силы!..