Форпост
Шрифт:
Где же Дорохов с Иверзевым?
Ответ частично пришел из-за периметра, где вспух ослепительный шар взорвавшегося реактора БМК, и тут же на командной частоте, сквозь трескучие раскаты помех, прорвался голос Ивана:
– Второе отделение - группируемся у бреши!
Отчаянный ты лейтенант , - мелькнула в сознании Даггера мысль, когда он увидел преграждающее дорогу подвесное орудие «Фалангера». Плазменный разряд все же достал шестидесятитонного исполина, керамлит по правому борту рубки серв-машины светился малиновым сиянием, орудие было сброшено
Судьба хранила Даггера - рваные осколки бронеплит не достали до кресла, но БМК, потеряв управление, чиркнула бортом по стене здания и вдруг начала переворачиваться.
Небо и земля стремительно менялись местами в бреши, пробитые снарядами, врывались снопы искр, контуженый рассудок смутно воспринимал реальность, но даже в этих условиях, когда практически отключился разум, инстинкты тела продолжали жить.
После очередного переворота, когда БМК, наконец, остановилась, задрав к небесам дымящиеся, медленно вращающиеся колеса, он, словно в полусне, отстегнулся от кресла и начал выбираться через огромный пролом в лобовом скате брони.
Сзади медленно разворачивался сумеречный силуэт «Фалангера», два «Хоплита» вели беглый огонь из всего бортового вооружения в сторону технического паркинга, мимо одиноким факелом промелькнула выпущенная из ручного комплекса ракета.
Коммуникатор молчал, и лейтенанту было совершенно неясно, чем закончилась их попытка прорыва.
Даггер сейчас понимал лишь одно - единственный шанс переломить ситуацию - это вызволить оставшихся в живых пилотов из покореженного десантного отсека и прорываться к консервационным боксам.
Для капитана Иверзева прорыв двух БМК послужил идеальным прикрытием.
Его машина неслась вдоль ограждения, режим «хамелеон» до поры стушевывал сигнал, придавая боевой машине (с точки зрения защитных устройств базы) вторичный статус.
На компьютерной схеме среди различных построек алым цветом выделялись боксы, предназначенные для технического обслуживания серв-машин, а напротив - ворота, - мощные бронированные, неприступные.
Для техники … - мысленно уточнил бывший командир десантной роты.
Пять профессиональных бойцов, оказавшиеся сейчас под его командованием, составляли неполное отделение, но и они, учитывая опыт и уровень подготовки, могли натворить немало бед, причинив больше разрушений, чем орудия или ракетно-плазменные комплексы БМК.
Машина по-прежнему двигалась впритирку с ограждением, в мертвой для защитных устройств зоне. Обычно сектора обстрела огневых точек периметра не рассчитываются исходя из вероятного противодействия пехотным подразделениям, - для этих целей служат формирования андроидов, а вся схема управления огнем сориентирована на поражение тяжелой техники на дальних подступах к базе.
Изъян в проектировании, либо пренебрежение той степенью угрозы, что представляет человек, среди схватки боевых машин, - Антон Иверзев мог лишь предполагать
– Приготовиться к десантированию! Кураев, Хейвурд, к воротам, остальные в прикрытие!
Десантная рампа открылась на ходу, крохотные фигурки людей выскакивали из боевой машины, тут же сливаясь с рельефом местности.
Хорошо, что насекомые такие жадные , - подумал Иверзев, переводя автоматику БМК в режим огневого прикрытия.
– Сволокли на свои склады все, что не пыталось явно сопротивляться.
– С мысленной усмешкой подумал он. Среди разнообразного стрелкового вооружения обнаружились не только нужные элементы экипировки, но и спецсредства, такие как гранаты электромагнитного импульса или мощные подрывные заряды, способные взломать обшивку космического корабля.
Будет вам сейчас фейерверк…
Основной бой полыхал в полукилометре отсюда, подле ворот все вроде спокойно, спонтанный маневр, не предусмотренный общим планом, похоже оказался удачен.
Пока удачен.– Одернул себя капитан.
Кураев с Хейвурдом уже установили заряды и теперь бежали назад, к БМК. Отсветы от стробоскопических вспышек освещали их фигуры, заставляя фактуру фототропной брони мгновенно менять свой цвет.
На таймере, отображавшемся в нижнем правом углу проекционного забрала, мелькали, стремясь к нулю секунды обратного отсчета перед взрывом.
Как его не жди, он грянул внезапно. Тяжкая судорога, словно толчок девятибалльного землетрясения привычно рванула почву из-под ног, но Иверзев устоял, - не впервой, - лишь наклонился навстречу шквалистому порыву обжигающего ветра, наблюдая как две многотонные бронеплиты, медленно подбросило вверх.
– Вперед!
– Скупо скомандовал он, первым начиная движение.
– Пилотам не высовываться, мы расчищаем путь. К ангарам рванете по моей команде!
Шесть фигур в бронескафандрах достигли ворот, когда обе половинки преграды тяжко рухнули на землю, поднимая непроглядные клубы пыли.
Иверзев не ощущал азарта. Война давно утратила для него лоск новизны, превратившись в тяжелую кровавую работу, и сейчас почему-то вспомнилась эта цифра, - десять лет, - ровно столько выпало на его долю, лишь под сердцем в такт чуть участившимся ударам пульса притаилась несбыточная, кажущаяся очередным обманом надежда, что этот бой действительно станет для них последним в изматывающей череде десантов и планетарных зачисток.
Машинально взглянув на таймер, он зафиксировал время - четыре минуты с момента как грянул первый выстрел, и тут же, привлекая внимание капитана, сквозь клубы дыма пробилась атакующая группа андроидов пехотной поддержки.
Отдавать дополнительные команды не было нужды: десантники уже рассыпались по позициям, лишь бы пилоты не полезли раньше времени, а так все будет хорошо, - он выждал еще пару секунд, давая андроидам втянутся в теснину выбитых взрывом ворот и коротко выдохнул в коммуникатор:
– БМК, пошла!
Многотонная машина рванула с места.
Управляющие ей боевые автопилоты фиксировали цель: две зримые снарядные трассы тут же прошили узкое пространство, настигая сервомеханизмы, опрокидывая их, вбивая назад, в клубящееся облако пыли и дыма. которое толчками выдавливало за пределы базы.