Форпост. Земля войны
Шрифт:
– Эй, там, внизу, – насмешливо продолжил неизвестный, – может, хватит в войнушку играть? Сядем, потолкуем по-людски. Положи автомат и выходи, я не буду стрелять. А будешь дурить – другана твоего первого положим, а потом тобой займемся.
– Заманчивое предложение, – решился Спиридонов. – А где гарантии, что ты не будешь дурить?
– Слово офицера. Извини, других гарантий дать не могу.
– Слово офицера, говоришь? Ну хорошо, я выйду, только ты тоже ствол убери и встань так, чтобы я тебя видел.
– Договорились. Слышь, воин, хватит уже кобуру дербанить,
– Спокойно, Леха! – Сергей окликнул приятеля. – Сиди спокойно и оружие не трогай. Понял меня?
Побледневший Малиновский только молча кивнул. Отложив автомат, опер не спеша вышел из укрытия.
– Ну вот и молодец! – На краю оврага появился среднего роста худощавый мужик в армейском камуфляже, с «веслом» «АК» на плече. – Сейчас я к вам спущусь, только не вздумайте баловать, мои ребята церемониться не будут.
– Я думал, мы уже договорились? – усмехнулся Спиридонов.
– Договорились, – кивнул незнакомец, присаживаясь на камень, за которым ранее столь бездарно пытался схорониться незадачливый эколог. – Ну, ребята, и кто же вы такие будете?
– Хотелось бы сначала узнать, с кем имею честь беседовать? – снахальничал Сергей, разглядев пограничный шеврон на рукаве и капитанские звездочки на погонах потрепанного камуфляжа.
– А ты наглец, парень, – покачал головой военный. – Ну да ладно, мы не гордые, представлюсь первым. Войтенко Станислав Данилович, некогда начальник энской погранзаставы, а нынче, даже не знаю как и сказать, – законно избранный вождь племени, что ли.
– Спиридонов Сергей Владимирович, некогда оперуполномоченный энского райотдела милиции, а ныне – в некотором роде, тоже законно избранный вождь племени. А это Алексей – мой консультант по научным вопросам.
– О как! – удивился Войтенко. – Нежданно-негаданно в степи коллегу встретил. Давно здесь обретаетесь?
– Да уже почти месяц. А вы?
– Да и мы примерно столько же.
– А вы часом такого Игошина не знаете?
– Бориса Викторовича? А как же, знакомы – глава Лесозаводска. Хозяйственный мужик. Так он тоже здесь? Ну-ка, парень, расскажи все, что тебе известно про нашу поганую ситуацию?
Слушая рассказ Спиридонова, офицер только качал головой и время от времени обменивался взглядами с присоединившимися к компании двумя крепкими парнями в таких же потрепанных камуфляжах с шевронами погранвойск на рукавах.
– М-да, – протянул он, когда Сергей закончил свое печальное повествование, – у нас, в принципе, схожая история. Выехал с мобильной группой искать пропавший наряд, а очутился здесь. Двоих бойцов потерял, один сразу погиб при аварии, второй через два дня от травм умер, так и не смогли спасти. Хорошо хоть ребят своих здесь нашел, живыми и здоровыми. Потом несколько дней мотались по степи, искали людей, насобирали человек двадцать разного народу. Долго думали, что дальше делать, решили построить поселок и готовиться зимовать. Деваться-то все равно некуда. Так ты говоришь, еще одно поселение здесь имеется, кроме наших?
– Не совсем, – покачал головой опер, – есть еще поселок некоего капитана – из
– Серьезную ты ошибку допустил, старлей, – хмуро произнес пограничник после подробного рассказа о ситуации в селении капитана. – Таких, как этот тип, надо сразу кончать. А ты его в живых оставил, еще и оружие подарил. Да и люди под ним остались, тоже нехорошо. Он ведь спокойно в своей норе сидеть не будет, окрепнет, оклемается и начнет все вокруг под себя подгребать, что сможет, конечно. А вы у него теперь главные враги. На открытую конфронтацию не попрет, силенок маловато, а исподтишка пакостить станет. Ну да ладно, ты этот косяк допустил, тебе его и расхлебывать. Я так понимаю, переселяться к нам ни ты, ни твои люди не будут?
– Зачем? – пожал плечами Сергей. – Место хорошее, мы уже более или менее обустроились, барахлом обросли. Если уж переселяться, так лучше вы к нам.
– Да и мы вроде тоже корни пустили, – усмехнулся Войтенко. – От добра, как говорится, добра не ищут. Наш поселок отсюда километрах в двадцати на северо-запад. Там река большая, вот мы на берегу и устроились. Так что, если беда какая приключится, посылайте гонцов – чем можем, поможем. Ну ладно, бывайте, мужики, пойдем мы. А то дорога дальняя, а световой день короткий.
Распрощавшись с бывшим начальником заставы и его людьми, парни быстро собрали нехитрые пожитки и тоже двинулись к своему селению.
К поселку подходили в сереющих сумерках, никем не замеченные. Маячившего обычно на наблюдательной вышке часового в этот раз видно не было.
– Эй, там, наверху, есть кто живой? – Негодованию Спиридонова не было предела.
– Ой, кто там? – Над камышовой стенкой появилась пышная копна светлых волос и испуганно-удивленные голубые глаза.
– Леночка, солнышко. Надо говорить не «кто там?», а «стой, кто идет?», – улыбнулся Малиновский. – Ты чего там делаешь?
– Я охраняю. Витя сказал, что рабочих рук не хватает, и теперь днем на вышке девочки будут дежурить.
– Если так будешь дежурить, тебя враги вместе с вышкой выкрадут, – недовольно проворчал Сергей. – Ты чего там, спала?
– Нет, у меня кроссовок порвался, я наклонилась посмотреть, а тут вы подкрались.
– Где Виктор?
– Там, кирпичи делает.
Возле ограды собралось практически все мужское население поселка. Месили глину пополам с сухой травой и древесными опилками, а из полученной массы лепили и выкладывали на просушку кирпичи.
– Привет, – избавившись от корзины с собранным урожаем, Сергей подошел к руководившему строительными работами Шевченко. – Все-таки решили кирпичи делать?
– Да это Яков вспомнил про саманный кирпич [13] . Говорит, так теплее дома будут, и строить быстрее, глины меньше уходит. Ну а вы как сходили, новости есть какие?
13
Саманный кирпич – кирпич из необожжённой глины, высушенный на открытом воздухе.