Формула смерти
Шрифт:
«Конечно!, – усмехнулся Сиверов, – времена писем на почтамт „до востребования“ ушли безвозвратно, теперь с любовниками переписываются по сети. Вот почему она повернула монитор: чтобы я не мог прочесть текст».
– Я не любопытен и не навязчив, – сказал Сиверов, – но столы здесь стоят так близко, что поневоле вторгаешься в чужую жизнь. Это как ехать в общественном транспорте – поневоле вместе.
Женщина кисло улыбнулась:
– Вы совсем мне не мешаете.
– Удачи вам и устойчивой связи.
Глеб ввел в окно
Наконец отыскался персональный сайт самого Смоленского. Фотография оказалась той же самой, что и принесенная Потапчуком.
«Да, ребята из ФСБ не утруждают себя лишними поисками», – подумал Сиверов.
Короткая биография, читая которую и последний дурак поймет, что Смоленский занимался закрытыми разработками. Сайт давно не обновлялся, по нему выходило, что Смоленский еще жив, участвует в программе уничтожения химического оружия.
«А вот и то, что мне надо», – Глеб загрузил список работ профессора Смоленского.
Соседка Сиверова сидела, вплотную приблизившись к монитору, и, как отличница в классе, прикрывала написанное ладошкой, чтобы сосед по парте не мог прочесть его.
«Боже мой, – подумал Глеб, – все-таки в каждом из нас живет ребенок. Солидная женщина, замужем, спроси у нее, чего ей не хватает? Наверное, остроты ощущений. Как и мне, впрочем…»
– Я бы хотел распечатать список.
– Что? – очнулась девушка за стойкой и неохотно сбросила наушники.
– Хочу список распечатать. С такими просьбами к администратору обращались не часто.
– Сейчас попробуем.
Ожил, защелкал принтер, и вскоре Глеб уже держал в руках три странички убористого текста.
– Счастливо оставаться, – бросил Сиверов и вышел на улицу.
И вновь: тоннели, перестук колес вагонов метро, людные улицы центра. Глеб перелопатил огромные стеллажи в четырех самых крупных букинистических магазинах и – ни одной находки. В книжные магазины, торгующие новыми книгами, Сиверов даже не заходил. Последний учебник Смоленский издал в девяносто шестом году.
Наконец, совсем уже разуверившись в том, что сегодня сумеет раздобыть хоть одну книжку академика, Сиверов зашел в маленький букинистический магазинчик, размещавшийся в бывшем пивном павильоне-стекляшке. На Глеба прямо-таки дохнуло атмосферой прошлого. Стальные, десятки раз крашенные дешевой масляной краской стойки, толстое витринное стекло, потолок, подшитый простеньким
Весь магазин обслуживал один человек – усатый старик с абсолютно седой шевелюрой, чем-то похожий на Эйнштейна. Он неприметно сидел в уголке перед кассовым аппаратом и просматривал старую подшивку журнала «Радиолюбитель». Глеб уже покончил со стеллажом, к верхней полке которого кнопками была приколота вырезанная из ватмана табличка «Химия», и перешел к стеллажу с надписью «Медицина».
Старик вздохнул, захлопнул подшивку и, кряхтя, выбрался из-за кассы. Стал за спиной у Глеба и сухо кашлянул в кулак.
– Молодой человек, – обратился он к Сиверову, – что-то ищете? – Старик бегло осмотрел список работ доктора Смоленского и отрицательно покачал головой:
– Этих книг вы здесь не найдете.
Трудно было поверить в то, что старик в состоянии удержать в голове названия и фамилии авторов книг, наполнивших магазин. По пыли, покрывавшей тома на верхних полках, можно было предположить: туда не залезали уже год или два.
– Это точно, абсолютно. Я каждую книгу знаю.
– Что ж, если вы гарантируете, – Сиверов пожал плечами, – придется воспользоваться библиотекой.
– Вы, молодой человек, из тех, кто не любит пользоваться библиотеками, – выцветшие глаза старика не мигая смотрели на Сиверова. – Вы предпочитаете иметь книгу при себе. Дочка в медицинский поступила? – спросил букинист.
– Племянница попросила.
Старик внимательно оглядел Глеба, словно приценивался к нему, определял, хороший человек перед ним или плохой. Чуть заметная улыбка тронула его губы. Сиверов ему понравился.
– Что ж, придется помочь вам, – старик, не дожидаясь согласия, поднял трубку старого телефона, уверенно набрал номер. – Слушай, Борис, сюда нужен учебник профессора Смоленского по вирусологии.
– Как это ты не уверен, есть он у тебя или нет? Третья полка во второй секции от окна, – старик говорил так уверенно, будто видел книжный стеллаж перед собой. – Смотри не убейся, твоя стремянка должна была развалиться уже год тому назад.
– Нашел? Отлично, вези сюда, – старик, не прощаясь, повесил трубку. – Если подождете с полчасика, то получите то, что хотите. Он попробует вам втюхать книжку за двадцать долларов, но красная ее цена, даже учитывая безвыходность вашего положения, – десятка. Кроме вас, он ее никому не продаст, – и старик потерял к Сиверову всякий интерес, вновь забрался за кассу и принялся изучать радиосхемы тридцатилетней давности, к которым сегодня и деталей-то не найдешь.