Формула счастья

Ненова Нина

— Да. Я жду! — заявил Рендел, раздраженный моим безразличием. — Жду, что совсем скоро что-то случится. И это будет, наверное, ужасно!

— В каком смысле?

— Наиболее вероятно, что в планетарном, — его губы внезапно искривил приступ ненависти, который он не смог сдержать. — Недооценивают ли они нас или нарочно держат в неведении? Или просто нас разыгрывают? Но ничего, ничего-о-о… — тихо процедил он сквозь зубы. — Мы тоже не сидим сложа руки. У любого живого существа, даже если оно и близко к совершенству, есть cbo! слабости!

«Горестная нотка» безвозвратно исчезла… Я знал, что мечта почти каждого человека — найти уязвимое место юсов, и я в этом отношении не был исключением из общего правила.

Но все же остервенение, с которым Рендел, пустился на поиски, было просто отталкивающим.

Я всматривался в него, чтобы проследить его реакцию, и вроде бы без повода обронил:

— Ты ведь заметил особенности здешних роботов, правда?

— Что за особенности? — встрепенулся он. — Какие? — поправил он себя.

— О, я имел в виду эти особенности в их поведении и способах общения между собой. А на тебя, может быть, произвели впечатления и другие.

— Наоборот, ничего особенного в них я не заметил, — Рендел задумался или сделал вид, что задумался. Потом добавил: — Но мне и в голову не приходило наблюдать за ними. В конце концов, это же просто механизмы.

— Однако очень сложные. Очень интеллигентные и… я бы сказал, слишком себя осознающие.

— Даже если и так, то до сих пор это только было нам на пользу. Они — хорошие помощники.

— Настолько хорошие, что выполняют любые приказы?

— Предпочитаю, чтобы ты задавал мне более конкретные вопросы, комиссар.

— Хорошо. Вчера со мной произошел один… случай там, среди «скал», а двое из твоих помощников, Рендел, видели меня, но не пришли мне на помощь…

— Ясно, ясно! — прервал меня как будто с облегчением он. — Ты просто попал в «вертеп», со мной это случалось уже три или четыре раза, и все в их присутствии. Они знали, что ничего плохого с тобой не случится.

Я решил больше не комментировать инцидент, а также не поднимать темы наших утренних мелодраматических «откровений». Время для нас обоих было достаточно ценно, чтобы терять его понапрасну, балансируя между ложью и истиной. Мы посмотрели друг на друга как люди, которым именно теперь предстоит углублять взаимную неприязнь. Расстались мы холодно и по-протокольному вежливо.

Глава семнадцатая

Все вещи Фаулера и Штейна хранились в пустой комнате около зала, где находился Сервер, и я терпеливо осмотрел их, особенно внимательно те, что были найдены у мерт-вого Фаулера. Ничего особенного, однако, не обнаружил — все это были обыкновенные личные вещи, если исключить, конечно, юсианское изображение Штейна, ничем другим не отличались, кроме своего стандартного безличия. Или своей печальной, словно обвиняющей ненужности. Я снова убрал их в два почти одинаковых черных чемодана, а чемоданы поставил на старое место в угол. Они будут стоять там долго, может быть, годами, ставшие неприкосновенными именно из-за этой своей ненужности.

Я приблизился к плотно закрытому окну и оперся руками на подоконник. Естественно, еще с самого начала я отверг версию об убийстве-самоубийстве, потому что если Фаулер и убил Штейна, а сам после этого впал в такое состояние, что через двести метров наложил на себя руки, то он едва ли собрался бы с душевными силами, чтобы рыться в карманах трупа. Да и нелогично было бы поступать так. Впрочем, налицо было достаточно других фактов, которые, безусловно, говорили о хладнокровно совершенном двойном убийстве. И в данный момент картина вырисовывалась следующая.

Кто-то настигает Штейна, по какой-то причине убивает его и забирает его вещи с целью потом их проверить, так как ожидает что-то среди них найти. Потом он направляется обратно, но вскоре неожиданно натыкается на Фаулера и убивает его, чтобы не быть уличенным. Тогда он решает инсценировать убийство-самоубийство и избавиться на время от вещей Штейна. Из двух вариантов — вернуть их обратно,

или подбросить Фаулеру — он выбирает второй — более удобный и одновременно дезориентирующий вариант. Что же касается того, что он искал среди них, то весьма вероятно, он нашел это и где-то спрятал. Только что же это было? И была ли какая-то связь между этой вещью и полученной накануне посылкой с Земли? Вообще я был почти уверен, что эта посылка явилась причиной всех последующих событий, но, к сожалению, это не делало их для меня более ясными и понятными. Куда шел Штейн? Почему там появился и Фаулер? Каковы были мотивы убийства?.. Об этом я не имел никакого понятия. И сомневался во всех и во всем, за исключением одного: за этими убийствами, хотя и только как катализатор, стоит мрачная тень юсов…

Из-за угла ближайшего гаража беззаботно выскочил Джеки, а немного погодя следом за ним появилась Элия. Я отодвинулся от окна так, чтобы меня не было видно с улицы, и начал наблюдать с интересом, отнюдь не только профессиональным. Одета она была в ослепительно белый спортивный костюм, брюки которого были непрактично узки, зато радовали глаз, шла она медленно, я бы даже сказал, чрезвычайно медленно и как будто смотрела прямо по направлению комнаты, где я находился. Наконец, она подошла к площадке перед складами. Там остановилась, склонив голову, и вдруг несколько раз неестественно громко крикнула:

— Джеки! Джеки! Ко мне! Песик, который как раз в этот момент был рядом с ней, от удивления замер на месте.

— Джеки! Давай! Сюда! Гоп, гоп! — не переставая поднимать шум, Элия даже захлопала в ладоши.

Джеки сел на асфальт, чтобы осмыслить ее своенравное поведение, потом, решив, что она приглашает его поиграть, откликнулся на приглашение жизнерадостным лаем. Бросив беглый взгляд на мое окно, Элия некоторое время играла с Джеки, периодически сопровождая это свое занятие звонким смехом. Потом самым неожиданным образом подхватила Джеки на руки и пошла к входу во второй склад. Держа Джеки в одной руке, другой она привела в действие подъемный механизм. Дверь поднялась вверх. Элия переступила порог, встав точно под ней, после чего резко протянула руку, оперлась ладонью о нижний край двери, словно желая предотвратить ее возвращение вниз. Я с тревогой всматривался туда — дверь была застопорена, но несмотря на это, Элия ей явно не доверяла. Она нагнулась, словно ожидала падения тяжести сверху, отчаянно прижала к себе Джеки и вместо того, чтобы просто отступить, замерла на пороге, как зачарованная. Наконец, ловко изогнувшись, она скользнула внутрь, а у меня перед глазами стояло искаженное ужасом ее лицо. Дверь опустилась за ее спиной зловеще и стремительно, как гильотина.

Я даже не почувствовал, как оказался там. Лихорадочно нажал на кнопку около двери, и она опять поднялась вверх. Проверил ее — она выглядела вполне исправной, и вошел. Внутри царили глубокие, как пропасть, мрак и тишина. Осмотрев стену справа от входа, где должен быть выключатель освещения, я ничего подобного не обнаружил. Прошел налево — и тут ничего. Сделал еще шаг, второй… и в этот момент дверь закрылась. Может быть, она действительно неисправна, сказал я себе, но особенно не стал беспокоиться, потому что еще раньше заметил, где находится внутренний выключатель. Нажал на его кнопку и еще раз, и так, и эдак. Дверь оставалась неподвижной. Слегка касаясь плечом стены, я двинулся к грузовым воротам и скоро оказался там, однако, все мои попытки открыть их двери ни к чему не привели. Я продолжал двигаться в том же направлении. Обнаружил еще одну дверь, механизмы управления которой я тоже не смог задействовать, и тогда остановился. Обходить весь склад было бессмысленно. Я понял, что все его выходы заблокированы. Грустно улыбнулся: поведение Элии мне уже не казалось странным. И теперь я не сомневался, что она попала в беду.