Формула Бога
Шрифт:
— Томаш, — наконец нарушила она молчание. — Можно я задам вам деликатный вопрос?
— Конечно.
— Скажите, зачем вы были в министерстве в час ночи?
Застигнутый врасплох, Томаш посмотрел на нее долгим взглядом. Он с радостью ответил бы на любой ее вопрос, но только не на этот.
— Я хотел увидеть рукопись.
— Это я понимаю. Но почему глубокой ночью? Почему взломав дверь кабинета «К» и сейф?
Томаш почувствовал огромное желание открыться Ариане,
— Я… как бы это выразиться… ощутил… ну… мною овладело типа неудержимое любопытство. Мне обязательно надо было ее видеть, чтобы убедиться… что меня не вовлекли в проект военного назначения.
— Проект военного назначения?
— Отказ позволить мне ознакомиться с текстом лично или хотя бы на словах передать его содержание вызвал у меня подозрения. С учетом международной полемики по поводу иранского ядерного проекта, в том числе в ООН, и непрекращающихся американских угроз, кое-какие вещи меня очень обеспокоили.
— Я вас понимаю.
— Я начал нервничать и хотел разобраться, что происходит на самом деле.
— А человек, который был с вами? Кто он? Томаш и вправду запамятовал, что цэрцушника звали Багери, поэтому ответ его прозвучал совершенно естественно.
— Моса? Тип, с которым я познакомился на базаре.
— Моса, вы говорите?
— Да, — подтвердил Томаш. — Вы знаете, что с ним?
— Знаю. Он был ранен той ночью и спустя несколько часов умер в госпитале.
— Бедняга.
— Он был специалистом по вскрытию замков… Только круглый идиот на моем месте этим не воспользовался бы, вы не находите? Поэтому я и решил нанять его. — Португалец сделал неопределенный жест. — А все остальное вам известно.
— Н-да, мягко говоря, вы проявили неблагоразумие, Томаш.
— Конечно, — согласился он и резко наклонился к ней, будто в голову ему пришла идея. — А можно теперь я задам вам деликатный вопрос? О чем говорится в рукописи Эйнштейна?
— Извините, но этого я вам не могу открыть. Одно дело — спасти вас, и совсем другое — предать родину.
— Вы опять правы. Забудьте. — Томаш быстро махнул рукой, как бы отметая свой вопрос. — Но на это-то вы, должно быть, сможете дать ответ… — произнес он, будто рассуждая вслух.
— На что?
— Что произошло с профессором Сизой?
У иранки бровь поднялась дугой.
— Почему вы думаете, что профессор Сиза имеет к нам какое-то отношение?
— Я могу быть наивным растяпой, но я не глупец.
На лице Арианы вновь появилось выражение озабоченности.
— Сожалею, но
— Почему? Это же, полагаю, не сопряжено с предательством родины.
— Дело не в этом, — возразила она. — Если моему руководству станет известно, что вы знаете много такого, что вам не положено знать, подозрения падут в первую очередь на меня.
— Вы снова правы, конечно, правы.
— Но я могу намекнуть. Существует некая связь между профессором и отелем «Орчард». Это название нацарапано карандашом почерком профессора Сизы на обороте одной из страниц рукописи Эйнштейна.
— Неужели? — удивился португалец. — Любопытно…
Ариана повернула лицо к окну и вздохнула. Солнце уже начало клониться к прямоугольным силуэтам зданий, расцвечивая голубизну неба пурпурно-алыми узорами и отбрасывая причудливые тени на рваные облака, плывущие над линией городского горизонта.
— Мы должны вывезти вас отсюда, — она продолжала смотреть в окно, и в голосе ее звучала печаль.
— Из этой квартиры?
— Из Ирана. — Теперь она смотрела ему прямо в лицо. — Ваше пребывание здесь представляет серьезную опасность и для вас, и для меня, и для моих друзей. Но проблема в том, что вывезти вас за пределы страны не так просто.
Историк наморщил лоб.
— Я знаю один канал. Моса подготовил отход и основные детали плана сообщил мне. В одном из иранских портовых городов меня ждет рыбацкая шхуна.
— Вот как? Где?
— Название выпало у меня из памяти.
— Это в Персидском заливе?
— Нет-нет. Где-то на севере.
— На Каспийском море?
— Да. Но название места я не могу вспомнить.
— Может быть, Нур?
— Нет, точно нет. Я помню, что название было длинное.
— Махмудабад?
— Уф… не знаю… может быть, но я не уверен… Там вроде бы какие-то развалины есть… связанные с кем-то из Великих: то ли с Карлом, то ли с Александром…
— Стена Александра?
— Да… может быть… А вам это о чем-нибудь говорит?
— Естественно. Стена Александра обороняла рубежи цивилизованного мира. Она проходила невдалеке от границы с нынешним Туркменистаном, протянувшись от горного Голестана до побережья Каспия. По крайней мере так гласит легенда. Стену воздвигли в VI веке.
— И поблизости от нее есть какой-нибудь портовый город?
Ариана подошла к полке с книгами и вернулась на место с географическим атласом. Разложив фолиант на коленях, открыла его на странице с картой Ирана. Глаза ее внимательно двигались по побережью Каспийского моря, отыскивая ближайший к руинам стены Александра порт.