Фокусник? Шляпник
Шрифт:
– Откуда ты-…
– Я общался с распределяющей шляпой. Она рассказала мне кое-что интересное, не бойся, я не лез в твою личную жизнь, за исключением информации о Дурслях, но ты и сам мне это рассказал. Извини, что рассказал это остальным, но сейчас мы вместе стоим у истоков истории двух миров. Это не такая уж и важная информация.
Я перевёл руку на Малфоя и продолжил:
– Умный, также доказал, что может меняться и, главное, думать головой. Настоящий чистокровный волшебник со своими взглядами на мир, отличающимися от наших. Аристократ, имеющий связи с остальными чистокровными
Я хмыкнул и указал на себя пальцем:
– Ну, обо мне вы знаете. Цели нашего ордена я вам объяснил. Ну и добавлю, что спонсировать его буду я, деньги у меня есть. Можете помогать, если захотите – я буду только «за». Да, мы знакомы всего ничего и это…
– Безумие, – помог мне Малфой, серьёзно взглянув в глаза.
– Безумие, – согласился я. – Но это безумие предоставит вам то, чего нет у многих людей. То, что многие хотели бы получить и за что готовы отдать очень и очень многое!
– И что же? – спросил Поттер.
– Люди, на которых можно положиться и которым можно довериться. Люди, которые ближе, чем друзья или товарищи. Ближе, чем лучшие друзья. С такими людьми и умереть не страшно. Поэтому я ещё раз спрошу вас: кто готов решиться на это безумие?
– Что… что такое «непреложный обет»? – спросил у меня Гарри, добела сжав кулаки.
– Это магический обет или договор. Нарушителя ждёт смерть. Видишь, всё очень серьёзно, Гарри, и я не шучу, – я расставил руки в стороны и тихо засмеялся, после чего зачесал назад свои светлые волосы и холодно взглянул в глаза каждого из присутствующих. – Можете уйти, пока у вас есть время одуматься. Или же вступить в пентаграмму и решиться на самый глупый и безумный поступок в своей жизни. Поверьте, вы не пожалеете о нём!
Гарри сам себе кивнул и вступил в пентаграмму, встав около меня, тем самым заставляя оставшихся вне звезды людей еле слышно чертыхнуться.
– Джордж, знаешь… пожалуй, я соглашусь, – медленно произнёс один из братьев, передёрнув плечами и вступив в пентаграмму, вспыхнувшую на пару тонов сильнее. – Звучит интересно. Ну и Кевин прав, где нам ещё найти всё это? Помнишь отец рассказывал о войне и Аврорах? Мы же сами хотели таких приключений?
– Фред, ты окончательно тронулся? – хоть голос его брата и звучал язвительно, но вот взгляд Джорджа был очень-очень серьёзен. – Ты не помнишь, чем закончился тот случай, когда мы пытались заставить Рона дать непреложный обет? Помнишь, как нам всыпал отец? Да и Кевину, каким бы умным и остроумным он ни был, одиннадцать лет! Одиннадцать! Подумай мозгами!
– Нет, я решил, – Фред стоял на своём, спрятав руки в полах мантии. – Отец не узнает, никто не узнает. Регнард сумел приручить Цербера. Он нас удивил, а уговор ты помнишь. Сколько мы за ним следили? Он кто угодно, но не одиннадцатилетка, ну, в крайнем случае, просто не будем ничего говорить об ордене и молча уйдём, если эта затея не оправдает наших надежд. Кевин, так можно сделать?
– Конечно.
– Аргх, хорошо, я тебя одного не оставлю! – ещё один человек вступил в звезду, хоть он явно не одобрял эту затею. Все взгляды устремились на Малфоя.
– Нет-нет-нет,
Я хмыкнул и насмешливо взглянул в спину удаляющемуся мальчику, тем самым перебив его. Малфой остановился, после чего медленно повернул голову в мою сторону и, тихо зарычав, сплюнул на пол, после чего направился обратно к пентаграмме:
– Моргана с тобой, Регнард! Я не потерплю подобных еле слышных «хмыков»! И прекрати смотреть на меня этим насмешливым взглядом, я его терпеть не могу! Имбецил!
Парень встал в пентаграмму, заставив её окутать каждого из присутствующих золотистым светом. Малфой только что замкнул звезду, осталось самое лёгкое и, одновременно, самое сложное – непреложный обет.
– Господа, я рад, что вы оправдали мои ожидания, – я прикрыл глаза, после чего снял с лица маску, прекратив улыбаться. – Для непреложного обета нужны как минимум три волшебника. Два дающих клятву и свидетель. С этим всё в порядке, поэтому я покажу пример. Поттер?
Я протянул мальчику руку, которую он тут же пожал, после чего взглянул на братьев Уизли. Фред высунул палочку и прикоснулся ею к нашим рукам.
– Так, клятва… брать ту, о которой ты говорил? – я молча кивнул и взглянул в круглые очки Гарри, что скрывали изумрудные глаза. – Обещаете ли вы, Кевин Регнард и Гарри Поттер, любыми способами не разглашать информации об ордене Иллюминатов посторонним разумным, не являющимися членами ордена, и разглашать её только при согласии двух и более членов ордена?
– Обещаю. / Я обещаю.
Наши руки объяла алая струйка огня, походящая на верёвку. Она обвязала наши скрепленные рукопожатием руки, став несильно пощипывать кожу.
– Обещаете ли вы, Кевин Регнард и Гарри Поттер, не предавать орден Иллюминатов?
– Обещаем, – одновременно произнесли мы с Поттером и наши руки вновь связала ещё одна верёвочка из огня. После чего она, с несильным пшиком, исчезла.
Обет был заключён.
– Вы всё-таки это сделали, – медленно произнёс Малфой. Он явно не верил в происходящее.
– Сделали, – я кивнул и вынул палочку. – Господа, теперь ваша очередь!
Через несколько минут всё было закончено, лишь пентаграмма сияла, ожидая продолжения. Драко меланхолично взирал на лица присутствующих. Всё же он реально сделал самый глупый поступок в своей жизни, как и все мы, ха-ха-ха! Самый глупый и самый весёлый!
– Господа Иллюминаты, последний штрих. Будет больно, – решаю предупредить всех, после чего указываю палочкой на центр пентаграммы и делаю резкий взмах крест-накрест. – Окулангулари!
На тыльной стороне ладони каждого из основателей ордена вспыхнул золотой свет, после чего все начали выкрикивать ругательства, так как на руке начала выжигаться магическая татуировка. В прямом смысле слова выжигаться.
Ритуал был не сложным, где-то на уровне третьекурсника, но я его очень долго пытался повторить, экспериментируя на крысах, что ловил Чешир по моей просьбе. Ох, а сколько их погибло во время опытов… пожалуй, об этом стоит умолчать.