Фокусник? Шляпник
Шрифт:
– Лучшему другу… – задумчиво произнесла девочка, неверяще оглядев меня, после чего быстро помотала головой и устало кивнула. – Я… хорошо, Кевин. Мадам Пинс рассказывала, что в субботу уедет по делам, поэтому библиотека будет заперта. Но ты будешь во всём меня слушаться, понял? Я не хочу попасться. И мы не будем брать опасные или странные учебники.
– Конечно, Герми, я буду полностью в твоей власти, – я два раза кивнул, после чего вынул ещё один леденец на палочке, на этот раз со вкусом лесных ягод, и вложил его в
– Я делаю это только из-за того, что ты можешь вляпаться в неприятности. Точнее, ты обязательно это сделаешь, – произнесла Грейнджер, опустив глаза на сладость. – Так что не подумай ничего такого.
– Хорошо. Я всегда знал, что ты не оставишь друга в беде!
Девочка что-то пробубнила себе под нос, отвернувшись в противоположную сторону, а я взлохматил её волосы и, засмеявшись, подскочил со своего места, направившись на выход.
Какой-то уголок моего сознания твердил, что я делаю неправильно, играясь со словом «дружба». Что будь я целостным и всё было бы иначе, но твёрдый разум давил непонятную мне эмоцию, крича, что в этом мире или ты, или тебя.
Поэтому нужно использовать всех. Для своего же блага.
Но на сердце всё равно было тошно.
– = Ночь следующего дня. =-
– Кевин, это ужасная затея, – хором прошептали два моих компаньона, которых я тянул за собой по тёмным коридорам.
– Успокойтесь, я отправил Чешира на перехват своего архиврага – миссис Норрис, – я оглянулся на Драко с Гарри, которые как-то непозволительно быстро закрыли друг на друга глаза, став даже кооперироваться против меня, давя великую Язву, это я о себе, небольшими ударами мини-язвительности, это я о них. – Я же говорил, что вы не пожалеете? Чего приуныли?
– Поттер, почему ты вообще с ним общаешься? Он же больной на голову.
– У меня тот же вопрос к тебе, Малфой.
Мальчики переглянулись и синхронно вздохнули. Я практически ощущал, как между ними зарождается настоящая мужская дружба на почве боли. Душевной боли, что несёт всеми любимый мальчик с алыми глазами, хе-хе.
– Малфой, ты хорошо знаешь Снейпа? – меж делом спросил Гарри, поравнявшийся с блондином.
– Он школьный друг моего отца, – пожал плечами мальчик, покосившись на завозившиеся во сне картины, на которые упал свет моего фонаря. – Зачем тебе?
– Он… он как-то связан с Волдемортом. И почему-то ненавидит меня, а ещё ограбление Гринготтса – всё это наводит на определённые мысли.
Малфой засмеялся, но, получив мой взгляд, тут же заткнулся, начав кашлять:
– Поттер, общение с этим больным и жизнь на Гриффиндоре совсем вышибли твои мозги? Если ты не знал, то на работу его принял Дамблдор. Когда были гонения Пожирателей смерти, то они не обошли нашего декана стороной. Знаешь, кто заступился за него? Твой любимый Дамблдор, так что начинай думать мозгами, а не той кашицей, что у тебя в голове.
– Он
– Как думаешь, если Дамблдор принял его на должность декана Слизерина и учителя зельеврания, то был ли он Пожирателем?
Пожиратели Смерти – это личная армия прошлого Тёмного Лорда. Пафосное название, а на деле обычные смертные волшебники. Но Волдеморт явно знал, что делает. Пожиратели стали синонимом слов страх и ненависть.
Драко рассказывал мне, что его семью тоже принижали, так как его отец якобы был Пожирателем, но там всё замяли, решив, что Малфой старший находился под действием непростительного заклинания «Империус».
Если наложить это заклинание на человека или другое существо, то цель теряет свою волю и делает буквально всё, что прикажет ему заклинатель.
Скажем так, Драко верит, что это была правда, хоть что-то и умалчивает от меня по понятным причинам. Не настолько мы близки, чтобы он делился со мной тайнами своей семьи, за которые могут убить. Ещё стоит заметить, что Малфой старший противостоит Дамблдору на политической арене.
Короче, так как семейство Драко довольно богатое, то скорее всего дело замяли деньгами или компроматом. Отец моего «друга» точно не святой, коим его выставляют газеты.
– Я не знаю, – хмуро ответил Поттер, блеснув очками, в которых отразился свет фонаря, – но Снейп постоянно вспоминает моего отца. Сам слышал, как он вспоминает его. Он не имеет права этого делать. Никто не имеет.
Ага, отец Гарри учился в Хогвартсе. И мать тоже. Но вот Северус почему-то взъелся на отца нашего героя магического мира, причём вспоминает его при каждом неправильном вздохе Поттера. Фиг его знает, но что-то между Снейпом и отцом Гарри в прошлом-таки произошло, что теперь выливается в подобную ненависть.
Малфой ничего не ответил. Видимо, увидел взгляд нашего героя или просто не нашел, что сказать, ну, а мы тем временем подошли к нужной двери. У неё нас уже ждали братья Уизли.
– О, какая колоритная компания, – вместо приветствия произнёс один из рыжих существ.
– Малфой? – вопросительно произнёс второй брат, после чего перевёл взгляд на очкастого велосипедиста. – Привет, Гарри.
– Привет, – кивнул Поттер.
– Уизли, – в тон им ответил Малфой, сморщив лицо и явно захотев выплюнуть что-то язвительное.
Но я не дал ему этого сделать:
– Милые дамы, прошу прекратить споры! Мы собрались здесь для великого дела, не забываем!
– Ты собрал нас здесь, – поправил меня Драко, скрестив руки перед грудью. – И я прокляну тебя розовым поносом, если вместо сна я попёрся сюда зазря. А ещё и встретился с этими предателями-…
Я перебил его, приложив палец к носу, после чего подошел к двери и быстро раскрыл её отмычками. Давно наловчился это делать, мог даже с закрытыми глазами раскрыть эту дверь.