Фобос

Шмелёв Николай Владимирович

— Вася — хорош! — резко приказал Шелтон. — Что-то вы расслабились.

— Пока нет ничего, — вяло возразил Кротов, всем своим видом демонстрируя полнейшую скуку. — А нож не протиснешь и на миллиметр…

— Сейчас будет кое-что, — мрачно заверил его Огурцов. — Вон впереди какая-то статуя и мне кажется, что лицо у неё до боли знакомое…

Инспектор с опаской посмотрел в указанном направлении, но, статуи в подобных местах не являлись чем-то диковинным. Если с подозрением рассматривать все стены, то можно шарахаться от каждой промелькнувшей тени.

— И всё — равно, мне что — то в ней кажется подозрительным, — мрачно ответил Проводник. — Не такая

она, какая-то.

— А я что говорю! — несколько излишне эмоционально подтвердил Огурцов. — Всяко не Ольмекская голова.

Каменное изваяние излучало неуловимо-подозрительную энергию, хоть никак себя и не проявляющую внешне.

— Может, твоя искомая штуковина у него внутри замурована? — спросил инспектора Панталоне, вложив в вопрос весь итальянский темперамент, на какой оказался способен.

— Куда? — растерялся Проводник. — У него даже набедренной повязки нет. И вообще статуя бесполая…

— Ну, я имел в виду — внутри корпуса, — расплылся в улыбке провокатор. — Но, ход ваших мыслей мне нравится. Надо будет взять на вооружение…

После всестороннего изучения статуи, выяснилось, что изготовлена она из целого монолита. Инспектор нахмурился: ход мыслей Чезаре ему тоже понравился и огорчил одновременно. Не представлялось возможным извлечь хрупкую деталь из каменного изваяния, если она там окажется, не рискуя её при этом не испортить. Подозрительно косясь на каменного стража, навеки занявшего свой сторожевой пост, команда бочком протиснулась дальше в проход подземелья. Казалось, равнодушными и невозмутимыми остались только боевые дроны, которые шелестели сервоприводами с занудной монотонностью. Напоследок оглянувшись на идиотскую скульптуру, инспектор подумал: «Если деталь внутри статуи, то взорвать нельзя. Спалить плазмой — тоже, а она ведёт себя на вид агрессивно, хоть и не двигается! Не усыпишь, не попросишь, не обездвижишь — можно повредить деталь. Что делать? Почему искомая вещь не просматривается на сканере? Неизвестный материал, не включённый в базу данных, или нет её там вовсе?»

Пехотинцы прошли уже не один поворот, но ни конца, ни края, у подземного хода видно не было.

— Света — где мы? — спросил Шелтон Мухину, уже с ненавистью разглядывая надоевшие стены.

— Судя по навигатору — уже под главной пирамидой…

— Ну, вот! — с облегчением и излишне шумно вздохнул Хударев. — На этом, по логике вещей, наши мытарства должны закончиться.

Коридор закончился массивной дверью, которая поддалась на удивление просто. За ней монолитной массой стояла известково-гипсовая белая стена, с виду напоминающая естественное происхождение, но вот ворота смотрелись неуместно.

— Свет, ну что на этот раз? — спросил командир, не надеясь на обнадёживающий ответ.

— Кажется — монолит.

Инспектор позеленел от злости. Единственный вопрос, пришедший ему в голову, звучал наивно:

— Они что — специально заливали подвал пирамиды?

— Да, причём вместе с находившимся в ней оборудованием, — ответила Мухина. — Переменная структура плотности включает не только основание постройки, вместе с опорными колоннами, но и крупные металлические предметы. Похоже на то, что помещение кто-то специально залил бетоном.

— Естественный процесс исключается? — не сдавался Проводник, как-будто ему от положительного ответа стало бы легче.

— Кто его знает? — пожала Светлана плечами. — Чтобы ответить на этот вопрос, нужны планомерные исследования, включая масштабные раскопки.

Инспектор казался в крайне раздражённом состоянии. Сразу было видно, что он

не привык отступать. Так же не привык уходить, не солоно хлебавши.

— Ладно, сюда прибудет специальная команда, — пробубнил он себе под нос.

Где-то на середине обратного пути пирамиду сильно тряхнуло, но, сейсмоустойчивые стены без проблем выдержали удар.

— Что это было?! — взволнованно прокричал Проводник, придерживаясь рукой за стену и беспорядочно водя фонарём по каменным сводам.

— Откуда я знаю?! — раздражённо ответил Шелтон, прибавив хода, чтобы поскорее покинуть опасное подземелье.

Поторопив остальных, он с подозрением оглядел то место, где ещё недавно стояла статуя. Теперь её на месте не оказалось.

— Ну, вот и каменный мужик куда-то сбежал! — зло сплюнул Бубен.

— Нет — он рассыпался на части, — возразил Базука, пиная ногой груду камней. — Вот — только куча мелкой крошки. Всё, что от него осталось.

— Может быть, мы задействовали тайную пружину? — сделал предположение Гоблин, выбираясь на свежий воздух.

— Нечего гадать! — резко осадил домыслы командир. — Просто произошёл подземный толчок. Рошфор — подгоняй вездеход и вызывай Лопату с корабля — будем эвакуироваться.

— Какую лопату, — растерялся Мотылёк, — мы что — всё-таки копать будем?

— Довоевались — у Нафталина это настоящая фамилия…

* * *

По городку Мачу — Пикчу сновали праздношатающиеся туристы, радуясь хорошей погоде и новым впечатлениям. Экскурсовод монотонно бубнил себе под нос заученный текст, не забывая, время от времени, указывать на местные достопримечательности: «Посмотрите налево, посмотрите направо и в том же духе, чтобы самому поменьше трепать языком. Туристы из России отличались повышенным любопытством и чрезмерным интересом к происходящему. Не каждый день становишься сопричастным к мировой культуре, в которой загадок больше, чем ответов. Парочка молодожёнов оживлённо обсуждала перспективы дальнейшего времяпровождения, чуть отстав от основной группы.

— Вася, ты всё-таки пронёс мел?

— А то!

— Как тебе это удалось? В каком месте ты его пронёс?

— Не твоё дело! Что не сделаешь ради науки.

Василий уже прикидывал в уме, что можно начертать на стенах древнего строения, но кроме банального: «Вася плюс Маша — были здесь» — ничего в голову не приходило. В этой короткой фразе он хотел заключить все собственные чувства, присовокупив сюда любовь, на подсознательном уровне и личную значимость, для этого мира, ставя собственное имя в начале высказывания. Ещё Вася задумал, на всякий случай, дописать слово, не соответствующее предыдущему высказыванию, но так и просящееся на инородные кирпичи. Без этого, контрабандный пронос мелового карандаша терял всякую ценность, выпадая из понятия здравого смысла, который придают ему лица известной национальности, решившие оставить свой весомый след в решении загадок мировой цивилизации. Заодно и высказать своё мнение, насчёт увиденной картины.

Едва мел коснулся каменного блока — пирамида вздрогнула…

— Вот оно — проклятие фараонов! — верещала Маша, пытаясь поставить на ноги поверженного Васю.

Высота, с которой он летел, не представляла опасности для жизни. Скорее всего, сработал фактор неожиданности, замешанный на случайном совпадении.

— Какие фараоны?! — возмутился Василий. — Мы в Южной Америке.

— Как-будто в Перу не могут быть фараоны! — громко не соглашалась с доводами Мария, проверяя компаньона на целостность, от чего ему даже пришлось укротить её пыл.