Fm.

Лера

– Юль?

– М?
– с удовольствием откликаюсь я. Убираю волосы от его лица, глажу по щеке. Он ловит мою руку губами, целует в середину ладони.

– Щекотно, - хихикнула я.

– Тебе не тяжело?

– Нет, - лениво отозвалась я.
– Но прохладно.

Разгоряченное тело остывало, возвращаясь к нормальной температуре, пот холодил кожу.

– Я сейчас, - он быстро поднялся, оставив меня среди горы смятых подушек. Я подгребла парочку

поближе, спасаясь от холода.

– Пошли, - он легко поднял меня на руки и понес в ванну. Та уже была наполовину полна воды.
– А потом спать ляжем, наконец.

– Угу, - я устроила голову на его плече, прижимаясь спиной к твердому животу.
– Только, по-моему, я усну раньше....

– Я тебе не дам спать, - он легонько укусил меня за ухо. Я заинтересованно повернула голову.

– Ты осознаешь, что сейчас рискуешь?

– Пока нет, - мурлыкнул он. Я развернулась к нему лицом.

– А зря....

Занимался рассвет.

***

Через два месяца.

– Горько, горько!
– дружно скандировали гости. Жених с невестой увлеченно целовались под счет развеселой тамады.

– Ты уверен, что хотел такую свадьбу?
– кисло спросила я. Егор вздохнул и покачал головой.

– Я хочу увидеть тебя в белом платье!

– С фатой еще, поди, - подозрительно прищурилась я.

– Само собой, - согласился Егор, поправляя галстук.

– Душит?

– Ага....

– А вот жениху еще хуже, - злорадно сообщила я, расправляя складку на юбке.

– Так он за правое дело страдает!

– И за какое?
– заинтересовалась я.

– Так, за любовь!

Я только фыркнула, покачав головой. К нам подходили жених с невестой. Танюшка села на стул рядом со мной, вытянула ноги под стол.

– Ты жива, моя старушка?
– с сочувствием спросила я. Подруга тяжело вздохнула.

– Местами.

– В жизни так замуж не пойду, - поклялась я, впечатленная страданиями Таньки.

– Я тоже так думала, - вздохнула она.
– От сцуки!
– тут же подскочила невеста и проворно задрала край скатерти.

– Что такое?
– засмеялся Егор, тоже заглядывая под стол.

– Сперли, все-таки, - посокрушалась Танька.

– Туфлю?

– Обе, жадины! Ты представляешь?! Обе туфли, от жиды пархатые!

– Две - это перебор.
– Согласилась я. Жених издал тяжелый стон - тащить Таньку на руках предстояло ему.

Началась карусель с выкупом Танькиных туфель. Воры ломались, дружок рвал волосы на всех

доступных местах, гости подбадривали друг друга и трясли купюрами различного достоинства.

Невеста дернула ткнула меня пальчиком в бок, и прошептала в ухо, когда я нагнулась:

– Я в этих туфлях с шести утра! Прикинь, какое счастье Косте-то?!

Я прыснула и погрозила ей пальцем.

– Ты далеко не уходи, скоро букет кидать буду, - подмигнула она мне. Я содрогнулась - подруга в недалекой юности всерьез занималась толканием ядра, и кое-какие рефлексы у нее сохранились.

– Спасибо, что предупредила, - благодарно ответила я.
– Когда начнете, пойду курить.

Так я и сделала - смылась, несмотря на то, что Егор пытался меня выпихнуть в толпу желающих девчонок. Покурила, замерзла, вернулась в зал, и мне в лицо прилетел мокрый пахучий веник. Я рефлекторно перехватила его над полом.

Все-таки, спорт - это навсегда. Швырнуть относительно легкий букет на двадцать пять метров - это вам не НЛО по тазику гонять! Танька сконфуженно пожимала плечами, тамада что-то радостно вещала в микрофон и тащила меня в центр зала, Егор проталкивался ко мне через толпу гостей. Я заподозрила неладное, но было поздно линять.

– И так, где же спутник нашей счастливицы?
– риторически вопросила тамада, потому что Егор уже стоял рядом со мной. Неуловимым движением отобрал у тамады микрофон - та только глазами его успела проводить.

– Знаете, я трепетно отношусь к такого рода приметам, - начал Егор. Народ замолчал, предвкушая новое развлечение.
– И считаю, что они всегда сбываются.

– Да не, не всегда, - заговорил кто-то в толпе.

– Так вот, чтобы подтвердить правильность этой приметы, - Егор опустился передо мной на колено и полез в карман пиджака. Я прижала букет к груди. Тишина в зале стояла гробовая.

– Юля, ты станешь моей женой?
– он протягивал мне коробочку с кольцом. Лицо - серьезное, даже напряженное.

– Стану, - тихо сказала я, осторожно принимая коробочку. Почему-то плыло перед глазами, и я сморгнула, прогоняя мутную рябь. Кольцо весело поблескивало в свете люстр.

– Я тебя люблю, - Егор осторожно меня поцеловал. Зал взревел, тамада заорала 'Горько', все поголовно целовались.

– И надо было это делать именно так?
– без особого, впрочем, недовольства, спросила я. Егор тихо засмеялся.

– Боялся, вдруг ты мне наедине откажешь!

– Дура я, что ли?
– удивленно буркнула я.