Fly

Шуваев Александр

–  Думаю, что не так все страшно, - ответил, закуривая, Богорат Накитка, - это же не просто компьютер, это - личность, имеющая свою цель и свои представления о долге. Точно так же, как цели и представления о долге есть, скажем, у вас. Но у человека могут быть посторонние интересы и связанные с этим соблазны, а здесь это совершенно исключено. У человека могут быть всяческие идеи фанатического круга, а здесь такого рода вещи вряд ли можно представить… Человека, наконец, можно, - боже нас избавь от подобного, - похитить, накачать наркотиками, подвергнуть пыткам. А здесь - сами понимаете…

–  И все- таки, все-таки: ведь это подумать только, - три армии самых мощных

стран помимо всякой мелочи - и подчинены, по сути, железке. Ведь это ж нам только кажется, что это мы принимаем решения! На самом деле мы просто-напросто беспрекословно выполняем ее так называемые рекомендации… Мы, видите ли, в глубине души о-отлично понимаем что всяческая попытка решить что-нибудь по-своему будет ничуть не лучше детского упрямого желания сделать попросту наоборот, и подчиняемся, и подчиняемся с покорностию, но и с унынием. Потому что лиха беда -начало, и есть чистой воды глупость не слушать того, кто знает лучше, и проиграет тот, кто не будет слушаться знающего лучше, а лучше всегда и неизбежно будут знать вот эти. А мы - что будем? А главное - зачем? Мы же сами про себя и внутри себя будем знать, что ни к чему на самом деле, потому что себя в конце концов не обманешь… А вот вам не приходило в голову, что может эта штука натворить, попросту свихнувшись? Потихоньку так, тихим помешательством, как это бывает и с нашим братом?

–  Думаю - тоже ничего особенного. Мы все-таки не друг друга за глотку держим, мегатонны на свои города не копим… Деньги можем потратить, дела не довершив, - это да, а так…

–  Э, не все так просто! Вся подлость ситуации заключается в том, что если бы мы могли предвидеть все, что надумает ваше детище, то в нем не было бы никакой нужды. А так - не ручайтесь вы, не стоит! Вот возьмет, - и натравит нас друг на друга… А то что-то давно не воевали мы, на самом-то деле! Пушек, сала, дури успели накопить за эти годы, так что только дай повод - тут такое начнется! Такое! Грустные события семидесятилетней давности легкой шалостью покажутся!

–  Ну, что уж так- то…

–  А что вы думаете? Уж не настолько же вы, в самом деле, наивны, чтобы всерьез верить, что мы за это время поумнели? Что мы вообще способны - поумнеть? Что людям вообще дано - поумнеть?

–  Теперь вы меня уже совсем запутали: что вам, в конце концов, наиболее не- симпатично, - безмозглые люди или дюже умные их порождения?

–  А все! Только по-разному: люди мне глубоко подозрительны вполне сознательно, а эту вашу тварь покоящуюся я терпеть не могу совершенно иррационально. Людей я люблю, хотя и пребываю в неизменном недоумении, - а за что?

–  По- моему вы просто устали и страдаете теперь от своего рода предстартовой лихорадки. И не философствуйте вы, ради бога! Нет более страшной картины, чем философствующий военный…

–  А-а, - думать - это только ваша монополия ? У военных, значит, никаких мозгов нет и быть не должно, окромя спинного? А чего? И ничего особенного! Иной раз он, пожалуй, понадежней будет, - спинной- то… А вы тут начнете рассуждать и рефлексировать, а того и в уме нет, чтобы по улице строем ходить… - Он замолчал, странным, исполненным страсти взглядом глядя на жирно лоснящийся цилиндр и знойным голосом прошептал.
– Кувалду бы!

–  Н- не поможет, - помотал головой ученый муж, - коньюгатор - штука сугубо сменная, ценности никакой не представляющая, а сам блок не токмо кувалда, - никакой гранатомет не возьмет. Мало того, - в подвале, замурованный, с автономным источником энергии стоит точно такой же цилиндр, с этим объединенный посредством Интегрального Поля. Не вторая часть, не запаска

какая- нибудь, а тот же самый процессор и есть. Так же, как два куска зеркала одинаково, в двух экземплярах отражают то же, что раньше отражало целое зеркало. Так что, согласно любимой мной поэзии ваших предков:

"Пользы не будет

Мудрому мужу

Лживой мечтою

Бесплодно терзаться" - вот вы и не терзайтесь. Потому что не выйдет. Это совершенно невозможно. Тут нужно двухкилотонную сбросить, и то - вы не знаете, куда, а я вам - ни за что не скажу… Вам, чтоб дурью не маяться, отдохнуть бы надо, развеяться, - ну, не знаю… С десантом там сходить в первой волне, пострелять по чему-нибудь такому боевыми, кровь отполировать. Мужчинам в нашем возрасте это нужно как бы не побольше, чем молодым.

–  Ага, - вяло проговорил адмирал, и замолчал, пока глаза его тем временем не начали наливаться тусклым, сволочным ядом, - однако же, муж ученейший и достойный, помимо хождения строем, есть и еще одна вещь, ускользнувшая от вашего внимания… Вот вы, чтоб вы там ни говорили, делали абсолютное оружие. Делали что-то такое, что врагов ваших превращает в слепых, глухих и связанных. И вот для этой самой, вовсе незамысловатой цели вы всего-навсего создали одноразового употребления личность. Проще вам ничего в голову не пришло, разучились вы - проще, а вот теперь, когда это несчастное создание выиграет нам войну, - да-да, именно оно выиграет, - дальше-то куда вы его денете? Отключите - и под магнит на миллион единиц за ненадобностью? В качестве награды за труды?

–  А и впрямь, - недооценивал я вас. Разуму вашему в мере вполне достаточной присуща этакая особая говнистость. Как там у пророка? "За слова свои ты должен быть строго наказан. Потому что выгребная яма твоего рта извергла недозволенное." Вы только не радуйтесь, адмирал. Я непременно что- нибудь придумаю.

–  Ба!
– Весело взвыл адмирал.
– Это говорит мне человек, минуту тому назад лепивший мне что-то насчет бесплодных мечтаний! Вот проекты эти, - лучше сразу забудьте. Никто, ни в коем случае, ни под каким видом, не позволит "Интегратору" остаться в чьих- нибудь отдельных руках. Так что рубите лес, настраивайте крематорий и думайте, куда ссыплете пепел… А насчет десанта, - можете радоваться и считать, что накликали. Не далее, чем через два дня, меняючи "Святоволда Костинича", в район развертывания отправляется "Великий Князь Тимофей", на котором имеет отбыть и ваш покорный слуга…

–  "Великий Князь", - вроде бы как удивился Накитка, - но это ж вроде бы как морской пункт космической связи? Даже, кажется, гражданский? Насколько это возможно, конечно.

–  Во-во.
– Адмирал аж поперхнулся.
– Можно, конечно, и так сказать. Зато идет он сугубо вовремя. Как и обычно ходит в этот район. Вот я тут много всякого наговорил о бестолковости всяких там гражданских, но, справедливости ради, надо сказать, что свое неизбывное дерьмо есть и у военных. Вот я, в отличие от нынешнего поколения, и впрямь воевал, по- настоящему, а значит - по-идиотски, так что я знаю, что говорю: мы всегда на чеку! Мы всегда находимся в полнейшей боеготовности но при этом все время, неуклонно ее крепим! У нас все силы превращены в силы быстрого развертывания, пока сохраняется мир. Но достаточно самую малость, хоть чуть- чуть начаться любой заварушке, сколь угодно паршивой, но реальной, как везде обнаруживаются дыры, а славные офицеры наши, собственные твои подчиненные поголовно оказываются недоумками… То есть исключения, конечно, бывают. Но до прискорбия редко. Знаете, что до сих пор спасало Конфедерацию от военной катастрофы?