Fly
Шрифт:
– Если у вас есть кто-то, способный справиться с ситуацией лучше - сегодня же подам в отставку. Вместе со всей администрацией. Назначайте новые выборы, Временную Администрацию, и всех вам благ со всяческими успехами! Но имейте ввиду! Любой не только что здравомыслящий, а просто мало-мальски нормальный человек скажет вам то же самое!
Уйти он мог, его состояние делало его абсолютно независимым от всех и от всяческих постов. Лучше бы - не стало, и после этой подлой президентской выходки обсуждение, по слухам, как раз и приобрело более-менее конструктивный характер. У республики не было никакой официальной разведывательной службы, поэтому два малозаметных человечка в штатском, приглашенных на утреннее заседание, числились вовсе по другому ведомству. Заседание, тем не менее, тут же было
И соответственные службы этих государств с потрясающей оперативностью представили ответы, в которых очень хорошо обосновывалась полная невозможность и абсолютная неприемлемость такого рода отступлений. В сходных выражениях обосновывалась. В республике Рифат это небезынтересное обстоятельство никого не насторожило, а эмоции общественности тем временем продолжали нарастать. Депортамент Внешних Сношений был призван к ответу перед парламентской комиссией и подвергнут сокрушительной критике за вялость вкупе с полным непрофессионализмом, и теперь его персонал буквально рыл землю, пытаясь отыскать хоть какую-то возможность преодолеть упрямство контрагентов.
– В конце концов, - сдержанно жестикулируя, говорил адмирал Ниаль Кренк, - подобный случай возникает в нашей практике не впервые: во время бучи в Насамну там застряло около восьми тысяч наших сограждан. Как мы поступили? Быстро и не поднимая никакого шума послали три батальона Сотовой Дивизии и с предельной быстротой прогнали всю эту толпу от концентрационного лагеря восемьдесят километров до побережья… Нас потом упрекали в жестокости свои же, мол нельзя было пинками гнать женщин и детей по солнцепеку, но потеряли-то мы всего сто восемьдесят человек, а остальных - погрузили на лайнеры, да и вывезли. Не наши обвиняли нас в агрессии, вторжении на чужую территорию, вмешательстве в чужие дела, а мы извинялись и заверяли. Заверяли и извинялись. И ничего. Дело было сделано, и заметьте, - никто-о нам никакой войны не объявил. Так что мое мнение - быстрая, жестокая, показательная акция…
– Дур-рак, - по-попугайному открыв один глаз, совершенно попугайным голосом каркнул с места семидесятивосьмилетний Лев Закита, - и все вы битком набитые дураки…
Лев не был ни парламентарием, ни вообще политиком. Собственно говоря, - ему вовсе и не положено было находиться на этом заседании. Он просто пожелал присутствовать, - и попробовал бы кто- нибудь не пустить Льва Закиту. И адмирал, известный военный, со своим мундиром, со всеми своими заслуженными наградами, со всеми своими благородными сединами покраснел, смешался и только после томительной паузы смог выдавить:
– Что это значит, господин Закита? Кажется, вам с-следует объяснить, на ка…
– Непременно - объяснюсь, - поднимаясь со своего места и одергивая черный пиджак, проговорил старичок, - как же не объяснить, ежели больше некому… А ты уйди с трибуны, ежели так уж хочешь объяснений…
Утвердившись на трибуне, он обвел собравшихся змеиным взглядом и приступил:
– Для начала я настолько просто, чтобы даже вы смогли понять, объясню вам, почему вы дураки: и у имперцев, и у Соглашения точно такие же трудности с пиратами архипелага. И они очень хотят, чтобы вы не мешали им разобраться с этой швалью, а то, глядишь, и помогли бы… Просто мечтают. Но они точно так же знают, что в ответ на прямую просьбу вы неизбежно начнете кобениться и назначать повторные слушания с дурацкими и глубокомысленными рассуждениями о том, почему нельзя и невозможно ничего сделать… Поэтому они,
Осторожно кашлянув, президент осторожно произнес:
– Господин Закита, если вам не трудно, поясните собравшимся, причем тут Золотой Клуб…
– Штепан, господин мой, никому из этих, - он сделал красноречивый жест в сторону зала, - я бы, понятное дело, не сказал бы ни слова, но перед тобой молчать просто не имею права: я честно, напрямую скажу, что игра раскрыта, и лучше бы им было тихонечко намекнуть своим хитрожопым политиканам, что пора ее кончать. Что пора, наоборот, создавать трехстороннюю группу с узким составом и широкими полномочиями. А вы все будете молчать, чтобы дураки тамошние по-прежнему считали вас еще большими дураками тутошними, чтобы они работали на нас, испытывая чувство приятности от своего хитроумия… А тебя, адмирал, я, на месте Штепана, и вообще выгнал бы: ты даже в своем тупоумном ремесле них- хрена не смыслишь! Ни что, ни кого, ни где - никакого понятия не имеешь, а туда же - а-ак-ция… Ну!? Связываться мне с друзьями или нет? Старый я, и ждать мне некогда…
– А чего тут особенно думать? Обидно, конечно, но лучшего выхода, похоже, просто нет…
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ИСКУССТВО ВЯЗАТЬ УЗЛЫ
Gnot-ka nitja orta.
XIX
– Я попробую угадать, Ваше Высокопревосходительство: наверное, мне предстоит куда- то лететь.
– Жаль, что я не азартен и что реакция у меня стала не та, а то бы о заклад побились бы на что- нибудь хорошее… Не угадал. Не полетишь ты, а поедешь на самолете. Между прочим - в Империю.
– ?!!
– Да, там ожидается к открытию авиакосмический международный салон, и ты будешь там в составе группы официальных лиц. Скажем, - секретарем- референтом представителя фирмы "Оржинталь".
– Как интересно!
– Восхитился Дубтах.
– Ну и кому же понадобился этот маскарад?
– Помнишь, я говорил тебе о некоторой церемонности своего поколения? Так вот, все сказанное в еще большей мере относится к имперцам. Они жутко привержены к соблюдению внешних приличий и могут занервничать, если им официально послать специалиста по воздушному террору. А вот ежели террориста, который, собственно, им и нужен, назвать референтом, так оно и ничего.
– Насколько я понимаю, "Утренний Ветер" поедет в качестве экспоната?
– А, уже окрестил во взрослое имя? Значит, "R- 55" потерялась именно в утренние часы?
– Непременно в утренние, Ваше Высокопревосходительство! В утренние часы и в жутко ветреную погоду. Наверное, именно ветром и унесло…
– Не иначе. А коняшка твоя да, - поедет в качестве экспоната, это ты правильно понял.
– А не существует ли опасности, господин департамент-директор, что Заинтересованные лица, глянув на перышки нашей ласточки, тут же догадаются обо всем? Как если бы к экспонату прилагался послужной список со всеми званиями? Как то: Отравитель Лагеря Террористов, Призовой Охотник На Должностных лиц, Ниспровергатель Опор…
– Ну-у, зачем ты так… Накопитель предполагается держать постоянно активированным, чтобы он поддерживал поверхность в режиме "зеркало", на двигатель - чехлы с заглушками, и всякие прочие штуки в том же роде. Так что не волнуйся ты так.
– Таким образом, использовать меня предполагается все-таки по прямому назначению. А для чего, ежели не секрет?
– Секрет. Причем настолько серьезный, что решено ввести тебя в обстоятельства дела уже в Империи. Для обеспечения некоторого отрыва от родной почты. Твои требования в плане участия в планировании учтены. А вообще тебе предстоит много интересного, так что в данном случае я тебе даже немного завидую…