Fleurs d'orange
Шрифт:
Я изумленно повернулась к нему:
— Братик? — Еще я не хотела, чтобы он «удалялся» прежде, чем поговорит со мной, но вцепиться в его рясу было бы крайне подозрительно.
Этан и Эйден обменялись взглядами:
— Я не представился полностью. Колман Батори, мы с лордом братья. — Слегка улыбнулся мне Этан.
Мир стал постепенно рушиться, а затем показался мне вероятно маленьким, не больше глобуса, которые ставят на стол. Как иначе может быть столько совпадений? Как судьба смогла заново свести нас троих: меня, Этана и Брендана?
Эйден
— Прекрасный прием, Эйден.
— Что? — Я посмотрел на Анжелику.
Она терпеливо склонила ко мне свою фарфоровую головку, отчего светлые кудри спружинили и начали покачиваться, а затем терпеливо повторила:
— Чудесный прием. И поместье просто очаровательное. Отчего ваша семья так редко устраивает приемы именно здесь?
— Отцу по вкусу Сантониум. — И власть. Именно поэтому он так держится за тебя, девочка из первого клана, добавил я мысленно, но не стал усугублять свое незавидное положение в семейном реестре озвучиванием мыслей.
Анжелика провела рукой по бутонам свежих цветов: розовые и красные розы были расставлены в широких вазах повсюду. Сейчас мне кажется, что я расставил их для того, чтобы показать отцу. Позлить его. Снова.
Я посмотрел на свою спутницу, которой только что закончил показывать поместье, по настоянию отца. Она была изящна и красива, без сомнения. Но почему ее кукольная красота не цепляла струны моей души? Девушка отвернулась от цветов, и, заметив, что я за ней наблюдаю, покраснела, опустив ресницы:
— Пройдемте в зал? Скоро обещают десерт, уж на него-то я успела. И на новости, которые обещали объявить наши семьи.
За столом — очередной казус. Леди Эванс я посадил на одно из свободных мест, подготовленных для нее и ее родителей. Сам я снова сел рядом с Элеонор. Что я делал? И сам не знал. После объявления сегодняшней «радостной новости» мое поведение смотрелось не просто некорректно, а глупо и слишком… Смело.
— Ты навлекаешь на себя гнев Богов. — Проворчала Эленора, в очередной раз встречаясь с чьим-то недобрым взглядом. — И тащишь меня в ад за собой.
Я проигнорировал ее замечание. Что я мог ответить? Тем временем сзади нас выросли официанты. Они наполнили наши бокалы шипящим шампанским и замерли, в ожидании сигнала поднять крышки с десертов. Я повел ладонью и…
— О господи! — Воскликнула Георгина. Ее цепкий взгляд, неизвестно что делающий в мой тарелке, заметил, что мой десерт совсем не похож на парфе из клубники.
Передо мной лежало черное перо. Даже без знаний орнитолога, я не ошибусь, если скажу, что оно принадлежит ворону. За столом повисла тишина.
Я оглянулся на свою официантку, худенькая девушка, Пьетра, стала бледнее своего передника. Ее губы подрагивали, а глаза налились влагой. Вряд ли она имела к этому отношение, разыграть такой суеверный ужас невозможно даже артисту королевского театра.
— Й-й-я… Э-т-то, н-не, й-я, л-лорд, й-йя… — Я поднял руку, прерывая поток ее заиканий.
—
В моем поместье, по особым причинам, прислуга не менялась. И каждый из них подписывал соответствующий договор, который обещал им безбедную старость, если они будут верно нести свою службу и держать язык за зубами. В итоге почти всех я знал по именам. Предательства со стороны людей, живших во флигеле, мне верить не хотелось.
Девушка отчаянно замотала головой. Прижимая руки к губам. Поняв, что ничего от нее не добьюсь, я повернулся обратно к гостям.
— Думаю, это чей-то розыгрыш. Обычно Ворон оставляет перо уже после встречи с наследником. За ваше здоровье. — Мрачно пошутил я и, схватив бокал с игристым шампанским, залпом выпил его.
В ту же секунду я почувствовал, что моя голова пошла кругом. И вряд ли это влияние алкоголя. Я посмотрел на опустевший бокал.
— Эйден, что с тобой? — Тихий и обеспокоенный голос Элеонор.
Кажется, гости вышли из оцепенения, заговорили, задвигались. Но в моей голове зашумело.
Следующие события развивались слишком стремительно для моего, отравленного сознания. Я видел, что происходило, понимал это, но будто был парализован для каких-то действий. И это бесило, я был беспомощен. Так просто из-за бокала шампанского.
Не знаю, что было раньше: крик Элеоноры, звон битого стекла, резкий толчок в плечо или… Звук выстрела и обжигающая боль. Он отчетливо прозвенел в моей голове, сопровождаемый криками ужаса и нарастающими звуками хаоса гостей. Я и девушка упали на пол, мое бедро с силой врезалось в ножку стола.
Элеонора
Я смотрела на Эйдена и это позволило мне заметить периферическим зрением темную размытую тень, метнувшуюся за окном. Я резко оглянулась: за окном был мужчина, черная одежда, черный плащ и капюшон, скрывающий лицо. Нет, не может быть. Опасение подставить мятежников и осознание, что между ними и Вороном ничего быть не может, украли у меня драгоценные секунды. Я должна была предупредить Батори сразу, но моя растерянность… В следующее мгновение стекло уже треснуло, очевидно, этот гость игнорировал двери. Ему никто не говорил, что пробираться в окна, это моветон? Мужчина резко вытянул перед собой руку в кожаной перчатке и нацелился на нас.
Я крикнула Эйдену, чтобы он ложился, но, осознав, что с парнем что-то не так, с силой толкнула его, но недостаточно быстро. Пуля, которая должна была попасть наследнику в спину, просвистела прямо перед моим лицом и вгрызлась в его правое плечо. Я почувствовала как пара горячих капель брызнула мне на лоб и щеки.
Мы грохнулись на пол, и я крайней неудачно завалилась сверху на Эйдена. Тот поморщился, по его плечу уже расползалось темное пятно. Именно вид и ощущение крови подстегнул меня, будто лошадь, ударенную кнутом. Я как будто вспомнила все уроки Брендана и позволила не страху, а адреналину управлять моими действиями.