Флэшбэк

Мессенджер Шеннон

— Ну… полагаю, это означает отсутствие тренировок Когнатов, да?

Она хотела отрицать это, но…

— Да. По крайней мере, пока не стихнет эхо.

Эти слова немного убили ее. Она все еще не отказывалась от своей теории, что на них напали, чтобы помешать их телепатии.

Но сейчас было слишком много риска.

— Уверена, Киф не будет возражать, если ты присоединишься к нашим урокам, — предложила она.

Фитц фыркнул.

— Отлично.

— О, все не так уж плохо. Знаю, это звучит как катастрофа. Но… уроки на самом

деле были довольно удивительными. Думаю, без них у меня был бы нервный срыв… но никогда не говори ему, что я это сказала, ладно? Он начнет носить туники с надписью «Герой для Фостер» или что-то в этом роде.

— Похоже на то, — пробормотал Фитц.

Его взгляд скользнул по ее рукам, и она поняла, что теребит булавки, которые подарил ей Киф.

— Ну… я рад, что он был с тобой, — тихо сказал он.

— Я тоже.

Разговор, казалось, оборвался, и Софи надеялась, что это означает, что Фитц собирается немного отдохнуть.

Но через несколько минут он прошептал:

— Знаешь, я тебя слышал.

— Слышал что?

— Когда я был еще в отключке, я услышал твой голос в своей голове… думаю, поэтому я и проснулся.

Ее лицо запылало.

— Прости, я…

— Не стоит, — перебил он. — Я рад, что проснулся.

— Как и я, — призналась она. — Но… ты должен быть очень осторожен, хорошо?

— Я сделаю это, если ты тоже, — пообещал он.

Он ждал, когда она встретится с ним взглядом, и когда она это сделала, он одарил ее самой сладкой улыбкой, которую она когда-либо видела.

— Кстати, — пробормотал он, прижимая мистера Обнимашкина к сердцу. — Я тоже по тебе скучал.

***

— Я понял! — крикнул Фитц, и по тому, как скрипнула его койка, Софи поняла, что вместе со словами раздался удар кулаком.

— Что? — спросила она, чувствуя, что пропустила первую часть разговора.

Она спала.

На самом деле ее голова все еще была полна кроликов-балерин, панк-рок-леопардов и кувыркающихся касаток.

— Извини, — сказал Фитц, когда она потерла затуманенные глаза, пытаясь стереть остатки радуги. — Мое успокоительное кончилось около часа назад, и, между прочим, эта дрянь ужасна. У меня было такое чувство, будто мой мозг блюет блестками.

— Понимаю. Я удивлена, что Киф никогда не использовал это на Ро.

— Может, он приберегает для особого случая, — предположил Фитц.

— Или он боится, что перегрузка искрами сломает ее. Но думаю, что отвлекла нас. Ты сказал, что нашел что-то?

— Нет… я кое-что придумал! — Он сделал паузу, словно ожидая барабанной дроби, прежде чем сказать: — Я знаю, как мы все еще можем тренироваться!

— О. Ничего себе. Это… отлично.

Ее показное возбуждение определенно нуждалось в некоторой доработке.

— Я не имею в виду упражнение на доверие, — заверил он. — Знаю, это еще не обсуждалось. Но понял, что мы забыли основы. Помнишь, когда мы только начали тренироваться? Тиерган сказал, что

Когнаты нуждаются в доверии и равновесии… и он заставил нас делать кое-что, чтобы приблизить мою телепатию к твоему уровню. Но твои способности все еще вращаются вокруг моих. А ты теперь Усилитель, и, уверен, это все меняет. Поэтому думаю, мы должны сделать нашим проектом работу над базовыми навыками телепатии с твоим усилением, так и без него, пытаясь выровнять наш уровень способностей. Знаю, это принесет мне больше пользы, чем тебе, но… это хоть какое-то занятие, верно? И все это простые вещи, которые не будут слишком утомительными, поэтому сомневаюсь, что Элвин будет волноваться.

— Я бы на это не рассчитывал! — прокричал Элвин из своего кабинета.

— Да ладно тебе! — крикнул в ответ Фитц. — Первое, что я хочу, чтобы мы попробовали, это то, что Софи уже делает!

— Да? — спросила она.

— Думаю, что да. Разве тебе не нужно проверять Силвени и Грейфелла каждый день?

Стыд разрумянил ее щеки.

— Я… должна.

Аликорны были не только ее близкими друзьями, но и, возможно, самыми важными существами на планете, благодаря Временной Шкале Вымирания. И Софи пообещала Совету, что проследит за тем, чтобы оба невероятно редких существа были в безопасности, и что беременность Силвени протекала нормально.

Но после всего, что случилось, она… забыла.

И даже до этого Силвени стало гораздо труднее выследить. Половину времени Софи была уверена, что упрямый аликорн не обращает на нее внимания. И в те несколько раз, когда Силвени отвечала, она весь разговор отказывалась приходить в гости.

По какой-то причине, она казалась супер параноиком, не позволяя эльфийским врачам проверять ее ребенка, и Софи ничто не могла придумать, чтобы заставить ее передумать. Поэтому, может быть, Фитц сможет привлечь внимание Силвени.

— Думаю, мы можем попробовать, — сказала Софи, и прежде чем закончила фразу, Фитц приподнялся, чтобы посмотреть ей в лицо.

Она сделала то же самое и поморщилась, ожидая, когда пройдет головокружение.

— Ты в порядке? — спросил Фитц.

— Да, дай мне секунду. Дурацкое успокоительное все еще выходит из моего организма.

Три глубоких вдоха успокоили пульс, и она потянулась, чувствуя, как ее позвоночник хрустнул в нескольких местах. Она поджала ноги и открыла глаза… Фитц уставился на нее, его брови практически сошлись на переносице.

Она посмотрела вниз, понимая, как нелепо должна выглядеть ее туника теперь, когда не была укрыта одеялами.

Она была очень красной.

И очень подогнанной.

И очень блестящей.

И из-за того, что ее волосы были стянуты в неряшливый конский хвост, и из-за отсутствующих рукавов туники, это также не было похоже на ткань.

— Знаю, выгляжу нелепо, — пробормотала она. — Эделайн отдала гномам некоторые туники, которые мне не нравились, на переделку, чтобы они не мешали бинтам.