Фламенко по-турецки
Шрифт:
Сколько я потом ни искала камень такой расцветки или хотя бы что-то близкое, так и не нашла. Здесь, в Кемере, я браслет еще не надевала, хотя брала с собой именно с целью найти подходящий перстень к нему. Если в этом ювелирном музее не найдется ничего подходящего — проблему можно закрывать.
Пока хозяин и Исмаил-бей обменивались традиционными приветствиями, вопросами, ответами и пожеланиями, я молча осматривалась вокруг. Так уж сложилось, что к золоту я довольно равнодушна, но вот серебро, особенно то, что носят на руках в виде колец, браслетов и перстней, —
Любое кольцо, любой браслет тут были настоящими произведениями искусства. Конечно, в Кемере ювелирные магазины встречаются на каждом шагу, но это все были дешевые побрякушки для неприхотливых туристов. Ни разу у меня не возникло соблазна кое-что там приобрести.
Здесь же, клянусь, я скупила бы весь магазин или… обокрала бы его. В общем, несколько минут ушло на то, чтобы я взяла себя в руки и начала дышать более или менее нормально. И стала осматривать магазин уже спокойным взглядом с целью присмотреть сувениры родителям.
Для мамы я сразу присмотрела невероятной красоты цепочку с медальончиком — ее знаком зодиака. При желании медальончик можно было открыть и что-нибудь там сохранить, как делали раньше, например локон любимого человека. Правда, с локонами у моего отца давно уже напряженка, то есть их почти уже нет, но с этим, думаю, они разберутся сами.
С отцом, конечно, было сложнее. Перстни и цепочки на запястьях мужчин он не признавал по определению, булавки для галстука терял через полчаса после того, как эту застежку надевал, не курил, не… не… не… Вот и придумывай подарок для такого человека!
Вскоре я увидела то, что могло бы порадовать моего родителя: миниатюрную фигурку средневекового рыцаря в доспехах, который сражался с серебряным же турецким янычаром. Купить решила обязательно, сколько бы это ни стоило. Во-первых, я теперь богатая женщина, а во-вторых, ничего более подходящего я все равно бы не нашла.
Наконец мужчины обсудили все свои проблемы и вспомнили о моем существовании. Хозяин на довольно приличном английском языке рассыпался в комплиментах и извинениях за то, что заставил ждать столь очаровательную даму, нас усадили на низкий диван в углу магазина, тут же явились кофе, сладости и даже кальян. Из вежливости я данную экзотику попробовала, но как-то мне не показалось, и я попросила разрешения закурить свои, традиционные сигареты.
— Что желают приобрести уважаемые гости? — осведомился хозяин. — Украшения, сувениры, сервиз для кофе, кальян? Весь мой магазин в вашем распоряжении.
Серебряный сервиз — это круто. Но бесполезно. А вот недорогой серебряный бокальчик я бы приобрела. Поставить его на тумбочку у изголовья и пить из него минеральную воду. Красота и здоровье в одном предмете.
— Прежде всего я хотела бы купить сувениры своим родителям, — сказала я. — И их я уже присмотрела в вашем храме красоты, уважаемый бей-эфенди.
— Но вы же практически ничего не видели, уважаемая ханум!
— Боюсь, я не смогу провести
— У ханум изысканный вкус, — сладко сказал хозяин, пока молчаливый продавец доставал требуемое. — Вещицы действительно прелестны. И сравнительно недорогие.
Он назвал цену — и я внутренне ахнула. Все-таки это серебро, а не платина, инкрустированная бриллиантами. Исмаил-бей наблюдал за мной с легкой улыбкой, потом решительно вмешался в беседу.
— Вещи, безусловно, дорогие, но…
Дальше он перешел на турецкий и беседа очень быстро стала довольно эмоциональной. Я было забеспокоилась, что они поругаются, но потом увидела, что эта словесная перепалка доставляет им ни с чем несравнимое удовольствие.
Господи, ведь действительно на Востоке просто не принято покупать что-либо, не торгуясь, это считается дурным тоном. Чем дольше и ожесточеннее торг, тем больше наслаждаются продавец и покупатель. Ну так Аллах им в помощь.
Я откинулась на спинку дивана и спокойно закурила следующую сигарету. Кофе тут тоже был отменным, торопиться некуда, попробую раз в жизни испытать настоящий восточный кайф.
Наконец мужчины договорились и хлопнули друг друга по рукам. Исмаил-бей повернулся ко мне и сказал:
— Ну вот, платите ваши денежки, дорогая Фэриде-ханум. Я старался, как мог, чтобы вы не разорились.
И он назвал сумму, которая… была раз в пять меньше первоначально обозначенной цены. Тоже не копейки, конечно, но теперь цена по крайней мере соответствовала товару. Я полезла в сумочку за деньгами, причем хозяин удивленно приподнял брови.
— Ханум у нас — западная женщина, — с усмешкой пояснил мои действия Исмаил-бей. — Принимать подарки от меня соглашается, а вот сувениры родителям пожелала купить сама. За собственные деньги.
— А от меня ханум подарок примет? — осведомился хозяин.
— Попробуйте, — хмыкнул Исмаил-бей, но я видела, что эта мысль ему не претит и что подарок от хозяина магазина я принять вполне могу.
Самое забавное, хозяин пожелал подарить мне небольшой серебряный бокал для воды или вина, который я, собственно, уже заметила. Так что причин отказываться тем более не было. Только я успела сказать заранее выученное по-турецки «спасибо», как мой взгляд упал на… маленькую шкатулку, скромно стоявшую в уголке витрины.
Это была точная копия той, которую мне презентовал администратор ресторана. То есть — Олег.
Глава одиннадцатая
Редкая профессия — киллер
Я взяла игрушку в руки: копия той, прежней. За одним-единственным исключением: когда открывалась крышка, звучал какой-то незатейливый восточный мотив. Неужели и ту купили тут же?
— Ханум понравилась шкатулка? — тут же осведомился хозяин.
— Нет, мне недавно подарили такую же в точности. Вот я и подумала, не у вас ли она куплена.