Физик

Горъ Василий

— Она считала себя обязанной до того, как ты ее выкупил у родителей. А сейчас считает себя твоей собственностью и абсолютно уверена в том, что ты рано или поздно заберешь ее к себе, ибо знаешь, что она скорее сдохнет, чем предаст, и… уже оценил ее преданность!

Пауза, прозвучавшая в самом конце последнего предложения и искорки сдерживаемого смеха, появившиеся в глазах Суккубы, добавили информации для раздумий и помогли прозреть:

— Ты считаешь, что мой подарок за самопожертвование был лишним?

— Нет! — мгновенно посерьезнев, заявила она. — Девочка на самом деле рискнула жизнью,

причем сначала придумав реальную возможность помочь, а затем реализовав свою идею на десять баллов из десяти возможных. Значит, ты не имел морального права этого не отметить. И подарок подобрал великолепный, поэтому Валька, по слухам, даже спит в этом ожерелье. А вот с проникновенностью благодарственной речи здорово переборщил — зацепило даже меня, прослушавшую ее в записи, а эта дуреха решила, что ты, кроме всего прочего, дал понять, что берешь на себя ответственность за ее жизнь, и теперь счастлива до невозможности!

— О, черт!!! — расстроено выдохнул я и вопросительно уставился на Раису Александровну.

Как ни странно, она успокаивающе улыбнулась, заявила, что не видит ни одной причины для паники, и… загрузила неожиданным вопросом вроде как не в тему:

— Скажи, пожалуйста, ты можешь вспомнить последний абзац восьмой части руководства по развитию своего Дара?

Я ушел в себя, «покопался» в ассоциациях, нашел нужную и принялся цитировать требуемый текст:

«Но у адаптивных способностей физиков есть и серьезные минусы. К примеру, уже с первой-второй ступени ранга подмастерья эти способности начинают „резать“ даже целительские воздействия, из-за чего лечение ран и травм требует все большего и большего превышения ранга привлеченного специалиста. Единственное исключе— … »

– Сообразил? — по-доброму усмехнулась женщина, когда я прервался на середине предложения и вытаращил глаза.

Я торопливо кивнул:

— Ага: раз Валя начала возиться со мной еще до инициации и исцеляет практически каждый день, значит, мой организм, если можно так выразиться, может счесть ее исключением и…

— … и отпускать от себя эту девочку будет фантастическим идиотизмом!

Утверждение прозвучало резковато, но я с ним согласился. Более того, додумался просчитать последствия наклевывавшегося решения и придумал, как договориться с проснувшейся совестью:

— Пожалуй, ты права. Но играть Валю втемную не хочу и не буду. Поэтому предложу вложиться в ускорение развития ее Дара в обмен на безусловную верность и помощь в обретении личного дворянства в обозримом будущем. Само собой, если мне удастся получить потомственное и основать свою ветвь рода, а твой батюшка согласится отда— …

— Согласится! — уверенно пообещала «старшая сестричка», переползла поближе, села, растрепала мне волосы и почему-то помрачнела: — Пока ты дрых, я успела переговорить с батюшкой и теперь хочу обсудить кое-какие результаты вмешательства Шаховой в ваш конфликт с Балакиревым, Казариновым и Лизуновым…

Глава 2

Часть 1

24 января 850 г. от ОВД.

…Из

кабинета Александра Всеволодовича я выбрался загруженным до невозможности и сразу же попал в цепкие ручки личной помощницы. Точнее, взял из ее цепких ручек очередной термос с коктейлем, быстренько уговорил и решил совместить приятное с полезным. В смысле, обсудить с Замятиной планы на ее будущее. Предложение прогуляться до моей гостиной девушка приняла влет, так что уже через пару минут я врубил «глушилку», на время позаимствованную у «старшей сестрички», жестом отправил целительницу на диван, сел напротив, поймал себя на ощущении, что нечто подобное уже было, задвинул куда подальше все ненужные мысли и озвучил нужную:

— Валь, каким ты видишь свое идеальное будущее?

Как ни странно, она ответила, не задумавшись ни на мгновение:

— Разным, мой господин. Но во всех вариантах есть нечто постоянное: я в качестве вашей личной целительницы!

— То есть, вариант остаться Слугой Зыбиных ты не рассматривала?

— Рассматривала, мой господин! И не раз… — честно призналась она. — Но очень надеюсь на то, что вы все-таки заберете меня в свою ветвь рода.

Мне хотелось спросить, с чего она взяла, что он у меня будет, но тратить время на дурацкие вопросы не было смысла, и я обошелся без лирических отступлений:

— Информация не для распространения: есть две принципиально разные возможности тебя забрать. В первой это случится после того, как я более-менее встану на ноги и обрету хоть какую-то самостоятельность. Но в нем у тебя останется довольно возможностей для маневра…

— Возможности для маневра мне не нужны! — твердо заявила она. — Я хочу служить. Вам, а не кому-либо еще. И приступить к служению как можно раньше.

Я мысленно хмыкнул, вывесил над своим коммом голограмму нужного фрагмента руководства по развитию Дара физиков и повел рукой, предлагая целительнице ознакомиться с текстом. Соображала она просто прекрасно, так что, дочитав до конца, поймала мой взгляд и радостно заулыбалась:

— Вы не поверите, но это — вариант моей самой сокровенной мечты. Тот, в котором я представляла себя незаменимой!

— Ва-а-аль… — с намеком протянул я, и Замятина посерьезнела:

— Мой господин, я больше не возгоржусь: мне хочется стать незаменимой не для того, чтобы кичиться своим статусом, а для того, чтобы служить вам не раз в год по обещанию, а каждый божий день! Кстати, это не пустые слова. Посмотрите, пожалуйста, во-от этот документ…

Она быстренько влезла в память подаренных мною часов, нашла какой-то файл и переслала мне. Я его принял, развернул, проглядел полтора десятка названий учебных курсов и вопросительно выгнул бровь.

Замятина пожала плечами:

— Личная помощница — это не внешность и манеры, а знания, навыки и опыт. В данный момент я умею только исцелять, но уже приобрела ряд самых необходимых учебных курсов и учусь. Все свободное время.

Я задумчиво потер переносицу, поставил себя на место целительницы и задал вопрос, услышать который она явно не ожидала:

— Можешь показать мне историю движения средств на своем банковском счете?