Fire

Мироманова Мария

– Я пытаюсь! – рычу я, но потом, вспоминаю - м не симпатичен этот мальчик, живописец, её сын, - едва успев договорить, начинаю жалеть о сказанном, однако отец, вопреки ожиданиям, спрашивает без иронии.

– Серьезно? Расскажи мне о нем? Давай так, назови его главное достоинство и главный недостаток.

Хотелось ответить не задумываясь – "он пытлив, но нетерпелив". И почти получилось. Я уже набрал воздуха в легкие и открыл рот, но вдруг отчетливо понял, что это определенно наиболее очевидные его качества, но отнюдь не главные. Главной в его личности является творческая жилка, но черт меня побери, если кто-то считает это его достоинством. Нет, он, безусловно, талантлив,

и в другой жизни мог бы стать великим, да только семья, мать и судьба уготовили для него совсем другое будущее. Он неравнодушен! И это точно можно назвать его главным достоинством, если бы не его вспыльчивый нрав, в этом случае следует сказать, что мальчик излишне впечатлителен... И тут я отчетливо представляю себе, как пытаюсь вытряхнуть горсть маслин из сосуда с узким горлом. Поднимаю глаза и вижу, что для отца вовсе не секрет, почему я молчу. В конце концов я всё-таки выдавливаю из себя:

– Он пытлив, но нетерпелив.

– Всё верно, - задумчиво бормочет отец, словно сам только что понял , - интуитивно правильный ответ приходит первым. Однако ценность разума в том, что он не допустит интуитивный ответ в качестве окончательного, – он подмигивает мне и уже более внятно продолжает, - а гибкость разума в способности вернуться к первому порыву после детального анализа.

– Ну , хорошо, я понял тебя. Может , попробую просто пообщаться с кем-нибудь из них, - очень не хочется продолжать эту беседу. Увидимся, - заканчиваю я разговор и понимаю, что отца рядом уже нет.

Иной раз мне кажется, что этот демон испытывает мою психику на разрыв. Что, интересно, он будет делать , когда он ... ну нет же, чёрт побери... ЕСЛИ он преуспеет?

***

М олча стою в тени, слушаю, и пытаюсь представить то, что Деметрий объясняет гончару. Гончар внимает со скучающим видом . Мысль хороша, бурлящие пенные вод ы и выходящая из них Афродита . Как только он собирается это воплотить? Тут не гончар нужен, и не художник, а инженер. Я давно заметил, что парень не равнодушен к богине любви, не смотря на то, что сам назван в честь богини земли и плодородия. Вот такой вот символизм - пенная любовь и приземленное плодородие.

– А как ты собираешься сделать пену?
– д о гончара , как я вижу, начинает доходить изюминка . О н весело хлопает парня по плечу. Но это интерес, который гончар питает к мальчишке мне не нравится . И это не тот интерес, что зрелый муж порой испытывает к юноше, слишком уж не равен гончар Деметрию по рождению. Деметрий аристократ. Это корысть. Гончар рассчитывает заработа ть на подслушанн ых мыслях . Что ж, видимо, придется вмешаться. Но тут я как бы слышу

голос отца. "Придется? То есть ты лично заинтересован в... в чем?". Его рядом нет. Просто он умудр ился внедрить в меня свой подход к вещам. И, порой, совершая интуитивный поступок, я, подсознательно, оцениваю его с точки зрения отца. Мне бы следовало быть ему благодарным, ведь беспристрастно говоря, привычка полезная. Однако я злюсь. Я недоволен, мне кажется, что отец грубо вмешивается в мою жизнь, её зоны, которые мне хотелось бы иметь приватными. И его совершенно не оправдывает в моих глазах то, что он понятия не имеет о своих вмешательствах, отравляющих мне существование. Да, мне и самому смешно. Но факт в том, что я не свободен от его влияния. И никогда мне не быть свободным. Но я продолжаю пытаться. Вот например сейчас я поступлю так как хочу, даже не потрудившись подобрать оправдание или даже объяснение.

Подхожу к беседующим. Протягиваю руку Деметрию, гончара не удостаиваю даже взглядом.

– Твоя мать послала меня послушать, о чем ты договариваешься. Ей хочется быть уверенной, что её купальне не будет равных , во всей земле.
– Деметрий смотрит на меня слегка удивленно, ещё бы, его мать никогда не интересовалась ни чем подобным . Её заботят доходы и расходы, но уж никак не красота. Если бы речь ещё шла о фасаде дома, по которому можно судить о её благосостоянии, но фонтан во внутреннем помещении она считала излишней тратой денег. Однако н адо отдать мальчишке должное, не противоречит и быстро берет себя в руки.

– Хиларайон, на счет труб мы договорились, они должны быть установлены до того, как я закончу скульптуру. У тебя 3 дня, не больше.

Разочарованный гончар кланяется Деметрию, а затем мне. Однако не уходит, топчется на месте , п риходится обратить на него внимание. Словно прогибаясь под моим тяжёлым взглядом м ужчина вновь кланяется и наконец уходит.

– Мыльный раствор?
– спрашиваю я, когда гончар удаляется настолько, что б не услышать.

– Ага. Прогуляешься со мной, - Деметрий снимает фартук и отирает им руки. Он совсем не удивлён тем, что я разгадал его находку. Но дело не во мне, он попросту не считает её такой уж выдающейся. Да и с чего бы? Ему пол дюжины таких идей в день приходит в голову.

– Смотря куда ты меня зовешь ?

– В храм Афродиты , - мальчик вдохновенно вскидывает голову. В от я такого ответа и ожидал, парень проводит слишком много времени у алтаря Богини .

– Ты стал часто бывать там. Симпатичная жрица?

– И это тоже, - он не смущен, улыбается озорно, но открыто, - но, в основном, вдохновением запасаюсь.

– А вот на этот счет у меня есть идея интересней. Мы приглашены на пир к Иантине.

– Гетере?
– меня развлекает его взгляд, это не испуг, и не отвращение в его глазах, это недоумение. Он не против, просто не понимает, зачем.