Финн
Шрифт:
– Ты отказался от дома, от нашего дома. Это убивало меня. Папа сделал несколько звонков, и владельцы не продали его. Это документы на дом. Есть право отказаться, но если ты по-прежнему хочешь его, он твой.
– На документах твое имя.
Ее глазки начинают блестеть озорством, и она широко улыбается.
– Думаю, я должна была сказать, что если ты хочешь, то он наш. Я оплатила депозит, как третье лицо, понимая, что окончательное решение будет за тобой. Они знают, что ты был ранен и что планы изменились. Все, кто был вовлечен, согласились, что за тобой последнее
– Ты даришь мне дом, как подарок на окончание учебы?
– Надеюсь, что так, если это то, что ты хочешь.
– С тобой я хочу все.
Пресли сияет, и я падаю на одно колено, беря ее руку в перчатке.
– Выходи за меня.
Ее улыбка меркнет, и она зримо начинает дрожать.
– Ты не обязан это делать. Я ничего не жду.
– От кого? Я жду. Я хочу кольцо на твоем пальце. Хочу знать, что ты моя навсегда.
– Я уже сказала, что я твоя навсегда.
– Тогда скажи «да».
Ее глаза наполняются слезами, и она падает передо мной на колени.
– Это из-за дома?
– Нет, это потому что я, черт возьми, боготворю тебя. Нет никого, кто когда-либо будет любить тебя так, как я. Я хотел сделать это сегодня вечером, наедине и голым, с тобой в моих объятиях и мной, нашептывающим тебе, как много ты для меня значишь. Я…
– Боже! Пожалуйста, остановись! – теперь Пресли открыто плачет. – Я не хочу чувствовать, как будто ты к этому не готов. Я тоже люблю тебя, но мы можем не торопить события.
Я достаю из кармана коробочку и открываю ее. Ее взгляд опускается на нее, затем возвращается ко мне. Ее губы дрожат, когда она говорит.
– Это самое роскошное кольцо, которое я когда-либо видела.
– Это был один из бриллиантов твоей мамы. Дизайн был создан специально для тебя. Он уникален и восхитителен. Каждая грань ослепительно блестит в лучах света. Выходи за меня… Сделай меня самым счастливым человеком.
Пресли берет коробочку из моих рук и начинает рыдать.
– Да! – кричит она сквозь слезы. Бросается ко мне, сбивая нас обоих на землю, и я прижимаю ее ближе, смягчая падение.
– Могу я надеть его?
Девушка так сильно плачет, что я почти не замечаю ее кивка, когда она кладет голову на мое плечо.
Я переворачиваюсь, подтягивая ее на себя, снимаю ее перчатку, затем беру кольцо и скольжу по ее пальцу.
– Ты моя причина жить, – повторяю я снова и снова. – Я буду любить тебя так, как ни один мужчина никогда не любил женщину, и я обещаю дать тебе все, чего пожелает твое сердце.
Я наклоняюсь, нежно целуя ее, пробуя ее слезы и крепче обнимая. Она прижимает ко мне свое тело, углубляет поцелуй, когда знакомый жар и энергия начинают охватывать меня. Ее бедра трутся о мой член. Пресли не упускает появившуюся выпуклость и дразнит меня, обхватив ногами вокруг талии.
– Детка, – говоря я в ее губы. – Нам надо остановиться.
– Не хочу, – стонет она в мой рот. Ее бедра прижимаются сильнее, пока она продолжает покачивать ими. Я прерываю поцелуй, пробегаясь губами по линии ее скул к ее ушку. – Продолжай так двигаться, и я кончу. Я предпочитаю быть внутри тебя, когда это произойдет, слыша,
Пресли хнычет, но останавливается и ослабляет хватку. Ее голова лежит в изгибе моей шеи, ее дыхание обдает теплом мою кожу, когда она тихо говорит.
– У невесты для этого есть невероятное кольцо.
– Мне ненавистно делать это, но там дом моих родителей, полный людей ожидающих нас. Мы отведем им три часа. Друзья, семья, фотографии... затем будем только я и ты.
– Хорошо.
– Несколько дней, Пресли… я буду держать тебя голой и в моих объятиях несколько дней.
– Обещаешь? – она отклоняется назад и смотрит на меня с блеском в глазах.
– О да, мысль о том, что на тебе не будет ничего, кроме моего обручального кольца, имеет потенциал убить нас обоих.
– Смерть от секса с Финном Блэком… думаю, такое будет смотреться восхитительно на моем надгробии.
– Смейся, пока можешь, – я отталкиваюсь от земли и поднимаю ее вместе со мной. – Но когда в понедельник ты не сможешь двигаться, не говори, что я не предупреждал тебя.
– Я с нетерпением жду каждую сводящую с ума, заставляющую дрожать до кончиков пальцев и ускоряющее биение сердце секунду этого.
Эпилог
Пресли
– Кто так поступает? Пресли Чэмбер, вот кто! – Риз бегает вокруг моего свадебного платья, как сумасшедшая, Бог знает почему.
Эмбер стоит передо мной, подправляя мой макияж, и мы обе закатываем глаза от драматизма Риз.
– Ты не могла бы успокоиться, пожалуйста? – моя просьба пролетает мимо глухих ушей, потому что Риз в абсолютно взвинченном состоянии.
– Нет! Кто выгоняет подружек невесты из комнаты за час до своего венчания? Кто не может сказать своему властолюбивому, сертифицировано сумасшедшему жениху-собственнику, что он должен подождать, пока не увидит ее идущей к нему по проходу? Кто позволяет этому самому жениху облапать ее после долгих часов макияжа и прически, так, что теперь главной подружке невесты, как безумной приходиться бегать вокруг, собирая туфли и потерянные сережки??? Ты! Вот кто! Куда, черт возьми, пропал твой здравый смысл? Разве ты не помнишь, что он не должен видеть невесту до венчания?
– Риз, мы с самого начала говорили тебе, затем прошлым вечером и сегодня утром. Мы не верим в эти суеверия. И, кроме того, сегодня день рождение Финна. Я должна была увидеть его, чтобы подарить подарок.
Она бормочет себе под нос, пока Эмбер закрепляет мои волосы и крепит с боку последнюю заколку.
– По-моему всё замечательно, – говорит она достаточно тихо, чтобы сумасшедшая Риз не услышала нас.
– По-моему тоже.
Когда Финн и я начали планировать нашу свадьбу, в голове застряло несколько дат, все они имели сентиментальное значение. Но когда мы посмотрели календарь и обсудили это, я настояла на десятом апреле. Я бы предпочла одиннадцатое апреля, но это было воскресенье. Дата была значимой, потому что это была дата того несчастного случая пережитого Финном и Робби в Ираке.