Финикс
Шрифт:
Глава 10
— А, каштан, — раздался в трубке ее радостный голос. — Откуда вы?
— Я нахожусь рядом с баром «Красный петух», и прямо передо мной стоит серый грузовик с надписью «Эмпайр».
— Странное занятие для взрослого человека — рассматривать грузовики.
— Я получил вашу записку с завернутым в нее камнем…
— Хорошо, молодец. Я не знаю, в чем тут дело, Эверс. Я даже не уверена, нравитесь ли вы мне, но у меня такое чувство, будто мы давно знакомы.
— Я подумал,
— О грузовике? Эверс, ей-богу, с вами разговаривать — одно удовольствие. О каком грузовике вы говорите?
— Я подумал, может быть, вы знаете, кто его водит?
— Господи, похоже, что вы строите из себя детектива. Поздравляю вас. Вы разыскали грузовик компании «Эмпайр» и вне себя от восторга. У этой фирмы не менее пяти десятков таких грузовиков.
— А зачем им столько?
— Черт их знает. Это очень большая компания, Форрест. Если вас интересует «Эмпайр», спросите о ней у Бобби Робертса. Он, кажется, что-то делает для них. Я имею в виду, что он у них в штате, но в каком качестве — не знаю. Вы звоните мне по поводу моей записки или это деловой звонок?
— Похоже, сегодня у вас хорошее настроение.
— Да. Я как раз собиралась выйти из дома.
— Из фургона, что ли?
— Из своего дома. В фургоне нет телефона.
— А нет ли у вас номера телефона Бобби Робертса?
— Есть. — Она продиктовала.
— Видно, вы хорошо знакомы с Бобби.
— Даже слишком хорошо. Мы были помолвлены.
— Простите, я не знал.
— Не надо извинений — это было давным-давно, много лет тому назад. Если будете говорить с ним, спросите его про Билла.
— Про Билла?
— Да, про Барнса. Он, конечно, будет вам врать. Но от него вы узнаете гораздо больше о грузовике компании «Эмпайр». Ну, я опаздываю. Увидимся.
— Когда же увидимся?
— Ну наконец-то. Скажите сами — когда.
— Сегодня вечером у меня встреча с юристом по поводу выселения с моей земли незаконных поселенцев. Может быть, завтра?
— Завтра после полудня. Где?
— На вашей или моей земле. Может быть, вы покажете мне кактусы?
— Вы умеете плавать?
— Конечно.
— Тем хуже. Жду вас к двум часам у фургона.
— Офис мистера Робертса, — ответил мне женский голос. — Чем вам можем служить? — Так протяжно и неторопливо говорят жители провинций. Южнее Мемфиса, где люди не привыкли торопиться.
— Я хотел бы сегодня встретиться с Бобби.
— Разрешите узнать — с кем я говорю? — Она произнесла это как «гоовоорю».
— Форрест Эверс. Я познакомился с мистером Робертсом на этой неделе на гонках «Формулы-1».
— Сожалею, мистер Эверс, но в это время мистер Робертс обычно не бывает в офисе. Как мы могли бы связаться с вами?
— Я остановился в отеле «Аризона Билтмор». Мистер Робертс еще вернется сегодня в
— На этот вопрос я не могу вам ответить. Это зависит от того, насколько Бобби наберется за ленчем. Он обычно крепко закладывает по вторникам.
— Мне кажется, вы не очень симпатизируете своему шефу?
— Мистер Робертс — совершенное дерьмо. — Она произнесла это как «деррьмо».
— Вы передадите ему, что я звонил?
— Подождите минуту, мистер Эверс, я сейчас свяжусь с мистером Робертсом.
Я подождал.
— Мистер Робертс просит передать, что сможет вас принять в четыре пятнадцать.
— Мне сильно повезло.
— Не рассчитывайте на это, — сказала она.
Я постоял, разглядывая серый грузовик, затем порылся в кармане джинсов, нашел еще одну монету и набрал другой номер.
— Джудит?
— Да.
— Говорит Форрест Эверс. Я звонил вам на прошлой неделе насчет своей земли — десять тысяч акров к северу-востоку от Кэрфри.
— Да, помню. Вы считаете, что на вашу землю покушается Кавана. Мы провели большую работу, расследуя ваше дело. Вы звоните из Лондона?
— Нет, я все еще в Финиксе и хотел бы встретиться с вами. Когда вам было бы удобно?
— Я сейчас как раз свободна.
— Где вы находитесь?
— На маленькой аллее возле Индейской школы.
— Это в пяти минутах езды от меня.
За пять минут езды на машине в Финиксе в дневное время вы можете проехать три мили. Возможно, жители города спят в это время. Изредка кое-где на улицах встречаются машины. Дважды я видел автобусы. Но вообще-то город как будто дремлет под знойными лучами солнца. Словно он когда-то был обитаем, но сейчас полностью опустел. Единственный признак жизни — мигающие уличные светофоры: красный, затем зеленый и снова красный.
Офис компании «Берман, Сискин и Виктор» находился на верхнем этаже высотной башни из стекла и стали. Над входом в здание шестифутовыми хромированными буквами было написано — «Новый век».
В глубине вестибюля, облицованного сияющим розовым мрамором, находились кабины лифта. Дверцы одного из них были открыты — не исключено, что он дожидался посетителей с прошлой субботы. Я нажал кнопку самого верхнего — девятнадцатого этажа, откуда, должно быть, открывается чудесный вид на все стороны света.
В офисе Джудит Берман стоял широкий старомодный дубовый стол, заваленный скоросшивателями, толстыми томами и бумагами. Здесь же находились три компьютера. В большой комнате, застланной серым ковром, стояло еще четыре стола, но все они пустовали.
— У нас обеденный перерыв, но я стараюсь обходиться без обеда. Придвигайте стул, — сказала Джудит. Я сел на вращающийся стул возле ее стола. Мне, привыкшему к тесноте лондонских контор, было удивительно видеть столько свободного места.
— Похоже, у вас хватает площади для расширения штата, — сказал я.