Фина
Шрифт:
– Белое перышко! – вдруг закричал Фет, быстро побежав в сторону колодца.
Я замерла на секунду. Казалось, что кот подавился гигантской мышью. Изо рта его торчал длинный хвост и кружился по часовой стрелке. Фетула быстро схватил кота за шкирку и стащил его с лавки.
– Ну же! – кричал Фет. – Выплевывай этого дурацкого червяка!
Белое перышко когтями вцепился в грудь Фетулы и бурно срыгнул черную слизь. Лапы кота ослабли, живот содрогнулся и обмякшее тело его рухнуло вниз.
– Что с ним? – крикнула
– Уже который раз он пытается съесть землю, – поглаживая кота ответил Фет.
Я подошла ближе. Белое перышко крепко спал. Втянул живот и подогнул лапки.
– Так жутко, – подумала я вслух.
– Не то слово, – ответил Фетула, стряхивая с колен землю.
– Мы ведь не оставим его здесь?
– Оставим.
– Вдруг он погибнет? – озабоченно спросила я. – Этот кот столько жил. Повидал все на свете и мудростью своей делился с кошками других семей.
– Он ведь бездомный? – задал Фетула встречный вопрос.
Присев рядом с Фетом на лавку, я кивнула, ответив:
– Бездомный.
Огни вокруг города все усиливались. Зажегся свет возле дома культуры, где по тропинке гулял, сунув руки в карманы, пожилой охранник. С севера подул холодный ветер. Просочившись через мое платье, он нагнал мурашки и тут же согнал их, будто давно хотел прикоснуться ко мне.
– Как он? – спросила я Фетулу.
– Он еще поспит, а потом побежит дальше.
Я вспомнила о перышке кота.
– Ты видел, что у него на хвостике?
– Конечно, – улыбнулся Фет.
Затем он повернул ко мне лицо и попробовал меня поцеловать.
– Сюда можно, – быстро подставив щеку прошептала я.
Было тепло и мягко. Закрыв глаза, я еще долго сидела в одном положении. Коленки согнуты и прижаты друг к другу, спина выпрямлена, руки по обе стороны вжаты в скамейку.
Фетула вдруг промычал:
– Ммм, – сказал он.
Обернувшись в его сторону, я поинтересовалась:
– Что говоришь?
– Проснулся, – мягко прошептал Фет, будто не хотел разбудить кого-то. – Белое перышко проснулся.
Кот проводил нас до самого кафе. Вместе с ним мы прошлись по школьной тропинке, краями обуви задевая осоку. Поднялись на мост неприметного пруда, воды которого питали корни повислых берез. Играючи блуждая между нашими ногами, перышко то и дело откашливался и чихал, но держался крепко – жалобно не мяукал.
Не досчитав десяток шагов до входа в кофейню, кот игриво мяукнул и побежал в сторону лавки «Сосисочная».
– Сосиску захотел? – риторически спросила я Фетулу. – И гляди, как он хвостиком замахал. Не уж то аппетит проснулся.
– У меня он точно просунулся, – сказал Фет, поглаживая живот так, будто уже наелся.
Мы прошли в кафе и сели за стол.
– Что будем заказывать? – окликнула я Фетулу. Не поднимая глаз, я продолжила листать меню с горячими
– Заказывай, что хочешь, – ответил Фет. – Папа дал мне семьдесят пфеннигов. Сказал, чтобы я хоть раз в жизни от души погулял.
Я подняла брови и тут же поймала встречный взгляд Фетулы.
– Это он шутит так, – пояснил Фет.
– Уж поняла, – скромно улыбнувшись, ответила я.
Словно по команде, мы вновь уставились в меню и еще долго не подавали признаков жизни. Наш столик располагался в углу дальней комнаты, куда редко заходили официанты. Полноватая девушка высоченного роста ходила от гостя к гостю, добавляя в заказной лист всяческие пожелания. Кому льда добавить, кому подложить рис. Напротив нас, прямо за спиной Фетулы, сидела женщина с прожорливым ребенком. Маленькое дитя проворно уплетало гречу, запивая ее молоком. Девочка это была или мальчик, определить у меня так и не вышло. Волосы средней длины, щечки румяные. Одежда тонов спокойных. Голоса ребенок так и не подал.
– Ты хотела поговорить о снах? – в лоб спросил у меня Фетула. Он медленно резал котлету. Это был уже пятый кусочек. Сочная, пряная говядина.
Допив стакан морса, я, отдышавшись, ответила:
– Папа сказал, что видел тебя сегодня днем.
– Видел, – подтвердил Фет. – Я шел с прогулки. Неважно чувствовал себя, но все же остановился и рассказал, что знаю о твоем недомогании.
– Что знаешь?
– Ты не ходила в школу, – начал Фетула. Прожевав картошку, он смочил горло грушевым лимонадом и продолжил:
– В четверг и пятницу тебя не было в школе.
– Где же я была?
– Дома.
Подозрительно окинув Фета взглядом, я ответила:
– Шутки шутишь?
– Спала, может, я не знаю, – продолжил Фетула. – Люди иногда живут обыкновенной жизнью и даже не думают, что на свете есть другой мир.
– Ты себе спиртное не заказывал? – прервала я Фетулу. Увидев, как Фет опустил глаза, я тут же поправилась:
– Прости.
– Да брось, – понимающе ответил Фет.
Мы снова принялись за еду. Я наматывала спагетти на вилку и отправляла ее в рот. После каждого макаронного шарика нанизывала на зубочистку бекон и точно так же, тщательно прожевав, съедала его. Через пятнадцать минут нам должны были принести десерт.
– Навещал меня?
– Конечно.
Фетула случайно коснулся моей ноги. Я засмущалась и сделала вид, что ничего не было. Кажется, Фет вновь покраснел.
– Фина! – шепнул мне Фетула. Наклонившись, он уставился на бокал моего молочного коктейля. – Твой папа сказал, чтобы я избавил тебя от снов.
– Что ты о них знаешь? – шепнула я в ответ.
– Много всего, – произнес Фет. – Будет лучше, если ты сама меня спросишь. Я расскажу все, что знаю. О том мире, о слугах, о госпоже.