Философия

Канке Виктор Андреевич

В плане лингвистического поворота широкую известность приобрела книга Людвига Витгенштейна "Логико-философский трактат", опубликованная в Германии в 1921 г., в Англии в 1922 г., в России в 1958 г. По Витгенштейну, мышление не должно выходить за свои действительные пределы. Дабы этого не случилось, он устанавливает жесткое соответствие, обозначая: элементарные факты ("объекты") именами, сочетания фактов — сочетаниями имен, предложениями. Сложные предложения сводятся к элементарным, все элементарные предложения считаются независимыми друг от друга. Таким образом, базисом науки оказываются самые простые, изначальные предложения, их называли атомарными, базисными, элементарными, протокольными предложениями.

Но какое предложение научно достоверно? То, которое можно верифицировать, т. е.

проверить, свести к атомарным фактам, фиксируемым в эксперименте. В очень многих случаях такая процедура оказывалась вполне уместной и достаточной. Но, как обнаружили сами неопозитивисты, процедура верифицируемости не всегда достигает цели. Начнем с того, что сам принцип верифицируемости не может быть проверен. Невозможно доказать в эксперименте, что любое признающееся истинностным предложение должно быть проверено. Выходит, что требование верифицируемости, представляющееся таким очевидным, либо вообще несостоятельно, либо является сугубо умозрительным. А ведь именно от умозрительных, надуманных философских положений неопозитивисты желали освободить науку. С принципом верифицируемости неопозитивисты, несомненно, попали в сложную проблемную ситуацию. Наука представляла бы собой весьма строгое мероприятие, если бы можно было все проверить очевидным и однозначным путем. Но все положения максимально общего характера, а таковы научные законы, не поддаются верификации. Вроде бы все люди смертны, но как это проверить? Не поддаются прямой верификации и гипотезы, т. е. предположительные знания. Однако науки без законов и гипотез нет. Выходит, что принцип верификации в философском отношении недостаточно содержателен.

Действительно, обратимся к представлению о научном факте. Неопозитивисты считали, что научный факт фиксируется непосредственно как таковой. Но стоит поосновательнее поразмыслить над проблематикой научного факта, как выясняются новые детали. Мало-мальски сложный научный факт фиксируется на основе теории, а она есть система взаимосвязанных предложений. Следовательно, как справедливо подчеркивал американский философ Куайн, проверке в науке подлежит вся теория, и уже в ее границах отдельные предложения. Вопреки исходным установкам неопозитивизма нет изолированных друг от друга предложений, каждое из них имеет общий контекст, язык. Проверка научных фактов оказывается отнюдь не простой задачей, она включает в себя всю практическую деятельность человека.

Особо отметим отношение неопозитивистов к философии, которое было довольно строгим. Неопозитивисты вполне правомерно резко критиковали такие философские положения, которые не выдерживали научной критики. Считалось, что философия, в отличие от естественных наук, наряду с математикой и логикой не имеет фактуального содержания. Когда же выяснилось, что в науке невозможно отказаться от общих положений, да еще не верифицируемых в неопозитивистском смысле, то вновь заговорили об особом статусе философии. К тому же историки науки, например француз Александр Койре, показали, что, создавая новые теории, выдающиеся естествоиспытатели опирались на фундаментальные философские идеи. В этих условиях неопозитивистам пришлось заняться известной реабилитацией философского знания, но уже с учетом как положительных, так и отрицательных сторон сделанных разработок.

Постпозитивизм. Поппер, Лакатос, Фейерабенд, Кун

Постпозитивизмом называют множество концепций, которые пришли на смену неопозитивизму. Сторонники различных постпозитивистских концепций во многим не согласны друг с другом, критикуют устаревшие представления неопозитивизма, но сохраняют с ним преемственность. Как и неопозитивисты, постпозитивисты уделяют основное внимание рациональным методам познания. Одним из самых видных постпозитивистов считается современный английский философ Карл Поппер.

Для Поппера неудачи концепции верификации (проверяемости) научных предложений отнюдь не случайны. Методология верификации строится на убеждении, что знание может быть абсолютно истинным. Это иллюзорное представление. Рано или поздно на смену старой теории приходит новая, то, что казалось истинным, теперь признается заблуждением. Поэтому задача эпистемологии, т. е. философии научного познания, состоит не в поиске теории, а в разрешении проблемы роста знания. Рост знания достигается в процессе рациональной дискуссии, которая неизменно выступает критикой существующего знания. Поэтому свою философию Поппер называет критическим рационализмом.

Но

какова логика научного открытия? Вопреки мнению индуктивистов Поппер считает, что ученые делают открытия, восходя не от фактов к теориям, а переходя от гипотез к единичным высказываниям. Ученые пользуются гипотетико-дедуктивным методом. Из гипотез общего характера выводятся предложения, которые сравниваются непосредственно с протокольными предложениями. Если относительно теории и протокольных предложений, а также их совпадения ученые пришли к согласию, то теория считается временно подтвержденной. Так как ни одна теория не может быть подтверждена окончательно, то она, по определению, имеет гипотетический характер, т. е. ее образуют не законы, а правдоподобные утверждения. Всякая теория ненадежна, подвержена ошибкам (принцип фаллибализма). Окончательно подтвердить теорию нельзя, зато ее можно опровергнуть (фальсифицировать). Теория фальсифицирована, если она противоречит опытным данным, иногда всего лишь одному опытному факту. Фальсифицированная теория заменяется новой, на которую обрушивается новый залп рациональной критики.

Рост научного знания, по Попперу, можно выразить следующей схемой:

Здесь П₁, — исходная проблема; ВР — временные решения исходной проблемы; ЭО — элиминация, удаление обнаруженных ошибок; П₂ — новая проблема.

Различные гипотетико-дедуктивные структуры отличаются своей выживаемостью. В мире организмов выживают наиболее приспособленные к среде, в мире науки — самые непротиворечивые концепции.

Научной теорией признается лишь та концепция, которая поддается сопоставлению с опытными данными, и, следовательно, в любой момент она может оказаться фальсифицированной. В отличие от науки философия не поддается фальсификации, то есть философия не имеет научного характера. Но, не обладая научным статусом, философия обладает смыслом, без нее не обойтись. Так Поппер разрешает проблему демаркации (разграничения) науки и философии. Философия выступает у него как осмысление роста научного знания и включает, в частности, принципы рационально-критической дискуссии, фаллибализма, фальсификационизма.

Попперу удалось выразить многие тонкости роста научного знания. Но его концепция также подвергается критике. В основном за то, что Поппер свел рост научного знания к дуэли гипотез, фактов наблюдений; практически он игнорирует представление об истине, вся проблематика которой заменена рассуждениями о правдоподобных гипотезах. Но кроме гипотез и фактов наблюдений есть еще социальный и технический миры, совокупность многих других фактов, которые также влияют на рост научного знания. Взять, например, тот же принцип фальсификации. Надо иметь в виду, что в результате научной критики ученые, даже обнаружив факты наблюдений, не описываемых данной теорией, отнюдь не спешат полностью отказаться от ее услуг. Например, механика Ньютона, несмотря на наличие огромного числа противоречащих ей фактов, широко используется современными учеными. Требования, выдвигаемые Поппером, имеют, таким образом, нормативный характер, а это означает, что не всегда нужно следовать им.

Рассмотрим воззрения ряда других постпозитивистов, которые разработали свои собственные концепции. Английский философ Имре Лакатос выдвинул методологию научно-исследовательских программ. По Попперу, на смену одной теории приходит другая, старая теория отвергается полностью. Лакатос подчеркнул важность сравнения теорий друг с другом. К тому же, сравнивать следует не просто теории, а научно-исследовательские программы. Каждая научно-исследовательская программа содержит несколько теорий. "Твердое ядро" программы сохраняется от одной теории данной программы к другой, а защитный пояс, состоящий из вспомогательных гипотез, может частично разрушаться. "Твердым ядром" научно-исследовательской программы Ньютона являются три закона механики и закон тяготения. На этой базе было развито множество теорий, относящихся, например, к астрономии, учению о свете и т. д. Только тогда, когда будет разрушено "твердое ядро" программы, необходимым окажется переход от старой научно-исследовательской программы к новой. Новая прогрессивная научно-исследовательская программа должна быть более насыщена эмпирическим содержанием, нежели ее предшественница.