Филька

Меньков Никита

– Это сейчас моё самое большое желание...
– тихо сказал Ганс.
– Чтобы навеки прекратились эти выстрелы, взрывы, чтобы все народы жили в мире и согласии. Давай выпьем за это...

Послышалось чоканье рюмок. Потом Мария Фёдоровна услышала, как Ганс плачет.

– Береги своих родных, - сказал он.
– Живи в мире с матерью, не обижайся на её и сам не обижай. Давай ещё выпьем...

– Ганс, хватит, пойдём...

Мария Фёдоровна укрылась в чулане; они прошли мимо неё, Ганс добрёл до тахты, повалился на постель и тут же забылся глубоким сном.

***

Филя составил секретный алфавит для отряда, он был утверждён

на общем собрании, и все стали его учить. Некоторые буквы в нём остались такие же, как в русском алфавите, но большинство их было заменено на придуманные. Была, например, буква, напоминающая рогатину, её так и называли; она обозначала букву "ш". "?" - значок параграфа - мог обозначать букву "ж" или "й". Кружок с точкой посередине был вместо буквы "у" или "ю". Кружок с четырьмя отходящими от него чёрточками - так называемый "жук" - заменял в прописном виде букву "в". Ряд букв заменяли скрипичный ключ и ноты. По предложению Жени, которая была родом из Белоруссии, была введена буква "?" - нечто среднее между "у" и "в", но здесь она обозначала букву "ф". И так далее. Генка долго ломал голову над алфавитом, потом сказал брату:

– Мне кажется, ты, прежде чем составить эту азбуку, общался с пришельцами с другой планеты.

– Давай учи, - засмеялся Филька.
– Сейчас время такое - надо поменьше говорить, будем общаться только письменно. Завтра утром проверю, как ты выучил. И не только ты.

– Немцы свихнутся, если им попадётся записка с такими буквами, - ответил Генка и вновь уткнулся в листок с причудливыми символами.

33. У партизанского костра

В нескольких километрах к северу-востоку от города, в такой глухой местности, где, казалось, никогда не ступала нога человека, Валерий Петрович много лет назад вырыл землянку и время от времени наведывался сюда порыбачить - один или с друзьями. Теперь же, когда все его друзья были на фронте, с ним был его отряд.

Погода была ещё довольно тёплой, а вода в реке уже давно позеленела. Генка и Лёня рыбачили с лодки, другие собирали в лесу ветки для костра. Валерий Петрович развёл костёр и стал варить похлёбку.

– Где же всё-таки наши парни?
– спросил он у Жени, когда она принесла сухих веток.
– Неужто заблудились? Лес-то глухой, заплутаешь - не выберешься... Надо за ними сходить, а то так и до утра не придут.

– Я схожу, - ответила Женя.

– Нет, ты лучше останься поддерживать огонь, я сам схожу, - решил Валерий Петрович.
– Я эту местность как свои пять пальцев знаю.

Он приподнялся, но тут послышались шаги и весёлые голоса, и появились Яков Романович, Филька и Петька с охапками сучьев в руках. А следом за ними пришли Генка и Лёня с уловом рыбы. Все сели вокруг костра, и всех окутало приятным теплом, и им стало так хорошо, уютно... Ребята были такие уставшие и голодные, что тут же съели суп и принялись за рыбу. Фильке не терпелось поскорее очистить испечённую картошку от кожуры и съесть её, но она была слишком горячая, и он перебрасывал её с руки на руку...

– Сколько раз я бывал здесь...
– сказал с улыбкой Валерий Петрович.
– Давно ещё, в вашем возрасте, с ребятами сюда приплывал на лодке. Поедим, бывало, чего-нибудь, потом поговорим - и песни тянет петь... А уж после потушим костёр, лежим в темноте, думаем о будущей, светлой жизни... Давайте так же помечтаем, а утром,

глядишь, и на сердце станет легче...

Сначала поговорили о профессиях - кто из ребят кем хочет быть. Женя хотела быть художницей, Даша - учительницей, Генка - радиомехаником, Петька - штурманом на корабле, Лёня - автослесарем...

– Филя, а ты что молчишь?
– спросил Валерий Петрович.

– Не знаю, как ответить, - улыбнулся Филька.
– Я хочу быть космонавтом. Такой профессии пока нет, но после войны она обязательно появится. Сначала полёты в космос будут делом трудным, но потом, с развитием техники, люди наверняка смогут не только полететь на Луну, Марс, Венеру, более дальние планеты, но и освоить их, создать там свои базы, и потом прилетать туда уже как пассажиры. Всё ещё впереди.

И он посмотрел на звёзды, что сияли высоко-высоко, поблёскивали и манили к себе...

– У тебя великие планы!
– восхитился Валерий Петрович.
– Эх, ребята, хоть бы эта война никак не помешала вам... Будьте осторожны, прошу вас.

Они поговорили о путешествиях - кто куда хочет поехать в будущем. Кого-то притягивали северные земли с заснеженными горами, кого-то - южные пустыни и саванны, и в то же время все так любили прекрасные, родные русские леса и поля...

– Филька весь Советский Союз объездил, - сказал Генка.
– У него в каждом городе есть друзья. А его отец, профессор, наверное, весь земной шар объехал вдоль и поперёк. Где он бывал, Филя?

– Лучше спроси, где не бывал, - засмеялся Филя.
– Всю Европу обогнул, был там если не во всех, то в почти всех странах. Ещё был в Китае, Индии, Монголии... В США был очень давно, он мне рассказывал про ту поездку. А я сам хочу побывать в Южной Америке, папины друзья говорили - там природа сказочная...

– Побываешь, - ответил Валерий Петрович.
– У вас ещё вся жизнь впереди, ребята... Только бы эта война побыстрее закончилась...

Взрослые и ребята говорили ещё о чём-то, а Филя привалился спиной к сосне и стал думать о давным-давно минувших временах: костёр, отбрасывавший искры, навеял мысли о первобытных людях, которые много тысяч лет назад вот так же сидели у костра, говорили о чём-то на своём языке, ели что-нибудь и пили воду, и с неба на них смотрели те же звёзды и луна... В пятом классе Филя написал такое сочинение о первобытных людях:

"Каково жилось людям в те времена? Верно, потруднее, чем нам. Они не умели шить одежду и готовить еду. Надо было вести охоту, кормить детей, защищаться от разных хищников.

Сначала все первобытные люди питались сырым мясом, а затем появился огонь - редкое сокровище в те времена. Раньше, когда я болел и не ходил в детский сад, мама читала мне книгу, в которой было написано о том, как они бережно относились к огню: пока мужчины отправлялись на охоту, а женщины - на собирательство, дети оставались в пещере стеречь огонь, чтобы он не угас, в него подкладывали новые ветки и сучья, и он загорался с новой силой. Он был так важен для первобытных людей, что того, по чьей вине огонь угас безвозвратно, либо казнили, либо изгоняли из племени с позором. А позже люди научились добывать огонь трением. Это было сложное дело, и огонь давался не так просто. Но зато он грел в холодную погоду всех членов племени. Питались все либо мясом, либо разными растительными плодами. Охота и рыбная ловля приносили достаточное количество добычи только в тёплое время.