Филька
Шрифт:
***
За обедом каждый отряд рассказывал о своих приключениях.
После обеда был тихий час, но Филька не спал - лежал, наслаждаясь тишиной и спокойствием вокруг, вспоминая о чём-нибудь, прислушиваясь к дальнему шуму моря. Он и в детском саду не любил спать в тихий час. Вообще он спал очень мало.
Соревнования авиамоделей, которые проходили после тихого часа, были интересны Фильке: дома он делал из фанеры и бумаги модели ракет, и здесь он, хоть и не участвовал сам, но внимательно и восторженно наблюдал за запуском моделей самолётов.
Однажды его навестил двоюродный брат Генка - сын дяди Матвея. Филька накормил брата и повёл его
На Костровой площадке играл артековский самодеятельный оркестр. Тут были и барабаны, и скрипки, и гитары, и балалайки. Филька играл на балалайке - на ней и на гармони его научил играть дядя Миша. Дирижёр суетился, поправлял всех, взмахивал указательным пальцем. Ребята пели:
Где гор великаны,
Где бродят туманы,
Где моря шумливый набег,
Под старой горою,
Что стала стеною,
Раскинулся лагерь "Артек"...
Фильке была свойственна любовь ко всему живому. Так, он с радостью вспоминал, как ребята обнаружили на территории лагеря ежиху, которая вывела ежат, целых девять штук, и много артековцев собралось посмотреть на них. Сама ежиха куда-то пропала, детки выползли из норки, и Филька подливал молока в блюдечки, а малыши лакали. Когда ежата насытились, он переложил их в норку. "Один из ёжиков, самый маленький, съел больше всех - так он был голоден", - писал Филя в дневнике.
...После ужина показывали кино, потом была вечерняя линейка.
В "Артек" приезжало много гостей, среди них был председатель Совнаркома Вячеслав Михайлович Молотов, который был тогда куратором "Артека", оказывал помощь лагерю, дарил победителям соревнований дорогие подарки. В первый раз он приезжал в "Артек" в 1934 году, был очень тепло принят, потом артековцы были у него на даче и даже в Кремле. Им было подарено бывшее дворянское имение "Суук-Су", после чего "Артеку" почти на 20 лет было присвоено имя В.М. Молотова.
***
Из "Артека" Филька увозил на память ракушки, причудливые камешки, засохшие растения для гербария.
На прощальной линейке все были понурые. Отряды отдали рапорт - что дал, чему научил их "Артек": кто-то узнал природу Крыма, кто-то научился плавать и нырять, кто-то выучился ездить верхом, и т.д.
Филька в последний раз прогулялся по "Артеку", мысленно прощаясь с парком и музеем, с пляжем и морем... Ему запомнился аромат кипарисов и магнолий, крымской сосны.
Он договорился переписываться с новыми друзьями - вожатым Костей, Димой, Русланом и другими; ребята оставили друг другу свои адреса.
До Севастополя Филя ехал в автобусе с товарищами, а потом пришлось попрощаться: дальше он отправлялся другим путём - ему надо было навестить бабушку, отдать ей сделанный им подсвечник - подарок на 60-летие, сувениры на память и помочь ей по хозяйству.
12. "Филькина грамота"
Дядя Лукьян пришёл в редакцию рано, коллег ещё не было. Он не спеша снял пальто, приоткрыл окно и сел за рабочий стол, продолжил править статью. "Вроде всё неплохо, - думал он, - язык живой, орфографических и фактических ошибок нет, но слишком уж много терминов. Не собьёт ли это читателя с толку?"
Дверь приоткрылась, показался
– Лукьян Константинович, к вам какой-то мальчик просится. Говорит, по срочному делу.
– Приведи, приведи, - ответил Лукьян, догадываясь, кто к нему пришёл.
Вошёл Филька в своей старой фуфайке и кепке, с мешком за спиной.
– Ты никак в дорогу собрался...
– удивился дядя, поглаживая бороду.
– Подожди, ты же только недавно вернулся из поездки...
– Ты можешь купить мне билет на поезд?
– спросил Филька.
– Я уезжаю к бабушке.
– Могу, конечно, только...
– и дядя Лукьян вздохнул.
– Ты опять поругался с родителями? Сколько же вы будете враждовать...
– Я не поругался, просто больше не могу...
Дядя поднялся со стула, оделся и подтолкнул Фильку к двери.
– Пойдём... Я поговорю с твоим отцом, он опять тебя своими придирками изводит... Что за человек!..
Они вернулись в Дом на набережной, и отец с дядей о чём-то долго говорили в рабочем кабинете, а Филька сидел в гостиной и прислушивался к гулу их голосов; потом вздрогнул, услышав, как хлопнула входная дверь. Ему было стыдно признаться себе в этом, но появление рядом матери напрягало, настораживало его. Раньше так не было... Он будто чувствовал, что мать не любит его за что-то, поэтому и относится так холодно... Только за что?
Старики вернулись из кабинета довольные беседой, шутили о чём-то, лица у них разрумянились, и Филя понял, что они приложились к бутылке.
– Можешь сегодня погулять, - мягко сказал ему отец.
В тот день дядя Лукьян пробыл у них до вечера, беседовал с Филькой, рассказывал ему о том, как создаётся газета - как пишется и печатается материал, как происходит вёрстка. Филя с интересом слушал его; он любил просматривать "Правду", когда отец приносил её, из этой газеты он узнавал об указах и постановлениях правительства, об успехах в совхозах, колхозах и промышленности, о советских лётчиках (у него даже сохранились заметки про спасение челюскинцев, про полёт Чкалова и его команды). Ему так понравился процесс создания газеты, что он стал делать свою рукописную газету.
Филька не был самолюбив, он относился к себе с иронией, и газету назвал соответствующе - "Филькина грамота". Несколько месяцев с перерывами он делал её - новый номер выходил каждую неделю. Писал на альбомных листах чернилами и карандашом, рисунки делал акварелью; потом склеивал листы в один номер. Объём газеты был восемь страниц.
На первой странице был какой-нибудь рисунок и содержание номера, обращение к читателю, поздравление в праздники. Потом шёл раздел "Неизведанная планета" с воспоминаниями отца о какой-нибудь научной экспедиции. Следом шли головоломки и загадки, большую часть которых Филя придумывал сам. На четвёртой странице публиковались отрывки из научных трудов, статьи, в основном по физике или астрономии, или эссе Фили об освоении космоса. На пятой - отзыв автора газеты о новой прочитанной книге или какое-нибудь сочинение по литературе. Затем была детективная история; она могла быть в кратком изложении взята из книги или придумана Филей. На седьмой странице был раздел "Мастер на все руки" - о том, как сделать своими руками подарок родным или просто полезную вещицу, как починить что-нибудь в доме и т.д. А на последней странице был юмор: шутки, частушки, весёлая рубрика "Истории Африкана Степановича" (прототипом которого был дед Афанасий), карикатуры, причём Филя часто рисовал шаржи на самого себя.