Фиктивный развод
Шрифт:
– Ты переигрываешь.
– Я вообще плохая актриса. Если ты хочешь наш брак назад, то он будет выглядеть именно так.
Ноль реакции.
Ему плевать.
Он живет в параллельной выдуманной реальности, где у других людей нет воли. Я слышала, что большие деньги портят, но неужели они стирают остатки адекватности? Как он вообще это себе представляет? Стоит завалить меня подарками, попутно пообещав испортить мне жизнь в случае отказа, и я радостно брошусь ему в объятия. Да? А искренне или нет, не имеет значения. Он, видно, считает, что
Таков каприз богача? Его накрыла ностальгия по нашим старым временам и он готов заплатить за спектакль с моим участием?
Или что?
Что происходит?
– Тут есть лифт для начальства. – Я указываю на вторую дверь. – Дай мне ключ, я спущусь на нем.
Не хочу сталкиваться с Мариной. Она не поймет моего поведения, а еще хуже – кинется меня спасать, рискуя собственной работой.
Арбатов протягивает мне электронный ключ. Он вжимает его в мои пальцы, обжигая жестким прикосновением. Но не отдает, заставляя оставаться на месте.
– Я буду после восьми, – произносит он, смотря на меня сверху вниз. – Попроси Рину достать бутылку моего любимого.
– Кто такая Рина?
– Домработница.
Я вижу, что он хочет протянуть ладонь к моему лицу. Но сдерживается.
Пока сдерживается.
Я же в красках представляю, как разобью эту бутылку об его голову. Чтоб осколки в разные стороны, а его лицо исказилось от боли. И чтоб его идеальную рубашку нельзя было отстирать.
Глава 4
Дорога занимает полчаса. Меня не везут за город, что уже хорошо. Коттеджный поселок прячется за высоким забором и линией высаженных лип, но от него всего минут десять пешком до оживленной улицы с магазинами, салонами, общественным транспортом. Я рассматриваю крутые особняки, в которых можно разориться на одну коммуналку, и пытаюсь угадать дом Арбатова.
Бастион из черного камня?
Или скандинавский минимализм с окнами – мечта грабителя – во всю стенку?
У Вадима оказывается современный коттедж белого цвета. Он как будто состоит из кубиков, образуя красивые террасы и оранжереи прямо на крыше.
– Мило, – бросаю, выходя из машины. – Во всяком случае, было.
Мой воинственный настрой не улетучился. Арбатов окружил себя идиллией из дорогих вещей, но я-то живая. Меня нельзя оплатить и поставить на выбранную полку в доме, накрыв сверху стеклянным колпаком, чтоб не шалила. И очень скоро он это поймет.
Ко мне подходит высокая женщина в черном строгом платье. Она воспитанно улыбается, но в глазах нет ни капли теплоты.
– Валерия, – она делает улыбку чуть ярче, – добрый день. Меня зовут Рита, я помогаю ухаживать за домом. Ко мне можно обращаться по самым разным вопросам.
Она проводит меня в дом, который слишком хорош. Я пытаюсь зацепиться хоть за одну деталь, что начнет раздражать. Но тщетно. Здесь много солнца, воздуха, а мебель выбрана со вкусом.
– Я могу показать вам дом.
– Нет, спасибо.
Я нахожу взглядом лестницу на второй этаж. Там должно быть много спален.
– Вадим просил достать бутылочку для ужина.
– Шардо… – уточняет женщина, но я обрываю ее.
– Нет, послаще! Что-то сильно послаще!
Рита выглядит удивленной.
– Мой милый хочет попробовать что-нибудь новенькое. – Я улыбаюсь ее же фальшивой улыбкой. – Насчет осмотра дома я погорячилась. Покажите мне хозяйскую спальню.
– Да, конечно. Пойдемте.
Я оказываюсь права, на втором этаже можно устать пересчитывать двери. Без табличек не разберешься. Мне даже становится интересно: как часто Вадим заходит в эти комнаты? Небось в них чаще бывает Рита или рабочие из службы клининга, чем хозяин. Дом вообще производит впечатление музейного. Он красивый и стильный, но без вкуса жизни.
– Ох, двойные двери, – произношу вслух. – Чувствую, там футбольное поле, а не уютная спальня.
Рита отмалчивается. Я опережаю ее и распахивают глянцевые двери своими руками.
– Дальше я справлюсь. И, Рита, можно на ужин приготовить лазанью? Я могу и сама. Продукты же есть?
– Конечно, есть.
– Вадик так ее любит. Особенно с грибами.
Он ее терпеть не может.
– Я всё сделаю. – Рита кивает как робот. – А напиток оставляем? С лазаньей?
– Ага. – Я наклоняюсь к ручкам и закрываю дверь перед ее носом.
Может, это ребячество. Или слишком мелкая месть. Но мне становится легче. Не плакать же? Это я всегда успею, особенно если Вадим продолжит быть уродом.
Его спальня не тянет на футбольное поле, но частный самолет припарковать можно. И для багажных тележек место найдется. Арбатов явно и прочно привык к роскошной жизни, у него даже костюмы висят по цветовой схеме. Для наручных часов отведена специальная витрина, как раз над ней располагается полка с мужскими ароматами известных брендов. А вот левая сторона гардеробной абсолютно пуста. Свободные полки и перекладины ждут своего часа.
– Для меня место подготовил, да? – Я качаю головой, не веря, что он вообще не сомневался, что получит меня назад. – Значит, думает, что мы будем спать в одной кровати.
Нервная волна возвращается. Я судорожно выдыхаю, отгоняя плохие мысли.
Ничего не будет.
Не силой же? Он не мог стать настоящим монстром. Осталось же в нем хоть что-то от того мужчины, которому я безгранично доверяла? Хоть капелька, хоть маленькая засечка на сердце?
Я возвращаюсь к кровати. С одной стороны на тумбочке стоит ваза со свежими розами, а с другой лежит планшет и несколько деловых журналов. Я бесцельно перебираю их, замечая, что Вадим по-прежнему сгибает уголки страниц, если его что-то заинтересовало. Я нечаянно задеваю пульт, который завалили журналами, и слышу характерный щелчок. Встроенный в стенку телевизор оживает. На него, видимо, выводится изображение с планшета. На экране я вижу интернет-статью со знакомой фотографией.