Фигня (сборник)
Шрифт:
– Закон сохранения энергии! – поднял баранью кость вверх Перес. – Если в одном месте что-то убавится, то в другом прибавится. Вот оно здесь и прибавлялось. Я рассчитал точку на Земле, куда наша энергия возвращалась и растекалась отсюда по западному полушарию. Эта точка здесь, в Касальянке!
Перес торжествующе бросил кость в тарелку и обернулся к Бранко.
– А ты в меня целишься! Ты себе лучше пулю в лоб пусти. У тебя метеорит последние мозги вышиб! – напустился он на Бранко.
Партизан обиженно засопел.
– Не
– Ну что с него взять? Сталинист, – вздохнул Перес. – Сталинисту если что втемяшилось, ему хоть кол на голове теши.
– Ну а что дальше? С энергией? – спросил протрезвевший от информации Заблудский.
– А дальше я уехал из страны, приехал сюда, убедился, что я полностью прав… Энергия здесь прет обалденная…
– Вот и я чувствую: что-то такое идет… входит… – воодушевился Заблудский.
– Виски в тебя входит, – пробурчал Перес. – Основали русскую колонию, стали выращивать чай… Собственно, русские здесь были, – нехотя продолжил Перес. – Один мудадайло по имени Петр Молочаев сюда наших социалистов приволок еще в начале века. Эсеры разные, меньшевики… Они севернее селились. Я их потомков сюда перетянул. На свою голову, – вздохнул Перес.
– Почему? – спросил Алексей.
– Потому что социалисты мудаки! И дети их мудаки, и внуки! – взорвался Перес.
Бранко потемнел, лязгнул затвором.
– Да-да! – повысил голос Перес. – Собственно, достает меня один мудак, внук Петра Молочаева, Платон. Толстовец наизнанку, мать его ети! Диссидентствует, сил нет. Критикует мою программу.
– А какая… программа? – осторожно спросил Заблудский.
– Ты еще не понял? То, что в России улетучивается, мы здесь принимаем. Духовная энергия нации накапливается в нашем продукте – в чае! Отсюда пойдет возрождение России! Здесь будут воспитаны новые русские!
– У нас уже есть новые русские, – возразил Заблудский.
– Ваши новые русские – тунгусы, метеоритом высосанные! У них вместо мозгов – мышцы. Представляешь, башка, набитая мышцами! И все напряжены. Такая мускульная, коротко постриженная башка. Типичные тунгусы! – рассвирепел Перес. – Александр Сергеич надеялся, что они его читать будут наравне с друзьями степей, калмыками, с Илюмжиновым. Шиш! Он метеорит не мог предвидеть. Тунгус был дикий, диким и остался. И еще новые тунгусы эти, в «мерседесах»…
– Вы же сами в «мерседесе», – возразил Заблудский.
– «Мерседес» «мерседесу» рознь. У меня будут самые новые русские. Они уже есть. Потому, что пьют чай, а не водку. Кроткие, умные, душевные, нежные люди. Ин-тел-ли-гент-ней-шие! – по складам выговорил Перес. – Ты не представляешь, как я их люблю. Я живу ради этого – вернуться в Россию не самолично, а новой духовной энергией! – Перес даже прослезился.
– Перес – вы гений! – прошептал Алексей. – Я преклоняюсь перед вами!
Бранко отступил на шаг, достал из-за пояса пистолет.
– Теперь слушайте меня, – сказал он. – Вы оба – ренегаты. И ревизионисты. Это все противоречит историческому материализму. Историю не повернуть вспять!
– Бранко, прекрати говорить лозунгами, – повернулся к нему Перес.
– Ложись! – заорал Бранко. – Оба – на пол! Лицом в пол! Руки за голову!
Перес и Алексей повалились на пол, сцепив руки на затылке. Костыли Переса, прислоненные к стулу, упали тоже с диким грохотом.
– Вы знаете – я шутить не люблю! – орал партизан.
– Да уж знаем… – промычал, уткнувшись носом в пол, бывший диктатор и гений.
Бранко оглянулся. В окне была видна дорога, уходящая в сельву. По ней медленно брел ослик, катящий за собой пустую повозку.
Глава 16
Погоня
Ополчение из членов кабинета оказалось на редкость небоеспособным. Не пройдя и километра, министры сделали привал. Усевшись на камне и поваленных деревьях, они принялись беспорядочно палить в воздух, имитируя боевую активность. Именно эту пальбу и принял Перес за перестрелку.
– Хватит! – наконец скомандовал министр обороны. – Надо экономить патроны. Неизвестно, сколько мы их будем ловить. Вперед!
Министры не спеша двинулись дальше.
Внезапно министр финансов Витя Бакс вскинул винтовку и выстрелил. Федор тут же подскочил к нему.
– Ты что?
– Мелькнуло что-то.
– Я тебе покажу – мелькнуло! Я из-за вас в мокрое дело ввязываться не намерен. Стрелять только в воздух!.. Кто сидел по мокрому делу? – оглянулся он на министров.
Те молчали.
– Видите, никто не сидел. И не советую. Вы же расхитители, воры, в крайнем случае, насильники совершеннолетних. Люди сугубо мирных профессий. Зачем брать грех на душу?
– Я совершенно с вами согласен, – начал Илья Захарович. – Но Перес просил мертвыми.
– Это его заботы. Мы ему живых приведем, а дальше его дело.
Федор поднял винтовку и выстрелил в небо.
– Ива-ан! – закричал он что есть силы.
– Ого-го-го! – донесся откуда-то слабый ответ.
– За мной! – указал Федор направление и ринулся прямиком через бурелом сельвы.
Министры двинулись за ним, изредка постреливая в воздух.
А те, кого они так упорно догоняли, устроились на возвышении всего метрах в пятистах, откуда прекрасно было видно опушку сельвы. Впряженный в повозку ослик пасся на лужайке, а Иван и Вадим спешно строили укрепление из камней и лиан. Сразу за укреплением возвышалась скалистая гора. Можно сказать, интерполовцы были прижаты к стене.
Но не сдавались. Не умели сдаваться.
Иван разложил карабины на бруствере. Они с Вадимом закурили.