Фигня (сборник)
Шрифт:
Вадим чуть не задохнулся.
– Так у меня… так у нас… У нее ничего не получилось! – наконец нашелся он.
– А у нас получится, Вадим, – проникновенно сказал Середа.
Чилийская девушка между тем, практически вскипятив воду в бассейне, выбралась из него и растянулась на палубе от мачты до мачты.
И тут из недр теплохода появился Леша Заблудский в плавках наизнанку. В руке у него была зажата пачка купюр. Он подошел к бару, хватил фужер текилы с лимоном и солью,
– Откуда у него деньги? – шепотом спросила Ольга.
– Заработал, – ухмыльнулся Иван.
– Неужто сутенером заделался?
– Это не сутенер. Это хуже, – пояснил грамотный Вадим.
Но как хуже – не объяснил. А половой гигант Заблудский направился прямо к центровой и без всяких церемоний хлопнул ее по заду. Центровая перевернулась на живот и посмотрела на Заблудского взглядом Гулливера, проснувшегося в стране лилипутов.
– Сейчас вмажет… – прошептал Вадим, почему-то потирая скулу.
Но чилийка не вмазала, потому что в эту минуту на палубе появилась ее двухметровая подружка. Она двигалась так томно, с таким отрешенным выражением на смуглом скуластом лице, что центровая, мгновенно оценив ситуацию, вскочила на ноги, сграбастала Заблудского под мышку и унесла его внутрь теплохода мимо своей удовлетворенной и счастливой напарницы.
– По рукам пошел, – прокомментировала Ольга.
– Ничего. Пускай парень деньги заработает на выпивку, – сказал Иван.
– Таким способом? – иронически спросил Вадим.
– Ты и таким не можешь, – прямо сказала Пенкина.
Капитан сплюнул в досаде и поднялся из шезлонга.
– Будет вам место, – сказал он.
Он переоделся в белый костюм и направился к пассажирскому помощнику капитана Попандопулосу, чтобы попросить себе какую-нибудь каюту на ближайшую ночь. При этом размышлял о том, что наметившийся роман Ольги и Ивана может отрицательно сказаться на ходе операции. Вдобавок этот пьяница и бабник Заблудский. А еще интеллигент… Не зря в ФСБ интеллигентов не любят. На словах интеллигент, а копни его глубже – пьяница и бабник. Если не педераст.
Вадим нашел служебную каюту пассажирского помощника и постучал.
– Камин, плиз! – донесся голос.
Богоявленский вошел и застыл на месте.
Попандопулос в белом кителе с шевронами сидел за письменным столом, уставившись в стену, где были вмонтированы четыре телевизионных экрана. На каждом из них показывали порнофильм.
На первом экране дама в летах на роскошной кровати с балдахином кувыркалась с двумя молодыми людьми, по виду мексиканцами. Те трахали ее в хвост и в гриву, издавая мексиканские вопли.
На втором экране пожилой мужчина, зажав
На третьем молодые влюбленные трахались в бешеном ритме, как кролики, осыпая друг друга каплями пота.
На четвертом было месиво обнаженных негритянских тел, человек шесть, разобрать, что там происходит, не было возможности. Все смешалось: жаркое дыхание, придыхание, крики и стоны, похлопывание по ляжкам и незатейливый постельный разговор.
– Так хорошо?
– Да.
– А так?
– Тоже хорошо.
– А та-ак?!!
– О-оо!
Попандопулос не сводил глаз с экранов. Вадим кашлянул.
– Простите, сэр, что я отрываю вас от приятного времяпрепровождения…
Помощник капитана взглянул на него недовольно.
– Это моя служба, милейший. Я наблюдаю за порядком на корабле.
– Вы хотите сказать, что все это происходит здесь, на борту? – Вадим показал на экране.
– А где же? В Голливуде?! – захохотал Попандопулос.
– Я думал, видеофильмы…
– Вы плохого мнения обо мне. Я не смотрю порно. Порно оскорбляет нравственность, – обиделся Попандопулос.
– А это что?! – вскричал Вадим, указывая на экраны.
– Люди отдыхают. Они имеют право отдыхать, как им нравится. Они же не снимаются в кино.
Пожилой любовник внезапно перевернул девицу на живот и набросился на нее сзади так страстно, что с нее слетели наушники.
Негритянский группенсекс колыхался в едином ритме, издавая урчание.
– Вы хотите сказать, что подглядываете тайком? – спросил Вадим.
– Я не подглядываю. Я слежу за порядком и безопасностью пассажиров. В каждой каюте установлена видеокамера. Я могу переключать каюты с первого класса по четвертый… – Попандопулос защелкал ручками.
В каютах либо трахались, либо было пусто. Вдруг на первом экране возник Бранко Синицын, который засовывал что-то в плоской коробке под широкий матрас двуспальной кровати.
– А это что за тип? – спросил помощник.
– Это Бранко Синицын, – сказал Вадим.
– Вы его знаете?
– Прекрасно.
– Ну, тогда все в порядке. – Помощник переключился на новый экран, где трахались гомосексуалисты.
– Я вас прошу… – поморщился Вадим.
Попандопулос восстановил пожилую затраханную мексиканцами леди.
– Какие проблемы? – спросил он.
Вадим попросил на одну ночь пустую каюту без всяких объяснений. Попандопулосу объяснять было не нужно. Он очень хорошо знал, зачем люди берут пустые каюты.