Фидель Кастро

Макарычев Максим Александрович

Иностранные корреспонденты пытались узнать, к какой из трех групп в правительстве будет больше склоняться Фидель Кастро: к Че и Раулю, которые не скрывали своих коммунистических взглядов, к «умеренным» или к представителям правых партий националистического толка, испытывавшим антипатию к левым и социалистам. Правые и проамериканские газеты не раз намекали на то, что Че Ге–вара и Рауль Кастро являются в правительстве «главными проводниками коммунистического влияния», как бы противопоставляя их Фиделю, которого они еще не решались тронуть.

Фидель Кастро поступил так, как и положено народному лидеру. Он остался над схваткой, с головой погрузившись в сугубо управленческую и административную работу. Он не имел тогда ни личной квартиры, ни даже своего кабинета в правительстве и пользовался, когда это было необходимо, кабинетами своих соратников. Лишь

через три месяца после победы, в конце марта Фидель Кастро переселился в район Сьерра–де–Кохимар в Восточной Гаване, где одним из его первых гостей стал тот самый иностранный корреспондент Герберт Мэтьюз, открывший Кастро миру. Он писал в одном из своих репортажей с послереволюционной Кубы: «Дом в Кохимаре наполнен атмосферой счастья, дружбы, открытости. Фидель явно доволен тем, что бежал из роскошных апартаментов в „Гавана–Хилтон“. Для него роскошь лишена всякой привлекательности. Он скучает по Сьерра–Маэстра, по ее лесам, деревням, зелени, духу товарищества и опасности, – все там было так просто и это так далеко сегодня». Мэтьюз, как никто другой из американцев понявший натуру Фиделя, написал удивительно точные слова о нем в том же репортаже: «Те, кто относят Фиделя к какой–то категории, кто судит, восхваляет или осуждает его, выражают не более чем собственные страхи и надежды. Как все романтики, Фидель нарушает рамки всяких классификаций. Пока еще нет тех критериев, по которым можно было бы квалифицировать его» [262] .

262

Нуньес Хименес А. В походе с Фиделем. С. 57—58.

Легендарный разведчик и будущий советский посол на Кубе Александр Алексеев, прибывший в Гавану 1 октября 1959 года под «журналистской крышей», вспоминал: «Фидель всегда находился в движении. На автомашине, которую он нередко водил сам, на самолете или вертолете, а то и пешком, Фидель перемещался с одного места на другое и начинал беседы с народом. Внезапное появление Фиделя в том или ином населенном пункте никого не удивляло. Народ привык к его манере работы и ждал встреч с ним как большого праздника. <… > Думаю, что на Кубе нет ни одного населенного пункта, крупного предприятия или сельскохозяйственного кооператива, в котором бы не побывал Фидель. Было известно, что его рабочий день всегда кончался на рассвете» [263] .

263

Из личных записей А. И. Алексеева.

С народом Фидель разговаривал на простом, понятном рабочему и крестьянину языке, иногда для убедительности вставляя в свою речь цитаты из Библии. Без всякой вычурности объяснял, что новая власть хочет, чтобы у всех были еда, обувь, лекарства и не было «того ада, полного горя, боли и отчаяния, что раньше».

Вступив в должность премьера, Кастро начал создавать органы государственной власти. 7 февраля 1959 года Совет министров Кубы принял так называемый Основной закон, который на самом деле не являлся конституцией.

Одна из статей Закона гласила, что Куба делится на шесть провинций (областей): Пинар–дель–Рио, Гавану, Ма–тансас, Лас–Вильяс, Камагуэй, Ориенте. Эти провинции делятся в свою очередь на муниципии (районы). В общей сложности на Кубе стало 126 муниципий. Согласно Закону, судебная власть отныне должна была осуществляться Верховным судом республики, провинциальными, муниципальными и районными судами. Члены Верховного суда назначались президентом республики.

Закон определял структуру и функции временных государственных органов Республики Куба. По этому закону законодательным органом Кубы являлся Совет министров, а не конгресс, как это было раньше. Исполнительная власть отныне принадлежала президенту республики, который назначался Советом министров по представлению премьера. Становилось очевидным, что вся полнота и концентрация власти на Кубе находилась в ведении Совета министров, а конкретно премьер–министра, пост которого и занял Фидель Кастро. Это был первый шаг на пути обретения Фиделем контроля над исполнительной и законодательной властью в стране.

Анализируя состав и первые шаги нового кабинета министров, гаванская резидентура сообщала в Москву следующее: «Правительство Кубы является действительно народным, революционным, либеральным, национальным, антиимпериалистическим правительством.

Эта характеристика правительства является правильной со всех точек зрения, ибо, когда народ хотел свержения Батисты, нынешние члены кубинского правительства являлись самыми активными борцами против диктатуры Батисты. Поэтому народ выдвинул их как своих национальных героев, которые являются для него национальными героями и по настоящее время <…>

Главная характеристика правительства Кубы состоит в том, что его безраздельно поддерживает народ, причем все слои населения, начиная даже с многих богатых латифундистов, кончая рабочими и крестьянами Кубы, одни много, другие немного меньше в силу своего классового положения <…>

Но всех в настоящее время в поддержке кубинского правительства объединяет ненависть к режиму Батисты. Правительство Кастро является в настоящее время национальным правительством, реорганизованным на базе борьбы против империализма.

ОСНОВНАЯ (выделено по тексту. – М. М.) философия большинства членов нынешнего правительства Кубы – философия Хосе Марти, самая распространенная в настоящее время на Кубе философия, философия идеалистическая, но ярко выраженная, антиимпериалистическая <…> Основная слабость правительства Кубы и, в частности, самого Кастро состоит в том, что у него нет программы–максимум, ясной цели, какое общество они желают создать на Кубе. Нет своей законченной долгой программы. Поэтому правительству Кубы не сейчас, по мнению источника, но в недалеком будущем угрожает дезориентация, некоторые колебания, как вправо, так и влево, несознательно, но по указанным выше причинам <… > наш долг – помочь правительству Кастро и Кастро лично в этом отношении.

Правительство Кубы состоит из очень способных и умных людей. В основном все члены правительства «барбудос» – ветераны революционной борьбы против Батисты.

Фидель Кастро – 32 года, молодой, способный председатель правительства Кубы. По происхождению – сын крупного латифундиста. С юных лет, будучи студентом, боролся против коррупции в стране. «Барбудо». Ярый антиимпериалист и антиамериканец, католик, но не убежденный, а скорее верующий, скорее по привычке. Антикоммунист, но уважает коммунистов Кубы за тот вклад, который они сделали для разгрома Батисты. Основными отрицательными качествами Кастро, влияющими на его практическую деятельность, являются его богатое происхождение, отсутствие твердых идейных убеждений (философия), дилетант в теоретических вопросах. Большим положительным качеством Кастро является его смелость в решении вопросов, энергичность, то, что он не уходит от трудных вопросов и всегда решает их в антиимпериалистическом духе.

Эрнесто Че Гевара – молодой. Директор Национального банка Кубы. «Барбудо». Не коммунист, но симпатизирует, во многом разделяет коммунистические идеи. Будучи на посту директора банка, много сделал для укрепления финансового положения в стране. Очень болен – астма в сильной форме и туберкулез <…> необходимо оказать всемерную медицинскую помощь как ценному для кубинской революции человеку» [264] .

Кадровая политика Кастро была следующей: Фидель, который редко ошибался в людях, часто зная о неискренности сотрудников, никогда не кричал на проштрафившихся, не свирепствовал, избегал массовых чисток и увольнений представителей правых партий, всегда убирал неугодные ему элементы поодиночке и, как правило, под благовидным предлогом. Так он освободился от правых министров Фернандеса, Фрескета, Фаустино Переса, Ольтуски, министров Буча, Камачо, секретаря канцелярии премьера Миро Кардо–ны – Орта. Не доверяя чиновничьему аппарату бывших министерств, правительство Кастро начало создавать свои, совершенно новые для Кубы органы государственной власти, которые стали называться национальными институтами и советами. Всего было создано семь таких инстанций. Главную роль среди них стал играть Национальный институт по проведению аграрной реформы – ИНРА (Institute national de reforma agraria), президентом которого стал Фидель Кастро. Любопытно, что директором Института кинематографии Кубы стал Альфредо Гевара, давний друг Кастро еще с университетских времен, тот самый, с которым он ездил на студенческий конгресс в Колумбию в 1948 году, когда был убит популярный колумбийский политик Гаитан.

264

Из архива СВР России, Гавана—Центр.