Фея Лоан

Витич Райдо

– На наркоту они ее посадили, - тихо сказал Семен.
– Так что версия о секте не так уж неправдаподобна.

– Что?
– нахмурился Илья, развернулся к мужчине. Никак у него сойтись не могло: наркотики, чисто земной продукт и Фея - девушка-инопланетянка. Иван же головой покачал:

– Во, суки. Теперь ясно. Так взять не могли, решили этак. Слышал я о таких примочках, дружок у меня в ту степь уехал. Год на вытяжке из мухоморов сидел, по нижним мирам экскурсировал. Ур-роды!

– Угу, -

кивнул Семен.
– Я того же мнения.

– Погодь, Сема. С чего ты про наркотики решил?
– спросил Илья.

– Сам видел, как она порошок принимала. Ломки у нее были. Приняла - прошли. Порошок я отобрал. Травиться не дам. Месяц - другой, вылечится.

Степной волосами тряхнул одно с другим складывая, затылок в раздумьях почесал.

– Можешь мне дать?

Колмогорцев нахмурился: тебе-то зачем?

– Не верится мне что-то.

– Покажу при случае. Пока спрятал, чтобы она не нашла. Идти далеко.

– Только не забудь Сема.

– Не забуду. Вы не болтайте только.

– За кого держишь?
– скривился Иван, и в дом пошел.

– Сем, а если это не наркотик?

– А что, по-твоему? Сахарная пудра? Похож этот зайчик на снегоходе на Дедушку Мороза?

– Нет. Но мы много не знаем. Языковой барьер, и сдается, разные традиции, как следствие, мышление. Нам злом кажется, для нее, может, добро, и наоборот.

– Уже жалеешь, что умникам не стукнул?

– Пока нет, но сомнения есть.

– А ты не сомневайся, Илья. Фею они только через мой труп получат.

Степной внимательно посмотрел на Колмогорцева:

– Я спрашивал у нее про тебя, и показалось мне, ей Виктор больше нравится.

– А жить со мной станет, - безапелляционно заявил Семен.

– Ты бы у нее для начала спросил, - с нотой укора посоветовал мужчина.

– Спрошу.

Развернулся и в дом пошел.

Илья вздохнул: ясно как спросит - стеной вырастит и шагу сделать без себя не даст. Прикипел Семен к девушке, сразу видно, до самой души спекся.

А вот знал бы кто она - как отреагировал?

Или знает уже?

Отъехав на пару километров, Арвидейф остановил снегоходы, и снял очки. Оглядел товарищей и спросил:

– Что скажите?

– Я им не верю, - бросил Лангрейф.

– Не знаю. Вполне может быть, они говорят правду. Признаков присутствия сейти я не заметил, ауры лжи тоже. Не договоры есть. Но они вполне объяснимы: среди зимы сюда не добраться ни на вертолете, ни на снегоходе. И вдруг появляются три типа.

– Н-да, - согласился агнолик.
– И все же стоит присмотреть за этой заимкой.

Мужчины дружно кивнули.

Глава 26

Фея

уже надела рубашку и пританцовывая, кружила по комнате, прикидывая как ее лучше обустроить. Теперь это ее забота уют мужу создать. И приятно так сознавать, что она теперь на что-то сгодится, собственное, а не отцом подаренное создаст. И пусть она теперь тоже монторро, зато у нее есть Семен, а скоро еще и сын будет. Или дочь. Какая разница?

Семен застал Эйфию за осмотром содержимого тумбочки.

– Сейкап ищешь?

– Сейкап, - закивала, уверенная раз сам заговорил - отдаст, и удивилась, увидев как он отрицательно головой покачал:

– Нет. Не нужен он тебе.

– Семен, он моя возможность выжить. Ты сам не хочешь, чтобы я брала жизненную энергию у твоих братьев, - подошла к нему.
– У тебя я взять не могу. Мне не хочется потерять тебя. Это ужасное преступление до смерти обессилить собственного мужа, отца ребенка.

Мужчина внимательно смотрел на нее, и не выдержал, обнял, подтянув к себе, накрыл ладонью волосы:

– У тебя голос как… не знаю. Слушаешь и душа замирает, - прошептал, млея от ее близости, доверчивого наивного взгляда.
– Удержу ли я тебя?

– Тебя что-то беспокоит?– заволновалась Эя, уловив в голосе мужа нотки печали.

– Надо бы нам с тобой как-то научиться друг друга понимать, - погладил ее по щеке, и девушка робко улыбнулась, вызвав ответную улыбку.
– Фея. Ты и, правда, фея.

В дверь протиснулся Петя с кружкой на перевес. Семен вздохнул: проходной двор.

– Я Фее тут орехов-то наколол, - заявил парень, протягивая посудину Эйфии.

– Спасибо, - мужчина передал девушке кружку и вытолкал парня в коридор.
– Если нетрудно, как ужин будет готов, стукни. Умеешь? Потренируйся. Иди Петя, - и хлопнул дверью. Подумал и подпер ее табуретом.

Фея тем временем с любопытством рассматривала и обнюхивала маленькие зернышки с изумительным запахом, трогая их пальчиком, потряхивая в кружке.

– Глупенькая, это орехи. Их едят. Ам-ам, - показал, взяв один орешек.

– Это кушают? Точно?– удивилась.

– Хаимон, - заверил, повторив за ней. Эя засмеялась:

– К-ха йэмоунс.

– Йэмоунс - ам-ам. Еще бы знать на каком мы языке изъясняемся.

Девушка взяла щепотку орехов и попыталась сунуть в рот Семену.

– Нет, сама кушай.

– Ку-усшай, - повторила и заулыбалась довольная. Забралась на постель, поджав под себя ноги, похлопала рядом, приглашая мужчину.
– Кусшай тий, йиа.