Ферн

Гринвуд Лей Б.

– Давай только не поедем через центр города, – выдавила она, скрипя зубами от боли. Я не хочу, чтобы меня приняли за циркового клоуна.

– Но ведь другого пути нет, а я не волшебник с летающим ковром в руках.

– Ты, кажется, взрослый человек, а болтаешь, как мальчишка.

– Наверное, мои профессора в Гарварде зря ставили мне отличные отметки.

– Я не имею в виду, что ты глупый, – сказала она, – просто ты говоришь глупости. Я знаю, что ты делаешь это специально, чтобы меня позлить. – Она сделала паузу. – Наверное,

не стоит винить тебя за это. Я и сама тебе ничего приятного не сказала.

Мэдисон удивленно посмотрел на нее снизу вверх.

– Хотя на самом деле ты самый жалкий, низкий и гнилой тип из всех, каких я когда-либо встречала.

Мэдисон проглотил пилюлю.

– Будучи таким исключительно ничтожным представителем человечества, я, конечно же, недостоин тебя.

– Вот ты опять начинаешь, – сказала она, – всегда…

Но она так и не закончила фразу. Две собаки вдруг выскочили на улицу и кинулись прямо под копыта Бастера. Конь резко согнул ноги и Ферн не удержалась бы в седле и упала на землю, если бы Мэдисон не поймал ее. То, как она вскрикнула от боли, теряя сознание, заставило Мэдисона забыть всю злость к ней.

Не обращая внимания на любопытные взгляды прохожих, Мэдисон понес Ферн к дому, который снимал Джордж. Дворик был обнесен забором.

Два маленьких мальчика играли на крыльце.

– Как тебя зовут? – спросил Мэдисон старшего мальчика.

– Эд Эббот, – ответил тот слегка испуганно.

– Открой калитку, Эд. Потом сбегай и позови маму. Видишь, леди заболела.

– Мама ушла, – сказал мальчик. – Она сказала, чтобы я был на крыльце и не разговаривал с незнакомыми людьми.

– Тогда позови миссис Рэндолф, – сказал Мэдисон.

– Она спит.

– Разбуди ее.

– Мама сказала не будить ее.

Мэдисону захотелось задушить мальчишку.

– Открой калитку, – крикнул он злобно.

– Нет.

Мэдисону казалось, что весь штат Канзас в заговоре против него. Гораздо легче было вращаться в коварных сферах высшего общества Новой Англии, чем освоиться в этом паршивом городишке. Он перегнулся через забор и дотянулся до засова. Открыл калитку ногой и вошел во двор.

– Миз Рэндолф! Миз Рэндолф! – закричал Эд. Младший мальчонка просто стоял и молчал, вертя в руках игрушечную деревянную тележку. Роза вышла из дома, когда Мэдисон уже взбирался на крыльцо.

– Что случилось? – спросила она. – Почему Эд кричит?

– Ферн Спраул упала с лошади и сильно ушиблась, – объяснил Мэдисон, не обращая внимания на визг Эда. – Она очень страдает от боли.

– Ее нужно показать врачу.

– Я и хотел это сделать, но она не хочет показываться докторам. А дома я ее оставить не могу, потому что ее отец еще не вернулся.

Роза внимательно посмотрела на Ферн.

– Не нравится мне этот синяк. Внеси-ка ее в дом.

– Возможно, у нее переломаны ребра.

Роза провела их в дом, а потом в небольшую спальню, где почти не было мебели.

– Она

что, после того как упала, так и не приходила в сознание?

Мэдисон не смог сдержать улыбки.

– Еще несколько минут назад она была в таком сознании, что обругала меня, как последнего идиота. Собаки испугали ее коня. Она потеряла сознание и упала.

Роза испуганно посмотрела на него.

– Я поймал ее, – добавил Мэдисон.

– Если у нее кости сломаны, я все равно позову доктора, хочет она этого или нет, – сказала Роза, глядя на Мэдисона. – Ну, что ты ждешь? Раздевай ее. В моем положении мне это не под силу.

Мэдисон почувствовал, что весь горит. Он не мог раздевать Ферн в присутствии Розы. Он не знал, что сделал бы Джордж, но сам он не смог бы скрыть свою похоть.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

– Она убьет меня, если узнает.

– А я не скажу ей.

Она все равно узнает. Женщины всегда узнают то, что им не положено знать. По крайней мере, он может снять с нее сапоги. За это она не должна его продырявить. Он снял с нее сапоги и поставил их в угол. Но на Ферн все еще оставалась масса всякой одежды.

– Давай, – сказала Роза, поощряя его к дальнейшим действиям. – Я могу помочь немного, но мне нельзя сгибаться, иначе я упаду.

Если Роза упадет, Джордж убьет его. Если Ферн узнает, что он раздевал ее, она убьет его. Кажется, ему осталось жить совсем недолго. Но выхода не было. Надо было раздевать ее.

Как только он нагнулся и начал расстегивать рубашку, он почувствовал, как все его тело напряглось от возбуждения. (Это абсурд: так возбуждаться при одном прикосновении к ней. Ты просто снимаешь с нее рубашку. Ты не будешь трогать ее грудь.)

Испытывая сильное желание выскочить из дома и купить билет на ближайший поезд, который увез бы его подальше от этого Абилина, Мэдисон быстро расстегнул рубашку Ферн. Склонясь к ее телу и стараясь изо всех сил не смотреть на холмы грудей Ферн, он слегка приподнял ее, пытаясь высвободить ее руки из рукавов рубашки.

Но рубашка не снималась.

– Ее руки застряли в рукавах, – сказала Роза. – Держи ее, а я расстегну манжеты.

Мэдисон начал терять самообладание. Его лицо практически касалось груди Ферн. Он опустил ее на кровать.

– Я приподниму ее после того, как ты расстегнешь манжеты, – сказал он, делая глубокий вздох, чтобы снять напряжение и немного успокоиться.

– Ты ведешь себя так, будто никогда в жизни не касался женщин, – сказала Роза с легкой улыбкой на губах.

Мэдисон не ответил. Чтобы не сказать нечто, о чем он потом пожалеет. Но тело его не молчало. Он изо всех сил подавлял в себе дикое чувственное желание, в то время как Роза делала свое дело.

Как только Роза расстегнула второй манжет, рубашка Ферн легко снялась. Теперь нужно было снимать с нее штаны. Он вздохнул почти обреченно.