Феодал. Том 5
Шрифт:
— Мне надо подумать.
— Да что тут думать? Таленбург без стены падёт, да и со стеной тоже, — добавил чуть позже Склодский.
Была в его словах горькая правда: армия графа, его умелые маги камня на камне от нас не оставят. Просто продержимся на пару дней дольше. Нет, тут самая выигрышная политика: не допустить сражения на нашей территории, перенести конфликт куда-то ещё, а самим развиваться и укрепляться дальше — выстраивать неприступную цитадель.
— Его Сиятельство не посмеет напасть в ближайшие месяцы.
— Хорошо, мы же
— Я услышал тебя, но с болезнью повременим.
Нет никаких гарантий, что искусные маги-расследователи останутся в пролёте. Леонид был высокого мнения о своих способностях, но даже они могут дать сбой или незначительную зацепку, через которую выйдут сначала на него, а потом и на меня. Если существует однопроцентный шанс попасться государственным «бульдогам» сыска, следует его избегать. Поэтому я не хотел проворачивать подобные интриги руками ценного подчинённого.
— Что там по Бенечке? Ты смог узнать, кто это?
— Ты оказался прав, кажется, мы нечаянно стали сторонними зрителями чужой шпионской игры, — Склодский довольно ухмыльнулся, поворачиваясь ко мне. — Воевода графа Григорий Кириллович Сотенский — подставное лицо герцога Боспорского, настоящее имя Бенедикт Андреевич Воронцов, тридцать семь лет, не женат. Зарекомендовал себя как отличный офицер на службе у наших соседей, перебрался в охрану герцога, считался подающим большие надежды, но погиб в результате загадочного покушения на своего хозяина.
— Вот как? Если он был достаточно известен, то как его не узнали в графстве?
— Думаю, тут не обошлось без смены внешности. Бенедикт всплыл через три года после «смерти» и с поддельными документами устроился к графу на службу в гридни. За четыре года перешёл в первый состав, ещё через два стал младшим офицером, потом через год, после смерти воеводы, продвинулся на самый верх. Говорят, дерзок, исполнителен, жесток.
— Прошлому воеводе, я так понял, он «помог» уйти на пенсию?
— «Несчастный случай» в Межмирье — обычное дело, — пожал плечами Склодский.
— Интересно.
Герцог Боспорский считался мирным правителем и против нашего Черноморского в открытую не враждовал. Более того, ходили слухи о династическом браке двух семей. Пока что наследники были слишком малы, но лет через пять мы можем застать удивительную ситуацию — союз, угрожающий власти нашего великого князя Таврического. Если оба герцога реально объединяться, то им нечего будет делить — других конкурентов нет, только армия сюзерена.
— Назначь с ним встречу.
Спустя три дня, колония «Оранжевый-5», таверна «Три сапога».
— Ты хотел меня видеть? — спросил мужчина с холодным жёстким взглядом, присаживаясь за мой столик как к старому знакомому.
На
— Рад тебя видеть, Бенедикт.
— Я не знаю о ком ты. Меня зовут…
— Тебя зовут Бенедикт, не утруждай себя враньём, я всё про тебя знаю, — перебил я его, отделяя рыбную косточку от таранки и предлагая ему вторую деревянную кружку пенного, что стояла рядом с ним. — Угощайся, не бойся, оно не отравлено.
Воевода пригубил для вида напиток, чтобы выиграть себе время на подумать. Удовлетворeнно чмокнув, он перешёл к сути встречи.
— Хорошо, что ты от меня хочешь?
Мы оба понимали расклад. Назревала грандиозная смена власти, но Великий князь не собирался сидеть сложа руки. В его интересах расстроить помолвку вассалов, в идеале ещё и стравить их.
Бенедикт — засланный казачок и явно метил выше графского подчинённого, об этом говорили его высокие амбиции. Семьдесят семь. Один раз он уже прошёл этот путь до палат герцога и потому знал, какие сигналы следует подавать, чтобы тебя заметили. Его цель — подобраться как можно ближе к Черноморскому герцогу и ждать команды хозяина. Остроградский — это промежуточный этап его многолетней миссии. Воевода вёл свою тонкую игру и оступился.
— Тебе обещали дворянство? — предположил я.
— Что ты от меня хочешь? — Бенедикт повторил вопрос, добавив в него нотку угрозы.
— В точку, хмм. Значит, ты не мастак трепаться почeм зря, похвально, — я отложил в сторону сушeную рыбу, вытер рот грязно-жeлтым платком и бросил его на столешницу. — Ваши интрижки меня не волнуют, но сам понимаешь — грех упускать такую возможность.
— Понимаю.
— Твой граф в последнее время смотрит на мой феод с нездоровым интересом. Я хочу, чтобы ты отвлёк его. Неприятности мне не нужны: делите себе власть как хотите, а меня не трогайте. У меня будут три просьбы — выполнишь их и мы в расчeте.
— А потом ещё три? — иронично процедил Бенедикт.
— Я предлагаю временный союз, а не шантаж. Свои бенефиты ты тоже получишь — я ж не дурак ссорится с будущим князем.
— Союз? — с сомнением уточнил воевода, явно ожидавших услышать другое. — А может, ты сам метишь на место графа?
— Умоляю тебя, я всего лишь маленький никому не нужный барон, без году неделя как им стал. Не хочется потерять всё разом — вот и кручусь, — соврал я, но не во всём.
Мои владения, действительно, были в два раза меньше, чем у других баронов. Всё из-за делёжки феода с отцом, так что формально да — маленький.