Феодал. Том 2
Шрифт:
— Магия — это мощь, может, мне две перчаточки, ммм? — воодушевился следопыт.
— Нет.
— Что вот так прям сразу?
— Вот так прям сразу.
— Как скажешь…
Не хватало, чтобы он ещe грохнулся в обморок от истощения посреди битвы. Когда дверь за Потапом закрылась, перед глазами всплыли золотые буквы.
Параметр лидерство +1, повысился до (27/100)
Опа, ещё один кирпичик в строительство моей империи. Потихоньку подтягиваю лидерство. Надо признать, получается оно тяжело
Именно из-за этого показателя я побаивался агрессивно расширяться. Слишком уж слабый он и пока бастард Владимир Черноярский не снискал себе иной славы, кроме как предприимчивого везунчика.
Серьёзные витязи не пойдут за восемнадцатилетним вожаком, тем более безродным. Титул должен прибавить солидности, но репутация всё равно остаётся на первом месте. Я не хочу, чтобы собранное войско в панике разбежалось либо предало меня.
Люди должны видеть во мне силу, а не заигравшегося в военачальники байстрюка. Дружина куётся не быстро, но как же иногда хочется раз-два, щёлкнуть пальцами и тридцать штыков собрать под свой штандарт.
Другая проблема — их негде содержать. Не всем же в храме жить? Нужна собственная территория с казармой и домиками для офицеров. И опять мы плавно вернулись к феоду.
Я включил дар, чтобы оценить свои параметры. Недавно внёс сам себя в картотеку, и теперь удобно — не надо бегать искать зеркало или воду, чтобы взглянуть на собственное отражение. Всё перед глазами.
Амбиции (100/100)
Отвага (85/100)
Интеллект (60/100)
Лидерство (27/100)
Харизма (16/100)
Дипломатия (16/100)
Преданность -//-
Мечник ©
Фермер (E)
Скрытые таланты — «Диктатура Параметров» (способность читать потенциал людей)
Недостатки надо срочно закрыть нужными помощниками. Судя по вопросительным знакам, что я иногда встречаю в «карточках» людей, параметров гораздо больше, и я не все ещё научился видеть.
Сегодня это можно частично исправить. Мы вернулись в храм под вечер, ещё было время пополнить мою коллекцию «слепков». Я не собирался запираться от мира, нужно иногда выходить в свет.
Приведя себя в порядок и надев перчатку-линзу, я свистнул извозчика и при полном параде укатил в «Империаль» — самый дорогой ресторан города. Именно там собирались сливки ростовского общества, и можно было встретить много знакомых лиц.
— Простите, но у нас всe занято, — нарочито растягивая слова, заявил метрдотель.
Мужчина своими пышными бакенбардами мог с лeгкостью вогнать льва в депрессию.
— А вы внимательней поищите, — попросил я, всовывая ему пять сотен поверх реестра бронирований,
— Мы во всём разберёмся, сюда, пожалуйста. Оружие тут положите, швейцар присмотрит за ним.
Не думал, что легко расстанусь с такой суммой, но свой престиж надо было поддерживать — я не мог развернуться у всех на виду, только потому, что какой-то слуга указал мне на дверь.
Принесли дополнительный столик, скатерть, стул и под неодобрительные взгляды гостей быстро всe организовали. На нeм появились столовые приборы и меню. Не успел я усесться поудобней, как услышал сбоку на французском.
— Qui est ce plouc?
— Je ne sais pas, une sorte de nouveau riche idiot.
— Je me demande comment il va lire le menu?*
* — Кто этот деревенщина?
— Не знаю, какой-то быстро разбогатевший дурак.
— Интересно, как он будет читать меню? (пер. с фр.)
Дама с жабоватым мужчиной гаденько улыбнулись. Я раскрыл меню, что было полностью на французском, и наугад как можно быстрее выбрал три блюда.
— Garcon, pour commencer, je prendrai le consomme de volaille, ensuite le filet mignon au poivre vert, et pour finir, une tarte Tatin. Et apportez-moi la carte des vins, s’il vous plait*, — с каждым словом лица моих соседей теряли дурашливый тон, понимая, что допустили маху.
*— Официант, для начала я возьму консоме из птицы, затем филе-миньон с зелёным перцем, и на десерт — Тарт Татен. И принесите мне, пожалуйста, винную карту.
В ожидании заказа я улыбнулся и кивнул этим сплетникам. Картотека пополнилась новыми «слепками». Ничего серьёзного, они даже не из благородных, а столько гонору. Удобно, когда можешь видеть инициалы. Я знал всех своих будущих соперников поимённо — спасибо Бархатной книге.
Моя подготовка в глуши состояла не только в изучении языков и в махании мечом. Я зубрил родословные: у кого, сколько детей, побочных линий, дальних родственников, как они переплетены между собой и многое другое. А пробелы в военных сведениях, в экономических и политических связях этих семейств восполнял мой учитель Аластор, светлая ему память.
Правда, как ни крути, а многим вещам приходится учиться самому. У нас в деревне не было возможности практиковаться в столовом этикете, и я чувствовал себя слоном в посудной лавке, когда взял не ту ложку. Одно дело в кабаке ковырять ножом и вилкой в курятине, а тут высокая кухня…
Я поймал на себе шутливый взгляд прелестной девушки, её явно смешила моя неловкость. Из озорства подмигнул ей, она тут же покраснела и уткнулась в тарелку. На меня обернулся её папенька-барон. Я встал из-за стола, вытерев руки салфеткой, и подошёл к ним. Забавно было наблюдать девичью панику, но она интересовала меня в меньшей степени, чем её отец.