Фенимор Купер
Шрифт:
Осада повстанцами Бостона, в котором укрылись отступившие английские войска, и борьба за его освобождение и составили сюжет нового романа Купера, который он назвал «Лайонел Линкольн, или Осада Бостона. Из цикла легенд о тринадцати республиках». Работая над романом, Купер серьезно изучил доступные ему исторические материалы, описания сражений при Лексингтоне и Банкер-Хилле, воспоминания очевидцев, газеты, журналы и альманахи того периода. Он специально съездил в Бостон и посетил места описываемых им событий. Он интересовался всем – расположением войск противоборствующих сторон и обстановкой в захваченном англичанами
Главным героем романа писатель избрал коренного американца, служившего в чине майора в английской королевской армии. Звали его Лайонел Линкольн. История его любви к молодой бостонской жительнице Сесилии Дайнвор и составляет сюжетную канву романа. Но роман в соответствии с литературными канонами своего времени насыщен странными и таинственными событиями, внутренними предчувствиями и побуждениями главных героев. Литературоведы отмечали, что в этом смысле роман сродни готическим романам Натаниела Готорна (1804–1864), которым присуще изображение сверхъестественного и страшного. Носителями этого сверхъестественного и таинственного в романе являются Джэб Прей – полоумный молодой человек, которого связывают какие-то таинственные узы с майором Линкольном, также полоумный старик Ральф и мать Джэба Эбигейл.
Роман написан с присущим Куперу умением заинтересовать читателя, дает полнокровную картину жизни Бостона и его окрестностей в эти тяжелые времена. Американские историки считают, что описание сражения у Банкер-Хилл – одна из лучших и наиболее достоверных батальных сцен во всей американской литературе. Первый отклик на роман появился в мартовском номере за 1825 год бостонской «Юнайтед стейтс литерар гэзетт». Рецензент подчеркивал историческую достоверность описаний военных сражений и в то же время резко критиковал «придуманную автором» жизненную историю Лайонела Линкольна. «Вкус нынешних читателей романов, – писал рецензент, – требует чего-то совершенно отличного от деликатных душевных страданий и различных запутанных житейских историй с их потайными дверями и ходами-ловушками – историй, которые, завораживали умы и потрясали души более романтических поколений».
Рецензент другого журнала – «Нью-Йорк ревью энд Атениум» также отмечал историческую достоверность романа. Писатель «начинил свое повествование стойким духом тех времен, когда каждый гражданин был солдатом, а каждый солдат – патриотом. В описаниях схватки у Лексингтона, отступления от Конкорда, битвы у Банкер-Хилла он перенес нас в те времена и на те места, которые он описывает. И сделано это с той редкостной удачей… которая одновременно является свидетельством триумфа и испытанием истинного таланта…».
Но, несмотря на эти в общем-то положительные отклики литературных критиков, читательского успеха роман не имел. Объяснение этому заключается прежде всего в фигуре главного героя романа. Патриотически настроенные американцы ожидали от своего крупнейшего романиста произведения, соответствующего духу эпохи, их настроениям, показывающего героизм колонистов в войне за независимость. Героем же нового романа Купера был блестящий, благородный офицер армии противника, сочувствующий борьбе колонистов, но и только. Как отмечала дочь писателя, «Мы закрываем книгу с чувством, что познакомились с приятным, воспитанным, благородным и честным офицером-гренадером, и ничего
Возникает вопрос: почему же писатель остановил свой выбор именно на таком герое, как Лайонел Линкольн? Думается, что тому причиной внутренние разногласия в семье писателя, длинные споры его с тестем – сторонником англичан, с другими родственниками жены. Купер невольно отразил существо этих семейных споров в своем творчестве, пытаясь как-то примирить враждующие стороны. Именно поэтому его герой – коренной американец – служит в английской армии, являясь как бы связующим звеном между двумя враждующими сторонами.
Летом 1825 года Купер вместе с несколькими приезжими англичанами отправился в путешествие вверх по реке Гудзон с целью осмотреть озеро Джорджа. Пароход медленно плыл по реке. Пассажиры любовались открывавшимися видами, на остановках сходили на берег, внимательно осматривали поля и дома, цветы и деревья, сравнивали все с родными местами. Им казалось, что в Англии и деревья в парках намного крупнее, чем их сородичи в американских лесах, и цветы красивее, и дома лучше. Купер с интересом вслушивался в эти оценки, удивляясь высокомерию и чувству превосходства, с которыми изрекались подобные суждения.
После остановки в Олбани, где путешественники были встречены со всем провинциальным радушием и гостеприимством, они отправились далее на север. Большое впечатление на всех произвел водопад Гленн с его мрачными, устрашающими скалами, причудливым падением воды, скрытыми под водопадом пещерами. Один из англичан заметил Куперу, что это место отлично подходит для какой-нибудь романтической истории. Купер тут же ответил, что он напишет роман, действие которого будет происходить в этих краях и эти таинственные пещеры сыграют важную роль. На следующий день Купер снова внимательно осмотрел и пещеры, и подступающий к реке лес, и водопад, и стремительное течение реки. Он действительно задумал новый роман.
Теперь, когда место действия будущего романа было выбрано, встал вопрос о его главных героях. Конечно, это должны быть типичные американцы. В его четырех романах (не считая «Предосторожности») были представлены разные герои. В «Шпионе» – это простолюдин Гарви Бёрч, выходец из самой гущи американского народа, который «ничем не отличался от местных простолюдинов, разве только своей сообразительностью, а также тем, что его действия были всегда окутаны какой-то тайной». Его история была рассказана писателем, к ней ничего уже нельзя добавить.
В центре романа «Пионеры» – судья Мармадьюк Темпл, его дочь Элизабет и влюбленный в нее пришелец Оливер Эдвардс. Их романтическая история завершилась браком всего лишь тридцать лет тому назад. Описывать их семейную жизнь Купер пока не собирался. Правда, в романе действовали еще и друзья Эдвардса – старый охотник по прозвищу Кожаный Чулок и индеец Джон, или, как он сам называл себя, Чингачгук, что в переводе с языка делаверов означало Великий Змей. В поселке у истоков Сасквеханны Кожаный Чулок и Чингачгук – старые люди, но ведь были же они молодыми, и, судя по их характерам, им немало пришлось вынести на своем веку. Они естественно вписывались в облюбованную для романа местность, их-то писатель и сделает главными действующими лицами своей новой книги.