Феникс
Шрифт:
— Угрожаешь?
— Предостерегаю. Хозяин не оставляет подобное безнаказанным.
— Плевать. Не хочу и не буду, никто не заставит. Тебе нравится возиться в дерьме — возись, но не тащи за собой других.
Вошёл Леший с подносом, заставленным бокалами коктейля. Сегодня он был подтянут и элегантен, как официант ресторана. Гали взял бокал, помешал соломинкой молочную жидкость и отставил на подоконник.
— Друзья, — на середину гостиной вышел Батист. — Знаете ли, по какому случаю я пригласил вас? Сегодня ровно десять лет моему дому. Поскольку у
Дама в парике оторвалась от фолианта и с почтением уставилась на Батиста.
— Этот дом с библиотекой, бассейном, игровой был не построен, а сотворён мною благодаря усилиям собственного ума и вот этих рук, поэтому я так горжусь им.
Светлана с весёлым недоумением обернулась к Пашке и Гали:
— Откуда он?
— Тише. — Пашка вытянул шею к Батисту, стараясь не пропустить ни единого слова. А тот разошёлся. Его голая макушка порозовела, лоб с зализанными волосинами вспотел.
— Так вот, хочу признаться, — продолжал Батист, пританцовывая белыми лаковыми туфлями, — что строил своё благополучие сам, без протекций и советов.
— И даже без божьей помощи? — усмехнулась дама в парике.
— Без. Однако с участием верных друзей. Как говорится, не имей сто рублей… Потому и собрал вас. Мне нравится, когда в моем доме звучат молодые голоса, я всегда мечтал о том, чтобы здесь встречались юные, ласкали собою мои стареющие глаза. — Он картинно поклонился сидящей на диване молодёжи. Леший раздал присутствующим коньяк, конфеты, яблоки.
«Какой сумбурный сегодня день, — подумал Гали. — Ночная Раиса. Встреча с Айкой. Светлана. Теперь этот дом. И постоянное, странное ощущение, что Айка рядом. Голова идёт кругом».
Громче заиграл рваными синкопами магнитофон. Итальянки вскочили и стали изгибаться, роботообразно корчиться в брэйке. Пашка, закурив, вышел. К Светлане подсел индус.
— Давно знаете хозяина? — поинтересовалась она, и Гали уловил в её интонации неприязнь к Батисту.
— Нэ компренос, — ответил индус, и Светлана, к досаде Гали, перешла на эсперанто.
Вероятно, их разговор вскоре свернул на йогу, потому что индус, улыбаясь, лёг спиной на ковёр и, что-то объясняя, выгнулся в сложной позе, при которой голова оказалась почти под бёдрами. Светлана зааплодировала.
— Идёмте танцевать, — прервал Гали её восторг. Она охотно согласилась. Звучало танго, его любимый танец. Он обнял девушку и медленно повёл.
— Этот индус оказался здесь так же случайно, как и я, — сказала она. — Славный парень. Из Бенгалии. Его привели сюда итальянки. А у них, по-моему, какие-то дела с хозяином. Интересно какие?!
— Фирма веники не вяжет.
— Вы в курсе? — насторожилась она. — Что-то не нравится мне этот дом.
— Давайте сбежим.
— А Паша?
— Не уйдёт он сейчас. Да вы не беспокойтесь за него.
— Эта мадам, похоже, главная покровительница хозяина. Я слыхала, как они обсуждали па английском сбыт какой-то форты.
— Вы и английский знаете?
— Немного.
— От неё не только балдеешь, но и становишься агрессивным.
— Не совсем понятно.
— На какое-то время наступает необычный прилив сил, человек не знает, куда их девать, и творит зло.
— Что за глупости? — Светлана даже остановилась. — Как это не знает? Гали, милый, вот бы попробовать, а? — В глазах её запрыгали бесики. — Я очень любопытная. Мне ужасно хочется ощутить себя силачкой!
— Хотите стать фортиусом? — усмехнулся он.
— А кто это? Гали, пожалуйста… Впрочем, могу и сама попросить у хозяина.
— Нет, лучше я дам, — испугался Гали.
Он поднял с полу рюкзак, отвернулся к окну, стараясь не привлекать к себе внимание, незаметно достал тюбик форты. Пусть убедится эта наивнячка в его правоте. Взял с подоконника бокал коктейля и, кивнув Светлане, вышел. Девушка выскользнула за ним. Проходя мимо библиотеки, они услышали истеричный возглас Пашки: «Сами разговаривайте с этим чучмеком!» Гали схватил Светлану за руку и быстро вывел на крыльцо. Из конуры вылез Краб, зарычал, но, узнав девушку, смирно лёг и забил хвостом.
Уже стемнело. Они вышли за калитку. Остановившись у фонаря, Гали выдавил полтюбика в бокал.
— Только потом на себя пеняйте, — глухо сказал он. — А чтобы вы ненароком не укокошили меня, я тоже выпью эту гадость.
— До завтра пройдёт?
— К счастью, да.
— Вот и хорошо, а то мне надо встретиться с одним товарищем. В десять тридцать утра. Мы с ним три года переписывались и ни разу не виделись. Нет, правда, к утру пройдёт?
— Боитесь — не пейте.
— Выпью. Уж очень любопытно. — Она опустошила половину бокала. Гали выпил остаток и выбросил бокал в кусты.
Доза была небольшой, где-то на час действия, и он не волновался, надеясь, что сможет этот час проконтролировать и себя, и Светлану.
— Как скоро начнётся?
— Минут через пять. А пока идёмте, тут неподалёку живёт старик, мне надо забрать у него коня.
— До чего интересно! — воскликнула Светлана, зачем-то снимая босоножки. — И мы поскачем на коне?
— Собирался завтра покатать одну девушку.
— Айку? Паша рассказывал о ней. И знаете, я вас за это уважаю. Но я тоже хочу на коне! — капризно сказала она. — Надеюсь, вы не бросите меня в этой темноте? Учтите, в квартире, где я остановилась, меня ждут, и если не приду ночевать, там будет переполох.
— Кто вас ждёт? — Гали еле сдерживал нарастающее против попутчицы раздражение.
— Луиза. Она приехала из Дрездена. Будет работать со мной в «Амикецо». Ваша Айка случайно не там?
— Случайно там.
— Да что вы!
— И все-то у вас на восклицательных знаках, — прорвало его. — Сплошной восторг. А восторгаться нечем.
— Ой, кажется, началось, — пискнула она. — Мне ужасно хочется схватить вас в охапку и куда-нибудь зашвырнуть. Что это за цветы так душно пахнут?
— Лаванда. С Южного Берега кто-то пересадил.