Фемоген 2

Ферриус Понс

— Поняла.

Изуми сделала ещё шаг назад.

— Надо не попасть на камеры? — она неожиданно родила идею.

— Тут всё просматривается…

— А если…

В глазах уроженки Японии чуть ли не черти с нимфами на столах придавались оргии. Ей сейчас было нисколько не стыдно попасть на записи камеры. Наоборот, её это заводило. Взор её блестел не хуже, чем у фемины, что говорило об изрядном количестве будоражащих веществ в крови, скорее всего адреналина, эндорфина и дофамина. Соотношение последних двух не возьмусь предугадать, потому что выглядела девушка уже очень взбудораженной.

— Отложим, — заявил

безапелляционно, — не стоит слишком увлекаться. Успокойся и пойдём на обед. Вечером я планировал тренировку, после неё нужно будет отдохнуть. Завтра можем что-нибудь запланировать на вечер.

— Хо… хорошо, — выдохнула помощница, переходя от стадии возбуждения к стрессу из-за несбывшихся ожиданий.

Ничего, она молодая, справится.

Через двадцать минут мы уже были на обеде. Изуми притихла. Так часто бывает у людей, переживших эмоциональный подъём, который закончился без ожидаемого результата. Пробовал немного пошутить, но не увидел должного отклика. Значит, отойдёт сама. К тому же стоит охладить наши отношения, иначе я рискую быстро потерять хорошего ассистента. Именно это меня и останавливало от сближения, пока не захватило встречным напором.

Предоставив помощницу самой себе, стал решать вопрос тренировки.

Тамара, привет. Вернулся с конференции. Рассчитываю на помощь в вечерней тренировке.

Извини, Галактион, не смогу тебе сегодня помочь.

Жаль. Может, завтра?

Боюсь, не смогу в должной мере тебя подготовить. Поищи кого-нибудь другого.

Понял. В любом случае, спасибо за помощь.

Тамара явно поменяла отношение ко мне. Я ведь ни разу ей даже не написал за эти дни. Конечно, для меня это тоже показатель. Если забыл про женщину — значит, не столь она для тебя важна. А ещё Янка намекала, что окончание моего выступления, где заявил о своей влюбленности, произвело эффект. С Гуревич моя дочь общалась достаточно близко, чтобы знать о реакции на окончание моего выступления. Что ж, не красиво, зато без разрушенных надежд. Обидно только, что я на настоящую влюблённость не ссылался, а просто подобрал хороший аргумент.

Посмотрел на слегка подавленную Изуми и понял, что грустить о произошедшем у меня никак не получится.

Обед вышел неожиданно тихим, как и вся вторая половина дня. Моя юная коллега могла, наконец, заняться полноценно научной деятельностью, но что-то у неё поубавилось прыти. Такое бывает, после активности организм требует спокойствия. Ожидал подобного для себя, но пока никаких заметных последствий после выходных не ощущал.

Мне хотелось работать, было время, никто не отвлекал, но кроме планов — строить больше ничего не получалось. Не хватало критической массы, поэтому до вечера занимался всем подряд и понемногу, но без особого толку.

— Галактион, я уйду сегодня пораньше. Хорошо? — попросила Изуми за полчаса от конца рабочего дня.

— Конечно, никаких важных дел у нас сейчас нет. Планирую завтра начать новый этап в исследовании.

— Замечательно, — вымучено улыбнулась Изуми, — как раз считаюсь полноценным сотрудником.

— Всё верно. И умница и красавица, — подмигнул девушке.

Она слегка оживилась.

— Ну всё, иди отдыхай. Я скоро на тренировку.

— Хорошего занятия.

Вслед за помощницей ушёл пораньше. Отправился туда же, где занимался с Тамарой. А почему нет? Никаких проблем

не вижу. Если ещё и Тамара на месте окажется, точно подойду поздороваться.

Тамары на месте не оказалось, зато был Борис.

— Привет спортсменам! — приветствовал парня, — приятно видеть постоянство в спорте.

— Ага, — вышла у него не самая светлая улыбка, — было бы ещё, чем другим заняться.

Не ответил. Стоял напротив студента молча со скептическим видом, пока он не понял, что я на него смотрю. Встретившись взглядом, он смутился и поспешил исправить оплошность.

— Здравствуйте, Галактион Гордеевич.

Улыбнулся чуть теплее. Нельзя давать спуску в учебном коллективе.

— У кого какая мотивация, — продолжил я обсуждаемую тему, — мне вот хватает занятий, но для большей даже не спортивной, а уже боевой мотивации, пришлось поругаться с парочкой военных.

— Мне такой вариант вхолостую не интерес, — произнёс он всё ещё вяло, а потом оживился, — это пускай ботаники всякие теперь с военными сферу интересов делят.

— Ты про Жорина?

— Не важно, — махнул рукой Кавардак, — меня это не касается.

Он хотел, чтобы не касалось, но это оказалось не так.

— Ладно, вот тебе новый старый вариант мотивации: побить профессора.

— Прошлый раз говорил уже — бейте своего симпатичного тренера.

— Нет больше тренера, — развёл руками.

Борис посмотрел на меня с некоторым сомнением.

— Да, ну! Как же надо было напортачить?

— Уметь надо, — показал любимую широкую улыбку, отгоняющую все невзгоды, — так что?

— А то, что теперь не обижайтесь, Галактион Гордеевич, к Тамаре я подойду.

Парень мне тоже широко улыбался. Нашлись два искреннее симпатизирующих друг другу человека. Блин.

— Может, стоит тебе объяснить, что не хорошо заглядываться на чужих женщин? — так же очень мило спросил парня, играя сцену из дешёвого боевика.

— Вот именно, профессор, — Борис хмыкнул, — психологии.

— Пошли грязные приёмчики, — довольно кивнул, — через полчаса на ринге. Мне надо размяться.

— Принял.

Через озвученное время уже были за канатами. Мы, конечно, обменялись любезностями, но работали в результате аккуратно. Это была очень хорошая тренировка, на которой смог закрепить работу против сильных боксёрских ударов. Борис Кавардак работал с большей аккуратностью, гораздо реже проваливался в атаки, из которых не мог выйти без встречного размена.

— Не повезло вам с Тамарой разругаться. Она вас явно подтянула в скорости и реакции, — в конце тренировки Борис поделился наблюдениями.

— Что уж поделаешь, — пожал плечами.

— Только не мириться. Как уже сказал, буду мешать. Мне Тома нравится, — напомнил парень о своих планах.

— Ага. И Дина тоже нравится.

— До свидания.

Студент не стал комментировать мои замечания, но вновь стал слегка хмурый.

— До завтра, — попрощался в свою очередь.

После был поздний ужин в одиночестве. Откровенно говоря, мне это даже доставило удовольствие. Нельзя сказать, что мне не нравилось быть в обществе одной обворожительной японки, но точно не был готов пока проводить с ней все свободные вечера. Только написал, чтобы узнать её самочувствие, ведь ушла она вялой. Ответ получить обнадёживающий, поэтому со спокойной душой открыл почитать отложенную книгу.