Фемоген 2
Шрифт:
К этому моменту содержимое пластикового пакета уже было разложено на столе. Яйца были в специальном контейнере вместимостью шесть штук, ветчина уже была нарезана, зелень не имела изъянов. Кто-то, значит, второпях побросал всё в пакет и устремился за мной? Ну, да.
— Ой, спасибо.
Изуми, прежде чем взять мою одежду, через голову стянула топ, оголив грудь. Не так. Грудь! Реакция у меня однозначная и по-юношески пылкая — замер, разве что не зарделся. Да что ты будешь делать! Даже сутки не прошли, как видел этот
— Ой-ой, — повторилась искусительница, — прости, я…
Сама при этом нисколько прикрываться не пыталась. Наоборот, немного руки вперёд подала, чтобы придать объема.
— Оз, Изуми, — шумно выдохнул, — нам бы позавтракать.
— Я… не так чтобы голодна, час могла бы потерпеть.
Милота пропала с привлекательного личика. Видел я в нём теперь ровно то, что сам представлял.
— Почему час?
— Двадцать минут на готовку будет достаточно…
— Подходит, — дальше говорить не стал.
Завтрак завтраком, но вроде там какая-то польза в непродолжительном голодании тоже была. В любом случае, о голоде на полчаса мы оба забыли. А я порадовался в очередной раз предусмотрительности японки — продукты она выложила на столешницу рядом с раковиной. Массивный кухонный стол оказался совершенно свободен, непродолжительное время.
Продолжительное время мы исследовали его крепость.
— Какой вкусный завтрак! — наслаждался через озвученный час обещанным омлетом.
Выполнен последний был в японском стиле. То есть завёрнут на манер бутерброда и размещён между тостами и ветчиной. Листья салата были вершиной конструкционного дизайна.
— Спасибо, мне приятно. Только он совсем обычный.
Юная японка вновь вернула свой скромный образ. Ничего, что на ней было только нижнее бельё (нижняя его часть) и моя футболка. Ей выглядеть скромной это не мешало. Скромной и жутко привлекательной.
— Обычный он не может быть ни при каких условиях. Если бы ты просто приготовила его дома, а потом поделилась на работе, всё равно бы он нёс определённый смысл, связанный с вложенными чувствами. А уж в нашей ситуации…
— Спасибо, — ещё раз поблагодарила скромница.
— Тебе спасибо.
До полудня ничем особым не занимались: болтали, занимались сексом. Будничное для меня занятие, ага — зажрался. Или иначе можно выразиться.
Предложил Нарита-тян остаться на обед. Хотелось отплатить за завтрак и приготовить следующую еду самому. Настоял на этом, а так же на сохранении моей футболки в качестве домашней одежды, а она всё порывалась сбегать за чем-нибудь приличным. Пресёк, само собой, подобные поползновения. Зачем нам сегодня что-то приличное? И вообще, не зря же я чистую футболку пожертвовал!
Готовить Изуми всё же вызвалась мне помочь.
— Звонок от Яны, — сообщила виртуальный ассистент.
— О, замечательно, сейчас планшет
Гостья справилась быстрее. Сбегала до дивана, захватила устройство, свернула чехол и водрузила прямо передо мной на стол.
— Спасибо!
Японка только тихо пискнула что-то и убежала в соседнюю комнату. Кажется, знакомство с моими родителями оставило определённое впечатление.
— Привет, мелкая!
С экрана на меня светило моё солнышко, затмевая настоящее. За спиной у дочери обильно было синевы, а по нижнему краю передаваемого изображения можно было различить песок.
— Привет, па! А мы с мамой на пляж выбрались!
— Это здорово!
— Тут очень круто! Сначала было не много людей, а сейчас уже половину пляжа заняли.
Елену моя девочка тоже умудрилась выловить камерой, стоя при этом спиной. Стояла супруга к юному репортёру немного боком и спиной к солнцу. Это делало контуры фигуры заметными. Не удивлюсь, если в этой части пляжа скоро будет не продохнуть от людей, в большей степени мужчин. Определённо, отец был прав касательно своих опасений насчёт её приезда. Хорошо у меня есть сейчас затмевающий фактор, убежавший недавно в спальню.
— Очень рад, что ты добралась, наконец, до воды. Могу тебе только искренне позавидовать.
— Зачем завидовать? Ты же сам меня любовью к морю заразил. Давай, приезжай к нам.
Неожиданно.
— Не получится, дорогая моя, извини.
— Чем ты там занят? Конференция закончилась. Выходной день!
— Есть дела, — чуть строже сказал, чтобы до ребёнка дошла бесперспективность уговоров.
— Ладно, тебе же хуже! Как твоё выступление прошло?
Дочь не стала дальше наседать, потому что хорошо меня знала.
— Вполне нормально.
— Ох, — тут уж Янка не постеснялась выразить всю глубину своих чувств, — вообще, я видела его. Хотела узнать твоё мнение. Теперь вижу, что не зря.
— А что такое?
— Да, ты закончил как? — чуть оживилась мелкая, — а, впрочем, сам догадаешься. Будет, чем тебе заняться в перерыв между тем, чем ты так там занят. Раз уж не хочешь приехать к нам.
— Какая-то ты суровая стала! — сделал грустную мордашку.
— Всё, я пойду плавать. И маму в воду затащу, а то её точно одну джигиты украдут. А ты страдай там без солнца! Пока!
Яна взмахнула эффектно блестящими русыми волосами.
— Пока, пока! — усмехнулся.
— У тебя красивая дочь, Галактион.
Изуми уже стояла напротив.
— Да, моё маленькое сокровище. Набралась от меня вредности, правда. Хорошо, не только этого добра взяла.
— Думаю, это наследственное.
— Эй, с чего вдруг такие наветы?
— Дай вспомню, — вдруг приложила девушка указательный пальчик к голове, — что же за мужчина с недовольным видом ходил под руку на конференции с одной из самых эффектных женщин?