Федя Мудреный
Шрифт:
И тут я вспомнил, где мы встречались!. Этот тип, только тогда он был еще и с бородой, надул меня с дефицитом, всучив целую гору фантомов! Я заерзал в кресле.
– Спокойно-спокойно, - сказал тип.
– Я понял: твоему кулаку хочется, чтобы я врезался в него подбородг ком.. Вполне законное желание, но неисполнимое. Вы на приеме у королевы.
– А почему она молчит?
– спросил Федя, пока я скрипел зубами и старался испепелить взглядом главного МЙНИСТра.
– Ей не положено разговаривать со смертными.
Она - королева.
– Ну, а мы что должны делать во время приема?
– не унимался- Федя.
– Само собой, кланяться, королеве в ножки и молить о пощаде, - усмехнулся усатый министр.
– Но как?
– удивился Федя.
– Мы же связаны!
– Это не ваш вопрос, - отрезал министр, и вернулся на свой приставной стульчик.
– Начинайте,-- бросил он угрюмым мужикам, при несшим нас сюда.
Я не успел сообразить, кто и что должен начинать, как вдруг почувствовал, что стремительно переворачиваюсь. Трон с королевой и наглый тип на стульчике метнулись куда-то вверх, каменный пол понесcя да меня с неотвратимостью паровоза. Бах! Из глаз посыпались искры. Снова все крутанулось вокруг горизонтальной оси, но уже в обратную сторону. Кресло вернулось в исходное положение.
– Что Вы делаете?!
– возмутился я.
– Это же черт знает что!
В этот момент угрюмые мужики проделали тот же фокус с Федей: перевернули кресло, и Мудреный, охнув, встретился лбом с каменным полом. И, снова его кресло поставили на ноги.
Я хотел еще что-то сказать, но меня снова перевернули.
И снова из глаз посыпались искры.
Так повторилось несколько раз.
– И долго мы будем так кланяться?!
– возопил я, в очередной раз вернувшись в исходное положение.
– Пока не надоест, - ответил министр, лениво разглядывая свои ногти. Королева радостно хихикала.
– Мде уже надоело!
– заявил я после очередного поклона.
– Ну и что?
– равнодушно . проговорил министр.
– Королеве еще не надоело.
На наше счастье еще через: пять-шесть поклонов королева зевнула. Нас с Федей поставили на место. У меня голова трещала так, что ее хотелось срочно сменить на что-нибудь, пока еще не битое.
Министр хлопнул в ладоши.
В помещение внесли несколько контейнеров с семенами и поставили между троном и нами, ...
– Пошутили и хватит, - сказал министр хмуро.
– А теперь поговорим серьезно. Что за груз вы везете?
– Не видишь, что ли?- -огрызнулся я. ...- Семена.
– Их едят?
– Попробуйте, - посоветовал я ехидно.
– Мои люди попробовали. У них- понос.
– Семена не едят, - вздохнув, сообщил Федя Мудреный.
– Семена - это органические самовоспроизводящиеся автоматы.
– И как они... самовоспроизводятся?
– уточнил министр с усиками.
– Самовоспроизведение осуществляется за счет универсального генетического аппарата, реализованного на внутриклеточном уровне и обладающего запасом генетической информации.
– И что из
– заинтересованно спросил усатый.
– Растения, - ответил Федя.
Усатый главный министр подошел к каменной стене, отодвинул плиту. За ней оказался терминал. Усатый взял аккорд на его пульте.
– Растения, - пропищал терминал, - ископаемое, неупотребляемое слово. Означает организмы, развивающиеся в неподвижном состоянии, питающиеся неорганическими я органическими веществами почвы и воздуха и способные создавать органические вещества из неорганических. После изобретения пищесинтезаторов на нашей планете растения истреблены за ненадобностью.
– Так, - проговорил министр озадаченно, прослушав справку ЭВМ и обернувшись к нам.
– Это все очень интересно, но нам не подходит. Зачем разводить то, что когда-то уничтожили за ненадобностью? Послушай,обратился усатый к Феде, - а продать их можно? Покупатель на семена найдется?
– Не думаю, - проговорил Федя.
– Продают обычно не семена, а продукты их саморазвития.
– Растения?
– удивился министр.
– Часть растений. Цветы.
Министр хмыкнул и снова пошел к терминалу.
– Цветы, - запищал опять терминал, - орган размножения у растений, состоящий из зеленой чашечки, ярко окрашенного венчика из лепестков вокруг пестика и тычинок.
– Странно, - прорычал министр.
– Какой идиот может позариться на орган размножения?! Кому нужны эти... венчики, тычинки? Их едят?
– Нет.
– Да вы что, издеваетесь надо мной?
– Цветы очень нравятся женщинам, - проговорил устало Федя.
– На некоторых планетах мужчины покупают цветы за большие деньги, чтобы подарить их дамам сердца.
– Но зачем они нужны женщинам?
– удивился министр.
– Женщины любят красивые вещи, А цветы - это красиво.
– Красивый, - сам собой запищал терминал за спиной министра. Доставляющий наслаждение взору, приятный внешним видом, гармоничностью, стройностью...
– Заткнись!
– рявкнул министр.
– Без тебя знаю!
Терминал замолчал и обиженно засопел.
– Что красивее, - резко спросил нас министр.
– Драгоценные камни или цветы?
– Конечно, цветы!
– сказал Федя.
– Они же живые!
Я согласно кивнул.
– Хочу цветы!
– вдруг звонко заявила королева.
– Но, государыня, - забормотал министр, - вам нельзя разговаривать со смертными.
– Заткнись!
– резко прервала королева.
– Хочу много цветов!
– Но, государыня!
– Хочу цветы! Хочу цветы! Пусть подарят мне цветы!
– капризно закричала королева и застучала ногами.
– Сию минуту!
Вбежала целая толпа придворных дам и бросилась успокаивать августейшую особу.
Королева распалялась все больше и больше. Она уже не кричала, а истерично верещала. Министр тоже пытался успокоить ее, но его лоб тотчас познакомился с каблуком королевы.