Файл

Хволкер Аноним

— Они идут сюда. Идут за нами.

Староста, глядя на назревающую панику — а как ту не запаникуешь, с учетом, где они живут — тряхнул Пальта за шиворот.

— Эй, прекрати истерить. Кто идет, куда, зачем?

Пальт лишь водил дурными глазами по собравшейся толпе и твердил:

— Они идут сюда, теперь нам точно конец. Ко-нец. Всё.

Помогло ведро воды, принесенное кем-то из селянок.

После того, как его окатили ледяной водой, Пальт кое-как пришел в чувство.

— Ну? — сердито вопросил староста.

— А… Я шел проверить снасти, и когда был у реки, они уже были там. Огромные гоблины.

Огроменные, выше меня даже. Я дал деру, но меня догнали, думал, все. Со страху чуть в штаны не навалил, а их главный меня спрашивал, кто я и откуда. Я рассказал, и он отпустил меня, велел передать, что они скоро будут здесь.

— Прямо так и отпустили? — недоверчиво протянул староста.

Дело было очень странное. Гоблины никогда не упускали свою добычу. Да что гоблины, никакие полулюди из этих мест так бы не поступили. Може быть, людоящеры и могли, но они живут на другом краю леса. И их с гоблинами никак не спутать.

— Ага, — ответил Пальт. — Говорю же, отпустили, чтоб я пришел и сказал всем. Сказал, что они идут сюда.

— Когда они придут?

— Сказали, что сегодня днем.

К этому времени на площади деревни собрались все жители. Побросав все дела, каждый хотел узнать, откуда в селении такой шум. Те, кто подтянулся позже, пропустили начало, но со слов остальных тоже примерно понимали, что произошло.

В воцарившейся после последних слов тишине раздался звонкий детский голос:

— Я их знаю, это они нас всех спасли!

Староста гневно рявкнул на Ханну:

— Убери свое дитя отсюда! Сейчас не до ее бредней.

Анника было начала возражать, но мать строго шикнула на нее и повела в дом. Девочка попыталась было возразить, получила подзатыльник и разревелась.

Глядя, как мать с дочерью удаляются, староста окинул взглядом толпу. Без малого полторы сотни людей, не считая тех, кто попрятался в дома с детьми. Из толпы послышался старческий фальцет:

— А я говорил, что Акуро нас защищал! Вы все так радовались его гибели, и вот, вот, нас некому защитить теперь!

— Заткнись, идиот! — взбеленился староста. — Заткнись, или клянусь, я сам тебя задушу.

Он еще раз посмотрел на собравшихся.

— Я знаю, о чем вы думаете. Но нам некуда бежать, а если бы и было, то далеко нам не уйти. Есть одна надежда — эти монстры умеют говорить. Может быть, удатся уговорить их оставить нас в покое. А если нет, что ж. Дадим им отпор. Нам всем есть, что защищать. Хватит с нас и одного ублюдка-работорговца.

Решимости

в глазах поселенцев не было, зазвучал ропот, но староста не первый день их знал. Уходить и в самом деле было некуда, почти у всех семьи и маленькие дети. Даже если ничего не случится по дороге, кто им будет рад в соседних поселениях? А тех, кто был бы готов бросить свои семьи и сбежать самому, здесь не было.

Конечно, хотелось верить, что все обойдется. Вот только загадочные монстры дали о себе знать уже второй раз за несколько дней. И на этот раз послали вполне конкретный знак — людей в покое не оставят.

Староста твердо посмотрел на людей.

— Берите все, что можно использовать как оружие. Топоры, вилы, колья, всё. Берите и поднимайтесь на стену.

Люди с мрачным ропотом начали расходиться по домам. Мужчины и женщины покрепче возвращались, вооруженные вилами, косами и прочим инструментом, который можно было использовать как оружие. Спустя час на стенах и под ними собралось менее ста человек. Настроения были далеки от радужных.

Староста сокрушенно покачал головой. Он осуждал тех, кто решил спрятаться и переждать, в надежде на чудо. Осуждал, но понимал.

Потянулось напряженное ожидание. К полудню панические настроения сошли на спад, и это было естественно. Появилась надежда, что никто не явится, мало ли, что там наплел Пельт, или что наплели ему самому.

В полдень монстры все-таки пришли.

Из-за поворота дороги показались человекоподобные существа. Рослые, широкоплечие, увитые буграми мышц. Почти у всех были голые торсы, а бедра покрывали какие-то то ли широкие штаны, то ли юбки из потрепанной кожи. На поясе у каждого висел топор, а у кого и два. Староста понял, почему их называли гоблинами. Из-за болотного цвета кожи и клыков, торчавших из мощных челюстей. Больше в них от гоблинов, пожалуй, ничего не было.

Визитеры вразвалочку подошли к стенам на расстояние броска камня и остановились, рассматривая перепуганные лица защитников. От них буквально разило превосходством и подавляющей силой. Спустя пару минут игры в гляделки, где люди явно проигрывали, вперед вышел самый крепкий из них. Подойдя к воротам почти вплотную, он посмотрел вверх и вполне членораздельно рявкнул:

— Кто тут главный?

Все взгляды обратились к старосте. Староста вздохнул и взобрался к стене у ворот.

— Я здесь старший. Кто вы такие и что вам от нас нужно?

— Я Джей-Гул. Мы орки. Этот лес теперь наш. И все что рядом с ним, вместе с деревнями по краю — тоже наше.

— Весь лес? Вас всего двадцать… — нерешительно уточнил староста.

— Это здесь нас двадцать. В лесу нас тысячи. Скоро сами поймете.

Прокатился многоголосый шепот. Тысячи? Может ли такое быть? Может, простое бахвальство?

— Короче, старик. Босс сказал, что эти земли теперь принадлежат нам. Можете согласиться, и подчиняться нам. Можете валить отсюда, мы не будем гнаться. Можете сражаться.