Фатум
Шрифт:
Протянув руку, Николь нежно дотронулась до щеки хранителя, чувствуя, как тот слегка наклонился навстречу, и слабо улыбнулась. Ее не покидало чувство, что она упускала что-то важное; что-то, что балансировало на периферии ее сознания, назойливо стучась и просясь внутрь; воспоминание, звуковой образ, оставленный Дэвидом в ее ускользающем сознании….
– Да, но ведь ты – моя младшая сестренка, так? А это значит, что если он – мой брат, то он и твой брат тоже. Старший брат.
– Правда? Честно-честно?
– Да. И он тоже будет тебя защищать.
Комментарий к Глава 66 Конец *Отсылка к саге Дж. Толкина “Властелин Колец” (герой сравнивает пистолет с кольцом всевластия, которое можно было уничтожить только в огне Роковой горы, т.е. в месте, где оно было создано)
====== Эпилог ======
Два
– Поздравляю, магистр Арчер, Вы официально мертвы, – безо всякого веселья констатировала Николь, зачитав новость вслух: – «На последнем межгалактическом совете канцлер Мильтус официально подтвердил сообщение о том, что глава террористической организации, ответственной за уничтожение государства «Танвит», магистр Арчер, был убит в ходе освободительной операции. Оставшиеся в живых сепаратисты заключены под стражу и ожидают приговора суда…», – пробежав глазами еще пару строчек, девушка нашла то, что искала: – «..однако, ввиду огромного количества жертв с обеих сторон, советом было принято решение о временном прекращении сотрудничества с представителями внеземной цивилизации. Напряженная внешнеполитическая обстановка делает дальнейшие экономические и иные отношения с вышеупомянутой цивилизацией нецелесообразными…», – завершила девушка чтение и отложила планшет на заднее сидение. – Стало быть, Тропворт сдержал слово?
Николь послала вопросительный взгляд водителю. Кей, не отрывая взгляда от дороги, пожал плечами.
– Ты ему веришь? – предприняла девушка вторую попытку. – На следующем перекрестке направо, кстати.
– Я верю в то, что Тропворт не заинтересован в моем возвращении на Эстас. Сообщить сенату о том, что я жив, для него равносильно самоубийству: если он расскажет обо мне, ему придется рассказать обо всем, что произошло в тот день, включая его альянс с Мортом. Иными словами, ему придется сознаться в государственной измене, за что его сразу же отправят на эшафот…
– Направо, – вклинилась девушка, опасаясь, как бы они снова не проехали нужный поворот. Зомби быстро учился: меньше, чем за месяц, он научился водить машину, однако, с навигацией у него все же случались проблемы. – Но не факт, что подобная перспектива его пугает.
– Не имеет значения. После официального расторжения всех возможных связей между нашими планетами любое вторжение на территорию Земли со стороны Эстаса будет несанкционированным: даже если Тропворт снова предаст меня и сообщит сенату о том, что я жив, он не сможет ни представить доказательств, ни, тем более, добраться до нас. Не говоря уже о том, что сейчас приоритетной задачей выживших стала новая планета – Малик. Не думаю, что им есть какое-то дело до парочки хранителей, укрывшихся на планете, утратившей для них всякую привлекательность.
Уверенность в голосе Зомби успокаивала девушку гораздо сильнее, чем сами слова, однако, тревога надоедливым паразитом все равно вгрызалась в ее мысли. Было ли это следствием беременности, на почве которой Николь переживала буквально из-за всего подряд, или же пережитого ужаса – неизвестно; наверняка девушка знала лишь одно: пройдет еще немало времени, прежде чем она перестанет оглядываться назад и опасаться собственной тени. Если, вообще, перестанет.
Как бы они ни бежали, где бы они ни прятались, они все равно не смогут сжечь за собой абсолютно все мосты. Они оба были клонами; они оба были хранителями и, что самое главное, у них скоро появится ребенок, который тоже будет носителем особого гена. От одной мысли о том, что ждало их впереди, Николь становилось страшно. Однако время шло, и то, что казалось непосильным, становилось вдруг реально осуществимым: их новые тела не отвергли магнитное поле Земли; им удалось обзавестись удостоверениями личности без проблем с законом (не без помощей связей Дэвида); более того, Кею даже удалось внедриться в особый отдел ОМБ, тем самым, получив возможность контролировать происходящее на межгалактической арене, не привлекая к себе пристального внимания.
Все было не так гладко, конечно: вынужденный союз с Кастером Тропвортом не внушал Николь никакого доверия; ей было ужасно неуютно от осознания того, что именно этот человек был хранителем их тайны. Пусть смерть сенатора Никс и подкосила его, в
Связи Дэвида. Это, пожалуй, самое приятное и самое невероятное происшествие, с которым Зомби пришлось столкнуться после того, как они с Николь покинули Эстас. По какой-то необъяснимой причине некоторые воспоминания Дэвида остались с Кристианом даже после их «разделения»: это мог быть как конкретный образ, так и просто чутье и интуиция, подсказывавшая Кею, что и как делать. Именно благодаря этому «чутью» Кристиан очень быстро научился водить машину, например. Навыки и умения Малика телесной памятью возвращались к Арчеру, что было просто поразительно и немного пугающе. А вот способность к телепатии, к счастью или к сожалению, у Кея не проявилась, однако, в последнее время ему начали сниться очень странные, но красочные сны. Позже оказалось, что это были не столько сны, сколько воспоминания: воспоминания Дэвида о приемных семьях, о своих делишках и связях, которыми Кристиан поначалу пользовался вовсю, и так далее. Удивительно, но даже после смерти Малик, казалось, продолжал помогать брату.
Вот и сейчас они ехали вслед за очередным «сном» мужчины. В своих видениях-воспоминаниях Кристиан очень часто находился в каком-то старом, возможно, заброшенном доме. Как мужчина ни старался, он не мог понять, что же в том месте было такого особенного, пока однажды на этот вопрос не ответила Николь. Как-то ночью, застав Кея за рисованием – хранитель пытался запечатлеть место, так упорно всплывающее в его подсознании – девушка взглянула на набросок и с удивлением узнала одну из комнат – гостиную дома Мэриан. Пусть Зомби и не мог похвастаться талантом художника, но на его рисунке было кое-что, что Никки ни с чем не перепутала бы – циновки с цветочным узором, огромное количество вышивок с орнаментом, которому няня так усердно учила ее и Эмбер, и который так люто ненавидела сама Никки – он у нее никогда не получался…
– Здесь направо, – инструктировал «штурман»-Николь, оторвавшись от размышлений и повернувшись к окну, чтобы полюбоваться пейзажем. Опустив стекло, девушка сделала глубокий вдох и, откинувшись на спинку сидения, в блаженстве закрыла глаза. Шум прибоя, доносившийся издалека, нестройные трели птиц, шелест листьев – сейчас эти звуки казались ей настоящим чудом. То, что для других было настолько обыкновенным, что не стоило и капли внимания; то, что принималось ими, как данность, для девушки стало настоящей сказкой.
Она была дома. Она. Была. Дома.
Вдруг Николь почувствовала, что автомобиль увеличил скорость. Закрыв окно, девушка озадаченно повернулась к Зомби.
– Узнаешь место?
– Видимо, да, – с не менее растерянным видом хмыкнул тот, не требуя дальнейших инструкций.
Через пару минут они были уже на месте. Отстегнув ремень безопасности, девушка выждала пару минут и затем предложила:
– Ну что, идем?
Ей редко когда доводилось видеть Зомби в замешательстве, но это был как раз один из тех моментов. Девушка, на самом деле, даже представить не могла, что мужчина чувствовал в этот момент: впервые оказаться где-то, осознавать, что ты никогда прежде тут не был, но в то же время знать, что это место из себя представляет, где оно находится, и так далее… Свихнуться можно.