Fatal error: вне игры
Шрифт:
*** Шестьдесят Второй говорит о писателе Стивене Кинге (короле ужасов) и его романе «„Кристина“». В этой книге рассказывается о машине, которая на многое способна и ведёт себя, как очень жестокая и капризная женщина.
Непроницаемо-чёрная панель на миг вспыхнула ярким белым светом, после чего Шестьдесят Второй, очень чётко выговаривая каждое слово, произнёс:
— Дружественный объект. Предоставить расширенный статус гостя. Подтверждение на считывание идентификатора.
Из
— Принято. Расширенный статус гостя предоставлен. Добро пожаловать на борт, объект сто семьдесят восемь, девятьсот двадцать четыре, триста девяносто девять, ноль сорок два, ноль-ноль пять.
— Ну вот и всё, теперь, Кристина, даже если заревнует, убивать тебя не станет. А сейчас займемся твоими царапинами.
— Мне нужны бинт, вата и что-нибудь обеззараживающее, — устало пробормотала Кира.
Шестьдесят Второй резко вывернул руль, ловко заведя машину в просвет между двумя фурами, стоявшими позади сетевого супермаркета. Резко остановившись, ответил на просьбу странно:
— Забудь. Это не твой город и не твой мир. И медицина здесь не твоя. Да здесь всё не твоё, здесь, у нас, свои подорожники растут. Тебе они понравятся.
Проговаривая это, он рылся в одном из многочисленных отсеков на приборной панели. Что-то вроде мелких бардачков, они там усеивали всё свободное от мерцающих мониторов и рядов кнопок поверхности. Вытащив, наконец, металлическую фляжку, из кармана достал крохотную коробочку из оранжевого пластика, раскрыл её, выкатил золотистый шарик, размером с ноготок мизинца у невысокой девушки, не увлекающейся наращиванием, а потом двумя пальцами извлёк оттуда яичко такого же цвета и размера.
Протянул всё это Кире и сказал:
— Закидывай в рот и запивай. На вкус, не понравится, но это то, что тебе сейчас нужно.
Кира не из тех людей, которые без вопросов съедают всё, что им предлагают, но и ситуация не из тех, когда имеет смысл кочевряжиться. Зачем вредить ей настолько изощрённым способом, ведь пожелай Шестьдесят Второй убить Ошибку, уже давно бы убил. Да что там говорить, ведь он мог просто не помогать, это сработает так же верно, как пуля в висок. Вот где бы она оказалась без его советов, в самом начале? Да уж понятно, где…
А если это не яд, а сильное снотворное, чтобы сделать Киру беспомощной? Да, блин, что за мысли, она и так беспомощная, даже убежать не сможет: правая рука перестала ощущаться; ноги, будто чужие; дятлы в голове стучат без перерывов; язык ссохся в сморщенную тряпочку; дурнота и слабость океанскими волнами накатывают; тело трясётся в ознобе; картинка перед глазами то и дело расплывается. Шестьдесят Второй не выглядит хлюпиком, если потребуется, он легко сделает с обессиленной пассажиркой всё, что ему заблагорассудится. Увы, но она полностью в его власти.
В общем, Кира не стала отнекиваться. Забросила в рот и шарик и «яйцо», после чего решительно запила из фляги.
А вот тут и правда, нехорошо получилось. Непонятная жидкость
Да ничего она не напоминала, потому что Кира, в обычных обстоятельствах, такую тошнотворную бурду даже нюхать не станет, не то, что пробовать. Невозможно сказать, с чем настолько же неприятным ассоциировать можно, просто, невыносимо отвратительно, вот и всё.
— Пей-пей, хотя бы глотка три сделай.
— Да меня сейчас стошнит. Что за гадость?
— Это сама наша жизнь. Не сомневайся, пей давай.
Второй глоток Кира сделала с трудом, а после третьего даже удивилась своей выдержке, ведь до этого не сомневалась, что должно вывернуть наизнанку, однако, нет, желудок, кое-как, стерпел.
— Уколов боишься? — насмешливо спросил Шестьдесят Второй, доставая шприц устрашающих размеров.
— Если собрался колоть меня этим ведром с копьём, конечно, боюсь, я же тебе не дойная корова.
— У тебя рука всё равно уже холодная, вряд ли, вообще, что-то почувствуешь. Вколю в район раны, это даст тканям местное питание и в несколько раз ускорит заживление. Шрам, правда, продержится дольше, чем, если без геля оставить, но тебе сейчас важнее рабочая рука, чем красота.
— Никогда не слышала про такой гель.
— Здесь много такого, про что ты никогда не слышала.
— Я понимаю.
— Вот и умничка, — похвалил Шестьдесят Второй, выдавливая содержимое шприца в кровавое месиво под правым плечом. — А теперь, пожалуйста, очень быстро скажи, как тебя зовут. Думаю, нам пора уже нормально познакомиться. Я Крис.
— А я тебя уже привыкла Шестьдесят Вторым называть. Почему именно Шестьдесят Два?
— Идентификатор такой, он у каждого из игроков есть, это набор цифр. Мой: девяносто девять, триста двадцать шесть, четыреста семьдесят девять, ноль три, шестьдесят два. У нас, в команде, почему-то, так принято, по двум последним цифрам называть. А тебя как звать?
— Кира.
— Прекрасное имя, а то всё Ошибка, да Ошибка.
— А почему быстро?
— Ты о чём?
— Почему имя надо было назвать быстро?
— Потому что сейчас ты или умрёшь, или…
Окончание ответа Кира услышать не успела. Мир исчез, его будто выключили. Один миг, и сознание растворилось в непроглядной мгле.
Время жизни 04.18
Гонка
Получен негативный эффект — оглушение. Вы находитесь на кластере 502-493-28. Регион — Западное Междуречье. Текущее количество возрождений — 99 жизней (стартовое). Игровая роль: стираемый объект, подготовка к архивации. Текущие задания: обнулить счётчик жизней, начать процедуру архивации, или выполнить альтернативное задание — изменить игровую роль. Текущий статус: возврат в игру. До окончания действия оглушения осталось сорок девять секунд, срок может измениться в случае внешнего воздействия. Подсказка — некоторые трофеи можно безопасно употреблять лишь соблюдая правила приёма.