Фата моргана
Шрифт:
Юру так и не поймали. Пожилая женщина, сидящая за конторкой, рассказала мне, что пограничники нашли полицейскую машину неподалеку от аэропорта. Колеса уазика были спущены, а в машине сидел донельзя перепуганный заместитель начальника заставы. Перед тем, как мой бывший попутчик покинул машину, он изъял у толстяка сапоги, ремень, документы, часы, и крупную сумму денег в иностранной валюте.
— А откуда известно, что у него была с собой валюта, — удивился я, — он что, сам об этом сказал?
С видом заговорщицы дежурная поманила
— Жаловался он знакомым по пьяному делу, вот кто-то и услыхал. Мир-то слухами полнится, милок,— прошептала женщина, — да, все в поселке знают, что он взяточник, с рыбаков деньги тянет. У меня внучок на траулере ходит, он тоже все видит. По этому мордовороту тюрьма давно плачет. Только я тебе этого не говорила!
— Ясное дело! — я был рад что Юра не пойман, а плетни и слухи меня не слишком интересовали.
В начале октября температура воздуха заметно упала. Ветер был холодным. Я ждал денежного перевода от своего заместителя, и мне было совершенно нечего делать. Натянув поверх вылинявшего камуфляжа бесформенную куртку и шапку, я развлекался гуляя по поселку, живописно раскинувшемуся среди сопок.
Инфраструктура Ракушечного была достаточно развитой. Здесь имелись: кинотеатр, крупный универмаг, пищекомбинат, медицинский колледж, этнографический музей, и приличная больница. Из архитектурных сооружений здесь можно было отметить огромный административный корпус, перед которым красовалась статуя Ленина, и новую бревенчатую церковь.
Неподалеку от торгового центра я наткнулся на полицейский стенд " Их разыскивает полиция". Портрет Юры, сделанный при помощи фоторобота, был не слишком похож на моего приятеля. Интересно, где он сейчас?
В теплое время года выбраться из Ракушечного можно лишь по воздуху, или морем. Лишь зимой, когда замерзают многочисленные реки и болота, трактора прокладывают так называемый "зимник", по которому можно добраться до дороги, ведущей в Камчатскую столицу. Представляя Юру, в одиночестве продвигающемуся по диким местам, я от всей души пожелал ему удачи.
Пока я разглядывал стенд, за моей спиной остановились две девушки.
— Смотри, Полина, вот бандит, про которого все говорят, — показывая пальцем на стенд, сказала одна из них, — страшный-то какой, аж мурашки по коже бегут!
— Я уже говорила тебе, что эти вещи меня не интересуют!
Совпадение имен заставило меня слегка вздрогнуть, но когда вторая девушка заговорила, я услышал знакомый голос, и резко обернулся назад. Это и в самом деле была Полина.
— Здравствуй, радость моя!
От лица Полины отхлынула кровь, она судорожно глотнула воздух.. Мне показалось, что она сейчас упадет, и я подхватил ее под руки.
— Что вы делаете, мужчина! — возмущенная подруга яростно вцепилась в мою куртку, — немедленно отпустите ее, или я полицию вызову!
— Не надо полицию, — Полина пришла в себя, ее заплаканные,
— Этот грязный бродяга твой знакомый? — засомневалась подруга.
— Это мой любимый бродяга! — крепко обнимая меня, сказала Полина.
Прошло немало времени. пока к нам вернулась способность ощущать окружающий мир. Полина цепко держала меня за руку, вероятно опасаясь, что я могу провалиться сквозь землю, а ее подруга куда-то исчезла.
— Но, что ты здесь делаешь, солнце мое?
— Работаю в здешней больнице медицинской сестрой. После твоего исчезновения Елена распорядилась, чтобы капитан высадил на берег всех лишних членов экипажа. Лишними оказались трое: Анатолий, Эдуард, и я. Деньги у Анатолия были, но их хватило только на первое время, поэтому у нас оставался только один выход. К счастью, в поселке для меня легко нашлась работа! — сказала Полина.
От этих бесхитростных слов у меня возникло щемящее чувство вины. Ни Полина, ни Анатолий не были оформлены в фирме официально, получая зарплату лично от меня. В плавании я не выдавал никаких конвертов, считая, что расплачусь со своими сотрудниками, когда мы вернемся. Да, и Эдуарду я обещал оплатить дорогу и питание.
Во время путешествия мне и в голову не приходило, что если со мной что-нибудь случится, то у них может не оказаться средств на обратную дорогу!
— Толик вскоре уехал в Петропавловск-Камчатский. Его пригласили на военную службу и даже повысили звание. У пограничников сейчас людей не хватает, срочников-то они в береговую охрану брать перестали. Теперь он старший лейтенант на корабле, и охотится на браконьеров. Мы иногда созваниваемся, он говорит, что жизнью доволен, и в Москву больше не собирается, — продолжала Полина.
— А где Эдуард?
— На второй день после нашего прибытия он просто исчез. Вместо него в номере оказался какой-то командировочный, который вертел в руках его фотоаппарат. Мы с Анатолием узнали, что Эдуард продал ему камеру, собрал свои вещи, и сразу же отправился в аэропорт. Больше мы его не видели. Убегая, он так торопился, что забыл в номере свой бесценный планшет с записями о нашем путешествии.
— Понятно, — сказал я, собираясь с мыслями.
— Виктор, а что ты делал все это время?
— Искал дорогу к тебе!
Я не стал рассказывать Полине о всех сложностях моего пути. Ей не следовало знать, что мне пришлось заглянуть смерти в глаза, и я ограничился коротким рассказом о моем путешествии вдоль берега.
— А тот бандит, которого поймали вместе с тобой; ты его не боялся?
— Он вовсе не бандит, Полина. И вообще, это сейчас не главное!
— А что главное?
— Главное то, что я тебя люблю! — сказал я, крепко обняв девушку.
Глава 21.