Фасад страстей
Шрифт:
— Смеешься? Он и это предусмотрел. Обложил меня как волка флажками. Нет, брат, влип я основательно, но Владу ему не отдам, легче самому повеситься.
— Угораздило же ее на бандита напороться. Вот так несчастья и случаются.
— Да, несчастье, нелепая подлая случайность…Владе скажи, пусть продержится месяц, я за это время придумаю, как от слежки отвязаться. Поручаю ее тебе, втолкуй сестре, чтобы больше ни под каким видом с этим подонком в беседы не вступала, на звонки не отвечала, избегала случайных встреч, а он будет их подстраивать…да, вот еще что: звонить мне тоже нельзя, он предупредил, что узнает… — Стас застонал то ли от боли, то ли от бессилия. — Что я могу против целой
— Она его отошьет, не вопрос, теперь-то должна понять, что Альберт опасный тип. Он ведь, жучара, интеллигентом прикинулся, воспитанным до тошноты, подкатывается к ней с хитрыми вывертами, языком чешет как Шекспир…Ничего, попробуем сообща ситуацию разрулить.
Они проговорили с час, рассматривали различные варианты, наконец Стас отослал Колю с наказом:
— Так не забудь, Владе внушай, что все сейчас решает выдержка. Сам тоже за ней присмотри, чтобы снова глупостей не наделала, у меня вся надежда на тебя. Завтра увидимся в институте, пока, бывай, братан.
Коля пошел по двору в обратном направлении, завернул за угол следующего здания. На спортивной площадке двое верзил подтягивались на турнике, хотя одеты были не по-спортивному.
— Эй, малокровный, а ну вали сюда, — позвал один. — Разговор есть.
Коля остановился в нерешительности, озираясь по сторонам. Двор выглядел мирным, старушки судачили на скамейках, дети бегали и кричали, из соседнего подъезда вышел мужик с доберманом на привязи.
— Ну и че? Долго тебя ждать? — снова окликнул его один из парней. Коля сделал несколько неверных шагов и снова встал. — Глянь, Баклан, чувак еле дрыгалки переставляет, ползает, как вошь беременная. Что выставился, дистрофик? Тащи сюда свою толстую задницу, не то сами придем.
У Коли похолодело где-то на дне желудка, он сглотнул слюну, но все же принял молодцеватый вид, пошел, расправив плечи, к грубиянам.
— Значит так, — сказали ему, — садишься сейчас вон в ту машину и едешь с нами. И чтоб без визга и без базара. С тобой Альберт желает говорить. Слыхал о таком?.. То-то…Давай пошевеливайся, и так кантовались здесь битый час.
Только теперь Николай узнал одну из вчерашних вишневых девяток. Он мысленно составил маршрут побега от бандитов обратно к дому Стаса. Однако неповоротливый парень успел пробежать всего десять шагов, и был сбит с ног. Колю подхватили с двух сторон под мышки и поволокли к машине, попутно наградили чувствительными тычками под ребра, так что дух занялся.
— Тяжелый, падла! — бранились похитители. — Жаль, Альберт не велел, отстрелить бы тебе башку, чтобы в другой раз не бегал.
Повезли его за город, куда именно — Коля не определил: Баклан ткнул ему пистолет в живот и приказал не поднимать головы. Подъехали к двухэтажному дому, обнесенному кирпичной оградой. Створки ворот разошлись и пропустили машину в усадьбу.
— Вылезай, приехали. — Николая грубо дернули за шиворот. — Топай в дом, и чтоб без фокусов.
Альберт вышел навстречу с видом добряка, не ожидавшего приятного сюрприза. Одет он был в дорогой тренировочный костюм и бутсы на высокой подошве, с шеи свисало полотенце поверх толстенной золотой цепи, он вытирал краем вспотевшее лицо и выбритый затылок — вероятно, занимался физическими упражнениями.
— Ба, кого я вижу! — воскликнул он счастливым тоном, обхватил рукой Колю за плечи и повел в гостиную. — Рад, что ты принял мое приглашение. Пора нам поближе познакомиться, не находишь? Брат Владочки — мой брат. Посиди здесь секунду, дружище, я смотаюсь в душ и
Несмотря на преувеличенно радушный прием, Коля пугливо озирался, чувствуя себя овцой в логове зверя, ощущение подкреплялось назойливым присутствием Баклана. Тот в противовес поведению хозяина стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и с кривой недоброй улыбкой многозначительно вертел в пальцах острую финку. Было в его внешности что-то отталкивающее — вытянутый с горбинкой нос, острый на конце, круглые немигающие глаза с черными точками зрачков на бесцветной радужке — точь-в-точь птичьи, дикие и пустые. Вся ситуация удивительно напоминала дрянной боевик-триллер, отчего реальность казалась особенно зловещей — издевательской злодейской клоунадой. Сознание Коли бунтовало и не хотело верить в происходящее, но в глубине души он уже знал, что и его постигло несчастье, то роковое событие, которое накладывает отпечаток на человека до конца его дней.
Пришлось занять предложенное место и дожидаться возвращения хозяина. Тот не замедлил явиться — посвежевший, сияющий родственной улыбкой; теперь на нем были свободные брюки из светлого полотна, футболка и домашние тапочки.
— Выпьешь что-нибудь? Не стесняйся, чувствуй себя как дома. Давай коньячку за компанию. Баклан, скажи там, пусть кофе принесут, да покрепче.
Последовала пауза. Альберт развалился в кресле с бокалом в руке и оценивающе разглядывал Колю жесткими глазами. У него была манера мгновенно отвечать улыбкой на взгляд собеседника, при этом глаза не поспевали за губами, поблескивали холодком, отчего улыбка получалась выделанной, она более настораживала собеседника, чем ободряла.
— Давно с Черепковым дружишь? — спросил Альберт.
— Давно, с первого класса, — ответил Коля напряженным голосом.
— Закадычный друг, стало быть.
— Ага, самый близкий.
— Круто! Ну и как он тебе?
— В смысле? — не понял Николай.
— Что в нем такого клевого? Уважаешь поди за что-то, любишь…ну, я в хорошем значении слова.
— Да, уважаю, люблю… — Коля снова встретился глазами с изучающим взглядом Альберта, тот не преминул растянуть губы в благожелательной улыбке. Коля немного воспрянул духом и заговорил с возрастающим жаром: — Стас классный парень, надежный товарищ…он… он правильный… понимаешь? Настоящий, надежный друг.
— Ясно, «правильный», «надежный», никакой конкретики, неубедительно как-то звучит. Может, он тебе жизнь спас, или на дело ходили вместе, из беды тебя выручал?..
— Выручал, много раз! — ухватился Коля. — Мы с ним стояли друг за друга всегда, с самого детства!.. А надо будет — он мне и жизнь спасет!
А-а, — лениво протянул Альберт и кивнул как бы в знак понимания. — Полагаю, он тебя защищал, поскольку ты типичный лох и размазня, а ты ему за это благодарен. Верно я рассуждаю?
— Ну да, почти, — замялся Николай и тут же поправился из боязни показаться
невежливым: — Ты правильно все понимаешь, конечно, так и есть.
Альберт от последних Колиных слов почему-то пришел в отличное расположение духа. Он проворно поднялся с места и собственной персоной наведался на кухню, откуда вернулся с небольшим подносом в руках, вмещающем две чашки горячего кофе и сахарницу со щипчиками.
— Вот мы и подошли к сути вопроса, — довольно заключил Альберт, снова усаживаясь в кресло. — Я тебя, собственно, зачем пригласил: у меня на досуге родилась неплохая идея. Хочу предложить тебе в качестве друга свою кандидатуру. Сам посуди: защитник из меня хоть куда, стоит мне слово сказать — и любые недруги тебе тапочки в зубах станут носить. Подходит такая перспектива? Опять же я тебе жизнь спас, не в теории, как твой Стас, а вполне реально.