Фантомное чувство
Шрифт:
До этого я думал, что посылать своих подчиненных убивать людей — это то же самое, что самому нажимать на спусковой крючок. Я ошибался. Я, покачиваясь, шел вперед, не сознавая, что у парня могли быть сообщники, не замечая ничего вокруг, кроме лежащего на мостовой тела. Это сделал я. Я сделал это сам.
Он лежал на спине, куртка наполовину распахнута. Медленно, подцепив полу большим и указательным пальцами, я откинул ее полностью.
Грызущие сомнения в собственной правоте мог развеять только факт наличия пояса со взрывчаткой, упрятанного под курткой. Ну что ж, он там оказался — классический пояс шахида. Я снова расширил
Таким этот эпизод помнился годами. Пока не начались вспышки прошлого. Теперь все, что я вижу, это его лицо — лицо с крупными чертами и намечающимися морщинками. Поразительно голубые глаза. Прямой нос. Массивная челюсть.
И в этих провалах в прошлое на нем нет пояса шахида-смертника. Но зато он сжимает в пальцах клочок бумаги, исписанный женским почерком. Который напоминает почерк Дениз.
Что бы мне снилось в кошмарах, доведись мне пристрелить Джеррета? Я и думать об этом не хотел. Тем не менее, когда Лорел протянула мне пригоршню патронов, я их взял.
Она предложила еще кое-какую экипировку — именно то, что нужно. Я не спрашивал, где она все это взяла, а она предпочла не распространяться. Видимо, опять сработали ее связи с полицией, но кое-какие вещи явно имели иное происхождение.
Вскоре появилась Дениз. Предыдущим вечером мы спорили по поводу ее участия. Я пытался уговорить ее не ввязываться в дело, но она настаивала: Дениз не собиралась больше отсиживаться дома. Я уступил. А сейчас мы поспорили насчет времени проведения акции. Женщины склонялись к немедленному выступлению, возможно, надеясь застать их всех спящими, если, конечно, Перкинс сотоварищи придерживается режима, какому следуют крутые парни в гангстерских боевиках.
Но я понимал: они рвутся в бой, движимые нервным возбуждением, которое испытывают новобранцы на своем первом патрулировании. И тут уже я смог убедить их, что гораздо лучше для нас выступить ближе к вечеру, когда в лифтах и вестибюлях соберется побольше народу, а Джеррет успеет за день изнервничаться.
Я подавлял всякие мысли о Коре и, чтобы как следует отвлечься, повел Лорел и Дениз в Институт искусств. Кажется, там действовала выставка Пикассо. Хоть убей, не смогу припомнить ничего из увиденного. Психуют не только новобранцы.
«Счастливый час» мы снова провели в ресторане. Только Дениз и я, мы ничего не пили, просто пережидали. Мне бы хотелось, чтобы все холлы и вестибюли были как можно больше заполнены народом, когда начнется тревога. Чем больше паникующих людей окажется в кабинах лифтов и на ступенях аварийных выходов, тем лучше.
Возложенная на Дениз часть плана была простейшей. Благодаря Лорел ее сумочка была набита дымовыми шашками — легкими в использовании, разработанными специально для пейнтболистов и тренировок пожарных. Для наших целей они подходили лучше, чем военные, поскольку испускали неядовитый дым и были меньших размеров.
Дениз — снова в очках сельской училки и со стянутыми в узел волосами, да еще и выкрашенными под седину, — должна будет подняться на восемнадцатый этаж. Это был гостиничный этаж, и ей там надлежало разыскать кладовку или лучше тележку горничной, заполненную мешками с мусором. Если ей удастся сделать это незамеченной, то дальше
В шесть тридцать ресторан заканчивал работу. Дениз оглянулась по сторонам.
— Время?
Я кивнул, протянул руку через столик и положил на ее ладонь свою.
— Будь осторожна. Придерживайся плана, а все импровизации оставь мне. В конце концов, это моя работа… была.
Я осторожно пожал ее ладонь.
— Я… — у меня внезапно пересохло горло, слова застревали. — Я никогда…
Она ответила на пожатие.
— Я знаю, — она улыбнулась, не разжимая губ.
— Угу, — дальнейшие слова были действительно излишни. — Что ж, идем и освободим ее.
Ни одна операция не проходит без накладок. В данном случае мне неожиданно долго пришлось ждать второго лифта, после того как Дениз уже давно отбыла на своем. Возможно, мне следовало воспользоваться тем же самым, но тогда пришлось бы слишком долго ошиваться без дела на двадцатом этаже в ожидании тревоги. Кто-нибудь мог бы обратить внимание.
В общем, я еще выходил из кабины, а тревога уже началась. Сначала завыла сигнализация где-то вдали, а затем оглушающий сигнал зазвучал и на этом этаже. Я вытащил чеку из дымовой шашки и забросил ее в одну из тех бесполезных бронзовых корзинок для бумаг, которые так любят устанавливать в отелях, банках и конференц-центрах. Обнаружил еще одну такую урну в дальнем углу холла, зашвырнул шашку и туда.
Распахнулась одна из дверей, выходящих в холл, и оттуда высунулась чья-то голова.
— Пожар! — заорал я дурным голосом. — Спасайтесь! Бегите!
А сам помчался по коридору, вопя во всю глотку и колотя во все двери подряд. Это был этаж с арендованными квартирами, но и здесь имелась кладовка, причем, как я надеялся, не запертая. Так и оказалось. Распахнув дверь подсобки настежь, я обнаружил кипу бумажных полотенец, сбросил ее на пол, сбил в большую кучу и поджег спичкой. Для лучшего эффекта бросил туда же с пяток дымовых шашек и добавил парочку банок с какими-то аэрозолями. Как только я выскочил за пределы кладовки, одна из банок взорвалась, произведя впечатляющий шум и разбросав целый фонтан искр не только по тесному пространству кладовки, но и по коридору. Дым же валил такой густой, что люди, бегущие к аварийным лестницам или лифтам, виднелись лишь как смутные силуэты в тумане.
Я разглядел выход на аварийную лестницу в конце коридора и поспешил туда. Рычагов аварийного открывания на дверях не было, но имелась противопожарная сигнализация, которую я и привел в действие. И нигде не было камер видеонаблюдения. Я их и вчера не приметил, если не считать кабинок лифтов. То ли у администрации здания имелась по-настоящему хорошая скрытая система безопасности, то ли они попросту сэкономили на этом деле. Я надеялся на последнее. В противном случае, даже если мы удачно освободим Кору, нам придется давать множество объяснений и проходить процедуру долгих и неприятных разбирательств. Конечно, Лорел заявляла, что у нее очень хорошие связи в полиции, но проверять это на себе не хотелось.