Фантом
Шрифт:
Ближайшую руку Ойару Густаво нашел довольно скоро, судя по смутным очертаниям вокруг, это был какой-то перекресток. Прямо на пересечении дорог из асфальта в небо простирался толстый извивающийся столб багрового цвета. Старик замешкался, прежде чем нырнуть в него.
– Последний раз выбраться было очень тяжело, - подумал он, - хоть бы хватило сил на обратную дорогу.
Но делать было нечего, перед последней схваткой он хотел посоветоваться с тем, что называл «Хозяином». Набравшись духу, он, наконец, нырнул в столб, и его тот час с неимоверной силой начало засасывать куда-то вниз. Густаво расслабился и полностью отдался этому ощущению. Он не знал,
Ринальди слегка растерялся, со всех сторон к нему поступала информация, как будто внутри себя он слышал шепот миллионов голосов. Густаво не любил это чувство, оно было ужасно тяжелым и неприятным, ведь в Ойару Лийа окружали злые и жестокие воспоминания, как будто грехи всех, кто сюда попал, становились твоими собственными. Но с этим ничего нельзя было поделать, такова была расплата для тех, кто при жизни делал зло другим. Постепенно он сосредоточился, и сводящий с ума шепот стал сливаться в один шипящий голос:
– Зачем ты пришел, духовник?
Густаво мысленно произнес:
– Я готовлюсь напасть на Фантома, и мне нужен совет.
Шипящий голос выразил свое одобрение звуком, похожим на довольное рычание, а затем спросил:
– Что ты хочешь знать?
– Как мне лучше на него напасть? Смогу ли я уничтожить его в форме Лийа?
– Никто из духовников по-прежнему не сравнится с ним в силе, мы сами даже не представляем насколько она велика. Ты не сможешь убить его в виде Лийа.
– Значит нужно убить его физически? Может просто взорвать всю больницу, чтобы наверняка?
– Нет, это не выход, в последний момент он воспользуется силой скрытня.
– Значит, напасть на него в открытую?
– Да, и как можно большими силами. Духовники должны отвлечь на себя его Лийа, а остальные попытаться добраться до его тела до того как он вернется в него.
– У нас есть возможность выманить его из больницы.
Послышался звук, похожий на мерзкий холодный смех.
– Фантом не дурак, он не выйдет к вам…
Ринальди крепко задумался.
– Ты можешь попытаться выманить его Лийа подальше от тела, - продолжил шипеть голос Ойару, - но уничтожать его все равно придется физически, то есть убив его тело, а не разорвав связь Лийа с физической оболочкой.
– Я понял, - мысленно ответил Густаво.
Его Лийа стала постепенно менять цвет: к зеленому все больше примешивался бардовый оттенок.
– А теперь возвращайся в свое тело, ты слишком слаб, чтобы долго быть с нами…
Остаток фразы старик уже не разобрал, шипящий голос снова распался на миллионы отдельных шепотов. Ринальди почувствовал, как невидимая сила выталкивает его в тот же луч, через который он сюда попал. Через мгновение его Лийа с невероятной скоростью вылетела за пределы шара и помчалась вверх.
Однако
За время ожидания звонка от Ринальди Сеняев весь измучился. Покидать лавочку, на которой они всей компанией сидели, было нельзя, так как Остапенко после получения второй дозы препарата слабо контролировала не только свой разум, но и свое тело и легко могла привлечь к себе ненужное внимание. Даже для того, чтобы пообедать, пришлось посылать странника в центр города, чтобы тот раздобыл какую-нибудь еду. К счастью искать ему долго не пришлось, недалеко от центрального фонтана находилась пиццерия, где он все и заказал.
Уже ближе к вечеру Сеняев не выдержал и, встав с лавочки, начал прогуливаться по аллее. Далеко он, конечно, не отходил, и старался как можно чаще держать Катю в поле зрения. Никаких признаков борьбы с действием препарата девушка больше не показывала, однако Сеняев все больше нервничал. Очередной раз развернувшись и возвращаясь по аллее к лавочке, он почувствовал и услышал звонок своего телефона. Достав из кармана трубку, он стал как вкопанный, на мониторе светилась надпись «Серебреник». Внутри все оборвалось, неужели в Москве уже все знают или это звонок по каким-то своим делам? Проглотив неожиданно подступивший к горлу ком, он нажал на кнопку и поднес телефон к уху:
– Да, Саша, я слушаю.
– Здравствуйте, Николай, - произнес незнакомый голос, - меня зовут Владимир. Я – тот, на кого вы охотитесь.
Сеняев от неожиданности пошатнулся, ноги моментально стали ватными. Он безусловно надеялся услышать Кравецкого, но не по телефону Серебреника. Собеседник, между тем, уверенно продолжал:
– Я так понимаю, вы похитили Катю для того, чтобы поторговаться? Я готов выслушать ваши условия.
– Э-э-э, я… - Сеняев замялся, он не был готов к такому резкому повороту событий.
– Вы хотите обменять мою жизнь на ее?
– Нет-нет, - наконец взял себя в руки старик, - мы не собираемся вас убивать, у нас иные планы.
– Слабо верится, - тихо сказал Вова и продолжил уже более громко, - хотя, это не важно, я готов на любые условия, но я должен их знать заранее. Со мной люди в отличие от вас верные ордену «Сит Айри», я должен быть уверен, что Катя попадет к ним живая и невредимая.
– Хорошо, мы все обговорим, - Сеняев не мог поверить в такую удачу, - Дайте мне пять минут, я должен пообщаться со своим шефом, и я вам перезвоню.
– Пожалуйста, только одно условие. Я прямо сейчас должен убедиться, что с девушкой все в порядке. Дайте ей трубку.
– Боюсь, что это не возможно.
Сеняев судорожно думал, если в этом какой-то подвох, может ли один духовник сделать что-то другому через телефон? Память подсказывала, что нет.
– Что значит «невозможно»? Никаких переговоров я дальше вести не буду, если не услышу ее, - в голосе Кравецкого появились признаки раздражения.
– Вы не поняли, в связи с тем, что она является духовником, я вынужден был ввести ей некий препарат, в целях самозащиты, так сказать. В общем, сейчас она вряд ли сможет сказать вам что-то вразумительное.