Фантом ручной сборки
Шрифт:
Предлагаю в ближайшее время обследовать тот район, найти «Хотапиус» и все там разведать. Ты согласна?
— Я-то согласна, а ты? Мне не хочется, чтобы ты рисковала!
— Брось, Инга; это так интригующе! Хотя и страшно. Но очень интригующе.
— — Если бы ты это видела…
— Есть еще вариант, — немедленно подхватила Таисия. — Прямо с утра отправиться в милицию.
Написать заявление, где все подробненько изложить. Ну.., может, про говорящую собаку не нужно рассказывать. И про Гладышевского в гробу тоже…
Да и про труп, который показывал
— И что же тогда останется? — возмутилась Инга.
— Душитель Киплер. Тем более ты теперь знаешь, где его найти.
— Таисия, мне даже не смешно Я пойду с этой куцей историей в милицию, они вызовут Киллера, сведут нас нос, к носу, он снова станет изображать святую невинность, его с миром отпустят, а меня оштрафуют за клевету!
— Эк ты загнула! — восхитилась Таисия. — Но предупреждаю: если ты расскажешь про собаку, тебя могут подвергнуть психиатрической экспертизе. Оно тебе надо?
— Не надо. Лучше мы с тобой сами во всем разберемся.
Сказав «мы с тобой», Инга поймала себя на мысли, что, несмотря на решимость все распутать самостоятельно, продолжает цепляться за друзей и знакомых. Наверное, это она так тяжело переживает расставание с Григорьевым. Нельзя сказать, чтобы она мучилась и не спала ночами… Даже наоборот.
Спала Инга теперь как убитая. Не в последнюю очередь из-за того, что Верлецкий делал ей уколы… И потом, еще когда они с Григорьевым считались женихом и невестой, она уже мечтала о Треопалове…
Как же так вышло, что налаженная, размеренная жизнь с четкими перспективами в один миг превратилась в гонку с препятствиями? Впереди — туман, позади — кошмары!
На работу она поехала на машине, решив, что ни за что больше не станет передвигаться пешком по городу, где бродят воскресшие мертвецы и говорящие собаки. Вместо того чтобы отправиться в свой кабинет и заняться чем-нибудь полезным, Инга отправилась искать коменданта здания. Охранник уверял, что только он в курсе, кому принадлежит то или иное помещение и что находится за той или иной дверью. Она решила во что бы то ни стало узнать, куда ведет железная дверь, скрытая за кустом, и у кого есть от нее ключ.
Коменданта звали Максимом Петровичем Лучистым. Он носился по коридорам и нечеловеческой скоростью и был почти что так же неуловим, как Фантомас. Сначала Инга действовала путем расспросов, потом пыталась подстеречь его в холле и в конце концов развернула на Лучистого настоящую охоту.
Тем не менее он попался в силки только поздно вечером, когда автостоянка, по традиции, опустела и в гости мог заявиться буквально кто угодно.
У коменданта были потный лоб, бегающие глазки и короткие ручки, которые с трудом сходились наживете.
— В этом здании творится черт знает что! — отдуваясь, сообщил он Инге. — А на девятом этаже вообще труба. Они там занимаются каким-то непотребством. И, главное, комиссии к ним не ходят. А я что могу? Ничего! У меня полномочий нет! , — А план у вас есть? — осторожно спросила Инга. — В какой комнате что находится, можете
— Зачем? — насторожился Лучистый и пробежал глазками по лицу Инги — туда и обратно. — Что это даст?
— Мне нужно знать, кому принадлежит металлическая дверь слева от главного входа, вкрадчиво сказала она и одарила его улыбкой соблазнительницы.
Комендант улыбки не оценил и хлопнул себя по брюшку:
— Кому принадлежит? Да вам!
— Как это — мне?
— Не лично вам, а вашим директорам. Бумской, значит, у меня числится ответственным за ключи.
— А.., а… — растерялась Инга, не в силах сообразить, какой еще вопрос можно задать неуловимому коменданту. — Там что-нибудь секретное?
У нас?
— Почем я знаю? — обиделся Лучистый, — Я только пожарную безопасность могу проверить — и все!
Он затоптался на месте, словно у него был зуд в коленках, и ноги так и норовили унести его в неведомые дали.
— Подождите! — остановила его Инга. — Пожарная безопасность! Это то, что меня страшно беспокоит. Вы ведь в курсе, что там полно токсичных материалов?
Лучистый немедленно насторожился.
— Безобразие! — воскликнул он.
— Я Бумскому тоже сказала: безобразие! — поддакнув, — А ему — как об стенку ворох.
— Я его разорву, — неуверенно пообещал комендант.
— Для этого факты нужны! — протянула Инга. — Пойдемте туда сейчас и прямо на месте преступления, так сказать… Вот увидите: там нет огнетушителей. А токсичные материалы так и кишат… То есть лежат… Горы токсичных материалов… А огнетушителей нет.
Лучистый шумно задышал и задумался, собрав глазки в кучку.
— Вот я им! — наконец сказал он. — Вот я вам…
Пошли! Только вот запаски возьму!
Он нырнул в какую-то комнату возле поста охраны и через некоторое время появился с холщовым мешком, похожим на инкассаторский. В нем, словно живые, переворачивались и дренькали тяжелые связки ключей.
— Сюда! — понукал он Ингу. — На улицу. Давайте-давайте. Ни одного огнетушителя — подумать только…
Инга озиралась по сторонам, до смерти боясь, что вот сейчас, сию минуту случится что-нибудь ужасное. Например, словно черт из коробочки, появится Бумской и загородит злосчастную дверь своим костлявым телом или достанет пистолет и выстрелит сначала в нее, а потом в несчастного коменданта. А дурак-охранник все проспит в своем кресле перед телевизором.
— Сейчас проверим, — приговаривал Лучистый, пробираясь вдоль газона к той самой металлической двери, за которой, как казалось Инге, таились ответы на все вопросы. — Я за отсутствие огнетушителей так их прижму… Вас прижму… Мало не покажется!
Было очевидно, что комендант волнуется проникая на чужую территорию без какой бы то ни было санкции. Инга боялась, что в последний момент он передумает, но нет! Лучистый поковырялся в своем мешке, добыл ключи и завозился за кустом, сопя и притопывая. Через минуту раздался тихий писк, дверь отворилась, и они уткнулись в густую темноту, похожую на свалявшийся войлок.