Фантик
Шрифт:
– Нет, - отрицательно качаю головой, когда приоткрываю конверт и вижу там красные купюры, да мне от количества плохо становится, - не приму…
– Ок, - Бойцов странно улыбается, - батя сказал, если не примет, то перечислит тебе на карту в два раза больше. Учти, если их переведешь, то он утроит. И так до бесконечности. Он упертый.
– Хм. Ладно. Спасибо, но не следовало.
– Я ему объяснял, но… - Кир отмахивается. – Ладно. – Он тяжело выдыхает. – От меня тоже небольшая банальность.
Перед моими глазами появляется
– Спасибо…
Прижимаюсь к Кириллу и уже открываю рот, чтобы спросить, почему он начал меня так называть, но не успеваю.
– У меня в комплекте новость есть.
– Какая?
Не отлипаю от него, сжимая кулон пальцами. От нежности просто разрывает на части.
– Сергей Алексеевич в команду меня вернул.
Отстраняюсь и с волнением смотрю на Бойцова. Я так рада, что словами не передать. Теперь он сможет снова участвовать в соревнованиях по плаванию. Это же чудесно!
– Уже известна дата первого заплыва.
– Когда?
– После завтра. Завтра вылет.
Сердце ухает вниз, и кажется, мое состояние отражается на лице.
– Надолго?
Вдавливаю из себя, хотя вижу по его глазам ответ. От этого дурно становится.
– Вообще поездка на три дня, но Вербовский хочет меня на три месяца в их школу зачислить.
– Ясно. – Еле губами шевелю, только все же беру себя в руки. – Это ведь чудесная возможность.
– Да. Я буду…
Кирилл начинает, но мы одновременно вздрагиваем от того, что в гостиной что-то разбивается. Тут же раздается голос Матвея, и выдает он отнюдь не ласковые слова. Идем на звук. Кирилл останавливает меня рукой в дверном проеме с улыбкой. Перед нами две рассерженные физиономии. Сначала недоумеваю, но после их диалога тоже не могу сдержать улыбку.
– У тебя руки не из того места растут?!
Визжит Соня и указывает на мамину любимую вазу, превратившуюся в груду осколков.
– Могу показать тебе это место, хочешь?! – Матвей прожигает Соню глазами, пока та топает ногой и кулаки сжимает. – Так сразу и скажи. Зачем прелюдии разводить!
– Бревно неотесанное!
Подруга опускается на пол и принимается осколки собирать. Нервозно так.
– Сама Буратино!
– Хоть книжки читал! Это радует! Ай…
Соня руку одергивает и еле слезы сдерживает. Я вижу. Порываюсь подойти, но Кирилл кивает на выход. Я задерживаю взгляд на подруге, к которой подсаживается Матвей.
– Вообще-то мультик смотрел, - буркает хмурый главарь банды, - дай помогу, дикая, а то весь ковер замараешь.
Глава 44
Глава 44
POV
– А где твои родители?
Я оглядываюсь по сторонам, выискивая Бойцовых глазами, пока Кирилл как-то странно улыбается. Мне и так не легко находиться в огромном зале аэропорта, где все визжит и плачет. Кажется, даже воздух пропитан таким простым, но приносящим боль словом – разлука. Эгоистично с моей стороны допускать мысли о том, что можно было попросить Бойцова остаться в городе. После падения с балкона бабули он и слова мне ни сказал, хотя мог попросить не переводиться в старую школу. Он позволил мне сделать свой выбор. Сейчас пришла моя очередь поддержать его.
– Решили не мешать нам прощаться. Отец вообще собирался в аэропорт, но мама его остановила.
Кирилл отпускает ручку сумки, и та тихо приземляется к его ногам. Я стараюсь держать себя в руках, чтобы не пустить слезу. Ни к чему это. Три месяца это не три года. Пролетят быстро.
– Ларионову отчислили.
Будто невзначай произносит, а я удивленно брови поднимаю. Как же так? Там ведь родственные связи. Продолжаю с недоумением смотреть на Кирилла, а он пожимает плечами.
– Наскребла на свой хребет.
– Как?
– Еще одна новенькая в параллельном, - Бойцов хмурится и на меня взгляд переводит, прижимая к себе, - затравили ее. В общем, не хочу подробности разносить. Конский хвост на увольнение, а племянница на отчисление.
Не произношу ни слова, хотя хочется. Справедливость все-таки восторжествовала. Я думала, что после того, как мне остригли волосы, мама вступится и разнесет весь лицей, но этого не произошло. Соня думала, что та просто обижена на меня, но я уверена, мама побоялась потерять работу. Вот и все. Неприятная, но правда.
– Ты будешь мне звонить?
Спрашиваю после недолгой паузы, а Бойцов наклоняется, запускает пальцы мне в волосы и притягивает к себе.
– Не задавай глупых вопросов.
Произносит и целует. Так, что ноги перестают держать. В последнее время часто так делает. Будто больше не увидимся. И я отвечаю взаимностью.
– Буду.
На ухо шепчет и снова целует. Мы, как помешанные, не отпускаем друг друга, пока рядом не проходит бабулька. Она так кряхтит и бубнит под нос о разврате, что Кир с недовольным вздохом отстраняется.
– Есть у меня для тебя кое-что.
Он вспоминает о сумке, брошенной к ногам, расстегивает замок и достает небольшую коробку с какой-то надписью. Улыбается и протягивает ее мне. Пока я растерянно смотрю на нее и верчу, рассматривая с разных сторон, он застегивает молнию и перекидывает лямку на плечо.
– Открой.
– Хорошо.
Убираю крышку и вижу красивую куколку. Размером тридцати сантиметров не больше. Белые длинные локоны. Бледная. С конопушками на лице. Я замираю и перевожу взгляд на Кирилла, который усмехается.