Фантазмы
Шрифт:
— Хочешь, я стану Дедом Морозом?
Глаза у девочки стали круглыми и восторженным:
— Хочу!
Вадим быстро нацепил приготовленные заранее усы и бороду, а также нахлобучил седой парик и превратился в старика. Диана радостно захлопала в ладоши.
— Ой, Дедушка Мороз, Дедушка Мороз! А ты мне подарки принесешь?
— Обязательно, — пообещал Вадим.
Они вышли из детсадика на проспект Мира, Вадим поймал частника и, уже усаживая в машину Диану, заметил двинувшуюся в их сторону серую «Ладу»-»девятку» с московскими номерами. «Волчицы» еще не поняли, что происходит, и намеревались
Шел седьмой час вечера, Виолетта и Антон Князевы еще находились на работе и помочь капитану не могли, да он и не хотел рисковать их жизнью, предвидя дальнейшее развитие событий. С охот-группой Равновесия он должен был справиться сам.
Ехать было совсем ничего — всего полкилометра, обычно они с Дианой шли из детсада домой пешком, однако на этот раз Вадим назвал водителю старенького «Москвича» адрес на другом конце города и, беседуя с Дианой, поглядывал на преследующую их «девятку». Убедившись, что за ним следует всего одна машина, он приступил к более активным действиям.
— Останови, пожалуйста, — попросил он водителя.
Владелец «Москвича», пожилой, лысый, небритый, был худ и невзрачен на вид, отчего Вадим мимолетно его пожалел, однако выбора у него не было, и он продолжал:
— Не хочешь ли выйти из машины?
— Чего? — не понял водитель.
Вадим вылез, открыл дверцу с его стороны и рывком выдернул беднягу из кабины.
— Извини, дядя, но сейчас ты здесь лишний. Мне нужна твоя железяка. — Вадим боковым зрением отметил приближение «девятки» преследователей и заторопился: — Через час сообщи в милицию об угоне своей тачки, они ее найдут. Ничего с ней не сделается, обещаю.
Вадим похлопал мужичка по плечу, сел на его место и вдавил педаль газа. Обалдевший от неожиданности владелец «Москвича» остался стоять столбом, открыв рот, так и не врубившись, что происходит. Опомнился он только тогда, когда его десятилетнего возраста аппарат скрылся за поворотом.
Вадим не собирался убегать от «волчиц», поэтому не стал показывать чудеса ловкости и экстремального вождения. Увеличив скорость, он попетлял по улицам и переулкам северо-западной части Костромы и свернул к городскому кладбищу, где заранее подготовил «плацдарм» для ведения «партизанской войны».
Загнав машину в кусты за воротами кладбища, чтобы ее не было видно с центральной аллеи кладбища, он подхватил на руки Диану, принимающую его деятельность за игру, и оставил в часовенке с горящими свечами и лампадами, пообещав принести подарки (он все еще был для нее «Дедушкой Морозом») и строго-настрого запретив уходить отсюда; зная характер девочки, он мог быть уверен, что она его послушается.
После этого Вадим вернулся ко входу на кладбище, освещенному слабеньким фонарем, и дождался появления «девятки» с «волчицами» Равновесия. Здесь и выяснилось, что охот-группа состоит из пяти профессионалок: из машины вышли четыре женщины, одна из которых была Эльвирой; пятая осталась у детсада, обезоруженная Вадимом.
Две из них расположились у входа, включив аппаратуру для слежения за людьми по их тепловому излучению, две медленно двинулись в глубь кладбища, нацепив инфраоптические усилители и вооружившись длиннерами. Вадим дождался, когда одна из них поравняется с каменным надгробием, за которым прятался
Выстрел из длиннера бесшумен, однако хорошо заметен, да и девица рухнула на землю с приличным грохотом, и ее напарница, мгновенно сориентировавшись, открыла стрельбу по кустам и надгробьям из всего своего арсенала, в который входил пистолет и длиннер. Пули с визгом заскакали по каменным обелискам, одна из них прожужжала в миллиметре от уха Вадима, и он вынужден был нырнуть в проход между оградами могил, спасаясь от огня. Однако к «волчице» присоединились ее спутницы, и положение его осложнилось.
Тогда Вадим нащупал под руками кирпич, которым был выложен бордюрчик могилы, бросил его в сторону и, пока «волчицы» стреляли на звук упавшего кирпича, бесшумной тенью перелетел на соседнюю линию могил, сделал крюк и вышел охотницам Равновесия в тыл.
Он мог бы перестрелять их всех, прекрасно ориентируясь в темноте и без прибора ночного видения, но убийство было глубоко противно его натуре, к тому же служба в группе антитеррора приучила его пользоваться огнестрельным оружием в последнюю очередь, когда другие способы обезоружить противника оказывались бесполезными. Поэтому Вадим действовал иначе.
Выстрелив в крайнюю справа «волчицу» из длиннера (и тем самым обнаружив себя), он прыгнул на ее соседку и могучим ударом перебросил ее через ограду на мраморную плиту чьей-то могилы. Подхватил выпавший из ее руки длиннер, открыл огонь с двух рук, падая за гранитный обелиск соседней могилы.
Пуля, выпущенная из пистолета третьей «волчицей», пропахала ему спину (впечатление было такое, будто спину обожгла раскаленная плеть), разряд из длиннера с шелестом пролетел перед носом, оставляя озоновый след, и наступила тишина. Однако он напрасно посчитал свою атаку удачной, надеясь, что уж с одной-то девицей справится легко. Охот-группа имела прикрытие, которое вступило в игру в нужный момент.
Кладбище вдруг залил яркий свет нескольких фонарей, выхватив из темноты фигуру капитана, и чей-то женский голос прокричал:
— Сдавайся, старик! Иначе мы убьем твою внучку!
Луч фонаря в десяти шагах высветил женщину в униформе спецназа Равновесия, держащую за плечи Диану.
Вадим беззвучно прошептал проклятие, несколько мгновений раздумывал, потом бросил пистолет и длиннер на землю, поднял руки над головой:
— Не стреляйте, я выхожу!
К нему метнулись две фигуры, толкнули в спину, так что он вынужден был просеменить вперед, чтобы не упасть, но удар в грудь остановил его. Перед Боричем появилась еще одна женщина в синем костюме, в которой он узнал Эльвиру.
— Что вам нужно? — просипел Вадим сдавленным голосом.
— Кто ты? — Предводительница охотниц пристально заглянула Вадиму в лицо. — «Девятка» или «шестерка»?
Капитан понял, что Эльвира приняла его за сотрудника альтернативного Равновесия.
— «Девятка».
— Я так и думала, — кивнула женщина. — Значит, она и в самом деле работает на вас. — Эльвира посмотрела на Диану, усмехнулась. — Симпатичная кроха, жаль убивать. Девочка, ты знаешь этого дедушку?
— Он не дедушка, — простодушно сообщила Диана, — он дядя и приехал из Москвы.