Фантастика-2009
Шрифт:
Эксперт смутился, поставил на стол открытую бутылку коньяка.
– Да ладно тебе, дело-то прошлое. – Старик, когда он смеялся, было заметно, что все-таки старик, разлил коньяк. – Ну, ребята, с приездом! Знаете, как в Капустином Яре пили? Сидят два командированных на разных концах стола и гоняют туда-сюда таракана. С приездом, с отъездом... – Локшин опять хохотнул.
Сам хозяин только пригубил коньяк и налил себе минеральной воды. Журналист с удовольствием выпил, отметив, что коньяк прекрасно перебивает пыльный привкус во рту. И вообще, хороший коньяк, наверное, из старых запасов. Ничего не скажешь, расстарался старик.
–
6
Журналист возился наверху, устанавливая и проверяя съемочную аппаратуру. На беспроводную связь он решил не надеяться и теперь кряхтел и чертыхался, протаскивая кабели через узкие лючки.
Эксперт подошел к Локшину.
– Павел Викторович, ведь это же чудовищный риск! Я не знаю что у вас за система, может быть, она обеспечивает стопроцентный перехват, но всегда же есть неучтенные факторы. Ну, я-то ладно, а остальные члены комиссии? Они здесь при чем?
– Конечно, риск! А вы как думали? – Локшин оскалился. – Вы же явились посмотреть, чем я тут занимаюсь и не угрожает ли это вашему покою? Пресса, церковь, наука – все тут. Политика, правда, отсутствует. Вы, Юра, случаем, не политик по совместительству? Нет? Ну, конечно, политики появятся потом, когда вы им все доложите. И как наука на это смотрит, и как пресса, и как Господь Бог... Приехали смотреть – смотрите! Я показываю. А что касается риска, то вы ведь все же мужчины, даже этот, долгополый. Или в вашем мире мужчины больше не рискуют? В конце концов, вы знали, куда ехали. – Локшин взглянул на спускающихся по лестнице Журналиста и Священника. – Выйдите на волю, пока есть время, полюбуйтесь на моих питомцев. Красавцы, правда?
Павел Викторович открыл бронированную дверь, Эксперт, Журналист и Священник вошли в нее. За дверью была степь. Выцветшее, белесое небо, солнце, желтая трава.
«Как в рассказе Бредбери „Вельд“, – подумал Журналист, – сейчас должны появиться львы...»
Снаружи приземистые машины со странными устройствами на башнях неуклюже маневрировали, образуя правильный круг. Над машинами беличьими хвостами торчали пылевые шлейфы. Ветер быстро сносил пыль, она стелилась по степи длинными параллельными полосами. Казалось, машины дымятся и вот-вот должно появиться пламя. Журналист видел такое в фильмах о войне.
Наконец машины встали. Все стихло и замерло. Любопытные суслики вылезли из нор, постояли столбиками и отправились по своим делам. Журналист напоследок снял сусликов, для колорита, вернулся в бункер, уцепил со стола бутылку воды, и вместе с остальными членами комиссии прошел в командный отсек.
Локшин склонился над пультом, установленным в центре помещения.
«Надо же! Трехмерный экран, – с уважением подумал Журналист. – Это что, тоже оттуда?»
Он вдруг поймал себя на том, что воспринимает старика с его техникой, как представителя иной цивилизации. Той, которой уже нет. Мысль показалась забавной, хотя и немного жутковатой.
– Пошла первая волна, – сказал Локшин. – Мы вот здесь.
Он ткнул пальцем в центр. Рука прошла сквозь полусферу, окрасившись нежно-голубым. На ней причудливо змеились искаженные координатные линии. Светящиеся точки медленно поднимались с краев, образуя сжимающееся кольцо. Края кольца лохматились, за ними образовалось пустое пространство, исчерченное координатой сеткой. С экватора полусферы тем временем поднялась новая волна. Теперь два светящихся кольца двигались друг за другом, через некоторое время к ним добавилось третье. Траектории огоньков, образующих первую волну, уже стали заметно изгибаться к центру объемного экрана.
Журналист как завороженный смотрел на полусферу.
– Ракеты различных типов. В основном «земля-земля». Он собрал все, что могло летать. Во всяком случае, пригодных к использованию ракет здесь больше не останется. Хоть какая-то польза... – пояснил Эксперт.
Журналист поежился. Священник наблюдал за экраном на удивление спокойно, словно видел такое не в первый раз и считал это если не баловством, то уж суетой наверняка.
Экран вспыхнул разными цветами. Центральная область налилась красным, дальше от центра светились синяя и голубая области пространства.
– Зоны обнаружения, целеуказания и перехвата, – прокомментировал Локшин.
Первое кольцо вошло в красную зону. Бункер дрогнул. Мохнатые клубки над башнями окружающих его стальных чудовищ разбухли, сверкнули белым пламенем и рванулись к горизонту, соединенные сверкающими, пульсирующими пуповинами со слепящими комками, пляшущими меж щеток. Надсадный вой спрессовал воздух. По экрану от центра навстречу огонькам метнулись фиолетовые полосы. Горизонт вокруг вздыбился и почернел, как будто степь накрыли мохнатым колпаком с рваной дырой на макушке. В небе засверкали вспышки.
– Первая волна – поражение сто процентов, – сказал Локшин. – Учитесь, ребятки!
Машины опять взвыли.
– Вторая волна – сто процентов!
«Глаз тайфуна, – подумал Журналист, – где-то я об этом читал...» – Вой мешал вспомнить где. Он перемежался короткими паузами, болезненными от ожидания.
– Третья волна – сто!
Наконец все закончилось.
Старик в выцветшем комбинезоне торжествующе посмотрел на притихших членов комиссии.
– Ну что? Неплохой подарок человечеству от старика Локшина?
– Зачем все это? – спросил Священник.
– Да, зрелище, конечно, эффектное, – поддержал его Журналист. – И все-таки, зачем? Все, что надо для защиты, у России и так есть. Да и нападать на нас никто вроде бы не собирается. Мы ведь теперь часть мировой цивилизации, кого нам бояться? Инопланетян?
– Почти, – сказал Эксперт. – Почти часть.
– Как? – переспросил Журналист. – Что значит «почти»? Ну, пусть «почти», но ведь мировой же! А скоро станем без всяких «почти», полноправной частью. Это ведь так здорово, быть частью огромного мира!